Бывают разные трудности…

... из нашей беседы, мерцающей, как звезды на облачном небе, потихоньку начала высвечиваться любовь...

Та часть «ее», которая была «им», заулыбалась.

Это очень странно, что мне нравится все, что имеет отношение к кухне. Возможно, она связана для меня с каким-то давним воспоминанием, запечатленным в моей душе. Когда я стояла там, мне показалось, что я все стряхнула с себя и что-то ко мне вернулось.

Нередко в потоке времени и настроений в памяти всплывают разные события прошлого. И зимой в кафе вдруг вспоминаются совершенно незначительные вещи.

Поскольку стола не было, мы завтракали прямо на полу, расставив там разные плошки. Солнечный свет проникал сквозь наши чашки, и зелень холодного чая подрагивала на полу.

Я буду много-много страдать, а потом снова возвращаться на круги своя. Я не потерплю поражения. Я не позволю, чтобы меня сломили.

Когда-нибудь все исчезнут, растворившись во мраке времени.

Как это всегда бывает в случае одержимости бесами, я увидела во мраке перед глазами прямую дорогу, и за ней был отчетливо виден яркий свет, и я откликнулась на него.

Сколько времени потребовалось, чтобы я поняла, что на тёмной и печальной горной тропе единственное, что возможно сделать, - самой себе освещать путь? Хотя я росла в атмосфере любви, я всегда чувствовала себя одинокой.

Я повзрослела до омерзения, но жить несомненно стало проще.

На самом дне глубокой безысходности, к которой нельзя прикоснуться, я почувствовала себя теперь совершенно одинокой.

Я пытаюсь размышлять, но в моем душевном состоянии не получается прийти ни к какому решению. Мне нужно вытащить себя как можно быстрее. Но мне это не удается.

Когда же ты совершенно измучена, на роже прыщи, и если ты звонишь в отчаянии друзьям по вечерам, а их никого нет дома, то начинаешь тихо ненавидеть все — свое рождение, воспитание, собственную жизнь — и сокрушаться обо всем случившемся.

Люди не способны определить, что лучше. Они стараются жить так, как предпочитают сами. Возможно, лучшая жизнь та, когда сам не понимаешь, что счастье — это быть одному.

Людей не волнуют обстоятельства или внешние силы, они терпят поражение внутри себя, в отчаянии подумала я. Хотя мне казалось, что прямо сейчас кончится что-то такое, чему мне не хотелось бы положить конец, я не могла ни торопиться, ни скорбеть. Во мне не осталось ничего, кроме темноты.

Если бы у меня были дом и семья, куда я могла бы вернуться, то я пребывала бы в романтическом настроении, но поскольку у меня совсем никого не было, я испытывала невыносимое, глухое одиночество. Впрочем, может быть, это и есть та жизнь, которая подходит мне. В ночь накануне отъезда воздух особенно прозрачен и чист, а сердце стынет. Однако если нет никого и нигде, то моя жизнь остановится. Наконец я поняла, что испытывает Юити. Как приятно было бы никогда больше не возвращаться на ту улицу…

Мы оба мучительно пытались отыскать для себя спокойное пространство.

Почему-то я продолжала жить с постоянным ощущением, что когда-нибудь умру. Без этого я не смогла бы выжить. Такой стала моя жизнь, и обратного пути у меня не было.

Так бывает, когда, долго бредя в темноте по крутому скалистому гребню, выходишь вдруг на широкую дорогу. Я узнала, как прекрасно, когда кажется, что сил больше нет, а в твое сердце вливается прекрасный лунный свет.