Крутой маршрут: хроника времен культа личности. В двух томах. Том 2

Мемуары Евгении Соломоновны о тяжелейшей жизни в тюрьмах во времена сталинских репрессий на меня произвели сильное впечатление. К своему стыду я даже не задумывалась о том, что такое сталинские репрессии и какое значение несет за собой это словосочетание. Книгу прочла на одном дыхании, было интересно все, о чем рассказывает автор: о следствии, о нечеловеческих условиях жизни в одиночной камере, об этапах пересылки заключенных, о гибели друзей, о любви, которая все-таки существует, чтобы не случилось, а главное о страшном и черном пятне в нашей отечественной истории. Хочу сказать лишь одно, как жаль, что такое было. Рекомендую книгу, она интересная и легко читается.

Читать очень интересно, переживаешь за главную героиню, ужасаешься ее жестокой судьбе. А еще больше судьбе множества других людей, упомянутых в этой книге. Но что-то такое проглядывает в описании лагерных лет фальшивое - слишком часто уже в последний момент героиню спасает от неминуемой смерти какое-то чудо и это немного настораживает... Впрочем, если абстрагироваться от того, что это мемуары, и читать книгу просто как художественное произведение, то это сильная и страшная книга о жертвах сталинских репрессий.

«За отсутствием состава преступления…» 

Автобиографичные книги очень тяжело как-то оценивать. Книга была прочитана еще в начале ноября и я очень долго созревала на отзыв потому, что книга сама по себе не из легкий. 

В начале книги главная героиня жила счастлива со своим мужем и своими сыновьями. И в одночасье она все потеряла и красочных подробностях было описано ее заключение в Казани, суд в Москве и ее заключение длиной в 18 лет провела в тюремном заключение на Дальнем Востоке. В конце, она обрела счастье в виде третьего мужа и удочерено ой девочки Антонины. 

Ничего не могу сказать плохого касаемо репрессий которые были проведены в тот период времени. Документы засекречены и почему так произошло никому неизвестно, возможно многие не договаривают о чем-то и в своих мемуарах приукрашивают, каждое художественное произведение же приукрашивают и даже многие биографии приукрашены. 

Что двигало нашим вождем в тот период времени никто не знает. 

«Крутой маршрут» Евгении Гинзбург, совершенно точно, одно из самых сильных и значимых, в системе российской лагерной прозы, произведение. 

После прочтения: не могу сказать, что это было прекрасно, потому, как это ужасно, страшно и больно. Не могу назвать автора книги не талантливой, ведь написанное при всей тяжести смысла, достаточно легким слогом, а это безусловный талант. Мрак и некая глупость, влекущая за собой смерти бесконечного количество ни в чем неповинных людей. События ужасают, а нелепость происходившего ввергает в шок.

Как же бесправен, безволен, бессилен может быть человек, оказавшись волей несчастного случая в эпицентре событий, которые иначе, как кровавой мясорубкой режима страны, не назвать. Я рыдала в момент, когда после 12 лет разлуки с сыном Василием Евгения Гинзбург добилась воссоединения с ним. Увидев Василия, которого последний раз она видела в возрасте 4 лет, Евгения назвала его именем старшего сына - Алёшей, который умер в Ленинграде. Вася шепнул на ухо матери, что он не Алёша, а Вася, и чтобы она не плакала «при них» …не роняла достоинства…перед теми, кто, как в цирке хотел в момент воссоединения просто хлеба и зрелищ. Закрыв книгу, я долго не могла успокоиться, у меня есть сын, единственный. Страшно это читать, но хуже всего не то, каким красноречивым слогом и реалистичным сюжетом всё написано, животный ужас от понимания того, что описанное в книге - реальность того времени. Отнимали жизни, рушили семьи, поколения несчастных, обездоленных, изгнанных, репрессированных, людей, оказавшихся в тех местах и условиях, где они не должны были оказаться по определению. 

Конечно, эта книга о силе духа, о поисках истинного во мраке дней, о смысле жизни, о смехе и радости, вопреки здравому смыслу. Крупицы счастья, что находили страдальцы, оказавшись в лагерях тех лет, помогали продолжать жить и верить во что-то. Для меня нереальность этого сравнима с эпизодом рассказа о Бароне Мюнхгаузене, что спасал себя, вытаскивая из болота за волосы. 

Читая сегодня, переполняет чувство гнетущей несправедливости, возведенной в масштабы небывалых размеров, чувство абсурдности происходившего и невероятной жестокости. В школьной программе, эти годы нашей истории не освещены, не рассказывается эта постыдная страница в истории нашей страны, хотя, я убеждена, что именно признание ошибок и их озвучивание - возможность избежать в будущем повторения сюжета.

Не смотря на отсутствие легкости в сути повествования, я убеждена, что каждый житель нашей страны должен прочесть эту книгу. Из уважения к людям, понесшим такой несправедливый гнев государственного прессинга.

«Крутой маршрут» Евгении Гинзбург – мемуары, описывающие события из жизни автора, происходившие с 37-го по 55-й год. Перед читателем разворачивается целая сага о том, как молодая убежденная коммунистка, к тому же активный партийный деятель, вместе со многими своими собратьями по несчастью проходит через арест в разгар эпохи «Большого террора», жестокие допросы с пытками, тюрьму и трудовые лагеря на Колыме. Лишь спустя долгие 18 лет, после смены руководителя государства и смягчения режима, автору удается добиться полной реабилитации.

По сути это хроника выживания, пособие о том, как не сломаться, когда вокруг тебя царят унижение, предательство и голод. На что опираться и как не сойти с ума, когда неясно ни почему ты вдруг оказалась в тюрьме, ни сколько это продлится, а каждый день несет все новые и новые ужесточения условий. Как архиважно не терять интерес к окружающему миру и другим людям, способность иронизировать и шутить.

В произведении отсутствуют рассуждения о государственном строе, о преимуществах и недостатках коммунистической идеологии, нет глобальных оценок происходящего. Автор по сути только лишь делится с читателем своими впечатлениями о том, что лично с ней произошло. И на мой взгляд, время показало эффективность такого подхода. С авторами, давшими оценки по вышеупомянутым вопросам, даже после их смерти ожесточенно дебатируют (попробуйте ради эксперимента найти прокоммунистический ролик на ютубе, где не было бы упомянуто, какой Солженицын лжец и вообще стукач). Ну и да, тяжело, будучи лишь отлетевшей щепкой, ещё и втоптанной в землю трудолюбивым лесорубом, объективно и до мельчайших деталей точно оценить и описать лесозаготовки по всей стране.

Однако в этом и заключается сила «Крутого маршрута» – с ним невозможно спорить, так как автор описывает исключительно происходившие с ней события, это не политический манифест, а всего лишь мемуары. Здесь нет попыток оценить масштаб, все описанные «доходившие» на рудниках политзаключенные, матери, не способные из-за скудной пищи производить молоко, деткомбинаты с недоразвитыми детьми и прочее были лишь временными попутчиками автора на дороге от заключения в 37-м до полной реабилитации в 55-м (ошиблись, бывает). А уж как реагировать на эту информацию каждый волен решать самостоятельно.

Для меня отношение к событиям «Крутого маршрута» крутится вокруг фразы одной из сокамерниц автора, считавшей, что её арестовали ошибочно: «Лес рубят – щепки летят». Стоит ли несколько (или пусть даже много) распиленных бревнышек горы произведенных щепок? Казалось бы, ответ очевиден, но даже спустя многие годы пребывания в лагерях некоторые из заключенных сохраняли веру в то, что всё это не зря, что в итоге будет построено государство всеобщего равенства и благоденствия. Однако читая книгу спустя много лет, мы уже знаем, что в итоге «СССР улучшился настолько, что перестал существовать». И от этого ещё обиднее за тех, кто был готов отдать свою жизнь за идеал, и кого в итоге обманули, растоптали и в буквальном смысле выкинули на мороз «доходить» в лагерях.

По вышенаписанному может сложиться впечатление, что книга очень мрачная и тяжелая, однако это не так. Помимо прочего в ней также есть место и маленьким победам, солидарности, любви и надежде. На меня сильнейшее впечатление произвела глава Mea Culpa (моя вина). В заключение привожу её фрагмент:

Мне могут возразить, что гораздо чаще встречаются люди, громко вопящие о своей невиновности, перекладывающие свою вину на эпоху, на соседа, на свою молодость и неискушенность. Это так. Но я почти уверена, что такие громкие вопли призваны именно своей громкостью заглушить тот тихий и неумолимый внутренний голос, который твердит тебе о личной твоей вине.

Сейчас, на исходе отпущенных мне дней, я твердо знаю: Антон Вальтер был прав. «Меа кульпа» стучит в каждом сердце, и весь вопрос только в том, когда же сам человек услышит эти слова, звучащие глубоко внутри.

Жанр: «лагерный роман»
О чем: репрессии 1937 года
Кому следует читать: интересующимся данным историческим периодом (37-57)
+++Плюсы+++: простой и понятный язык
---Минусы---: чувствуется недосказанность в некоторых моментах (возможно самоцензура)
ЗЫ: «Маршрут» оказался очень похож на качели: «не везение» «везение» и так на протяжении всей книги раскачивает автор читателя. И я как читатель понимаю, что раз я это читаю, то все должно закончится «везением», но автор в эпилоге настаивает на «невезении»…