Его звали Анжелика

Кажется, на книгу "Его звали Анжелика" я попала по рекомендации по чужому запросу: о жизни меньшинств в советское время. Название интригующее, а когда узнаёшь из аннотации, что дело происходит в тюрьме... Перед написанием рецензии пришлось немного порыться в интернете, чтобы найти недостающую информацию: автор, Тенгиз Гудава, действительно диссидент, действительно получил срок, даже два. Но вот информации про документальные повести, которые упоминаются в книге, я не нашла (вероятно, речь шла о повестях, написанных героем книги, а не автором...) Зато нашла интервью, где приводятся слова Тенгиза Гудавы: "Тюрьма - это катарсис, очищение, когда отлетает шелухой вся наносная житейская грязь. Это дает небывалое и практически невозможное в "мирской" жизни ощущение собственного смысла. Вот мы знаем вес своего тела (лучше бы порой не знали!). А тут начинаешь ощущать "вес души". Небесное качество. В этом сила любой веры. Не подумайте только, что я такой герой. Нет, совсем нет. Страх, ужас, сомнения, слабость, боль - все это, как тень, всегда с зеком. Если нет этого, значит у человека проблема с психикой". Герой повести "Его звали Анжелика" с автором, вероятно, не согласился бы. Потому что его первое и надолго утвердившееся мнение: в тюрьме нет жизни, попадая туда ты перестаёшь быть живым, вообще перестаёшь быть человеком, вообще перестаёшь. Сама повесть как-то неорганично делится на две части. В первой мы погружаемся в тюремный быт вместе с несчастным студентом-медиком, попавшим в КПЗ за торговлю джинсами-варёнками, которыми он не торговал, но кого бы это остановило. Есть всё: выбивание признания, угрозы, камера самых настоящих преступников, вся-вся тюремная специфика, вся-вся особенность иерархии заключенных, и, конечно, особое внимание, почти единственное внимание, уделяется тому самому социальному лифту, который ведёт исключительно вниз. Со всеми натуралистичными подробностями. А потом появляется он, Анжелика. Вторая часть - это фантасмагория из мистики, философии, мифологии и немного эротических воспоминаний. Поиски себя, смысла бытия, Отца, прощения... В том же КПЗ обнаруживается второй этаж, с будуарами, деликатесами, чудесной техникой из будущего и почти всеми радостями жизни со свободы. Так и живут до приговора суда, каждый своего. Это странно прозвучит, но первая часть интересней второй, НО без второй части читать первую было бы просто... мерзковато. Если все ужасы в итоге обернулись вот такой фантасмагорией, то, значит, это было не так страшно. Или, может, даже вообще не было. На протяжение всей первой части, до шестой главы, автор почти исключает своего персонажа из сюжета, делая его сторонним наблюдателем, при этом давая оценку некоторым (определённым) событиям, как плохим, правда, неизбежным, а потому вроде как... простительным, что ли? Так что нет, в итоге эта книга не про жизнь представителей меньшинств в советское время. Честно говоря, там от Советского Союза только одно дело - располовинивание красных флажков для демонстрации. Всё остальное никакой хронологической привязки не имеет. Эта книга про тюрьму и попытки обитания в ней. Чем она закончилась? А чем может закончится такая книга? Много ли есть вариантов для человека, которого сломили?.. Отдельно скажу про язык: написано, как ни удивительно, хорошо. Да, с большим количеством тюремного жаргона и матом, но при этом интересно, иногда с каким-то весьма чёрным юмором, образно, пронзительно.