Доктор Живаго

«Как хорошо на свете!» — подумал он. — «Но почему от этого всегда так больно?»

Мелкой водяной пылью моросил дождик

у вас опять шалды-балды и все шиворот-навыворот

То, что вы зовете развалом, такое же нормальное явление, как хваленый ваш и излюбленный порядок. Эти разрушения – закономерная и предварительная часть более широкого созидательного плана. Общество развалилось еще недостаточно. Надо, чтобы оно распалось до конца, и тогда настоящая революционная власть по частям соберет его на совершенно других основаниях.

Что-то случилось. Пойдёмте чай пить.

— Очень приятные люди. В особенности он. Она немного ломака. Она чем-то недовольна собой, ей что-то в себе самой не нравится. Отсюда эта неутомимая, притворно-вздорная говорливость. Она как бы торопится отвлечь внимание от своей внешности, предупредить невыгодное впечатление. И то, что она шляпу забывает снять и на плечах таскает, тоже не рассеянность. Это действительно к лицу ей.

Мертвецов вскрывали, разнимали и препарировали, и красота человеческого тела оставалась верной себе при любом, сколь угодно мелко делении, так что удивление перед какой-нибудь целиком грубо брошенной на оцинкованный стол русалкой не проходило, не переносилось с неё к ее отнятой руке или отсечённой кисти.

Несвободный человек всегда идеализирует свою неволю.

Они понимали, что они не дети улицы, но в них глубоко сидела робость перед богатыми, как у питомцев сиротских домов.

Книга — живое существо. Она в памяти и в полном рассудке: картины и сцены — это то, что она вынесла из прошлого, запомнила и не согласна забыть.

"Он сошел бы с ума, если бы не житейские мелочи, труды и заботы."

"Грустные мысли обуревали ее. Если бы она взялась продумать их вслух по порядку, у нее не хватило бы слов и времени до рассвета."

Он не оценил материнского чувства, которое она всю жизнь подмешивает в свою нежность к нему и не догадывается, что такая любовь больше обыкновенной женской.

... он развивал свою давнишнюю мысль об истории как о второй вселенной, воздвигаемой человечеством в ответ на явление смерти с помощью явлений времени и памяти.

Человеческая, в особенности женская природа так темна и противоречива! Каким-то уголком своего отвращения ты, может быть, в большем подчинении у него, чем у кого бы то ни было другого, кого ты любишь по доброй воле, без принуждения.

Лингвистическая графомания словесного недержания

«... Молодец, молодец. Читала. Ничего не понимаю, но гениально. Это сразу видно.»

Каким непоправимым ничтожеством надо быть, чтобы играть в жизни только одну роль, занимать одно лишь место в обществе, значит всегда только одно и тоже!