Публичные признания женщины средних лет

Выглянув утром из окна номера, я заметила внизу канал, грязный и глубокий. Мелькнула мысль: не броситься ли в него? Но потом я решила, что жизнь должна продолжаться, даже у таких дураков, как я.

Нам бы молиться на хороших учителей. Мы должны им больше платить и прекратить завидовать их длинным отпускам. Зануд и деспотов следует отчислять из пединститутов. Ни в коем случае нельзя допускать, чтобы их дурной нрав отравлял жизнь детям.

Меня в который раз поразило, на что способны пишущие люди, если их слегка поощрить и ограничить в сроках.

Подслеповатость дает массу преимуществ. Можно спокойно заводить собаку — собачьей шерсти не заметишь. Пол в кухне всегда кажется чистым, и только когда уже песок заскрипит под ногами, до тебя доходит, что надо подмести или помыть.

Если в семнадцать лет вы загорелись желанием заиметь на животе татуировку в виде мартышки — выбросьте эту мысль из головы. Представьте себя в тридцать один, на последних часах беременности, когда мартышка вытянется до размеров Кинг-Конга. Не самое приятное зрелище для акушерки.

Считайте меня старомодной, но мне грустно видеть, как люди теряют чувство собственного достоинства.

Неделю я глядела канал для покупателей. Такая гадость, что просто удовольствие испытываешь, когда продавцы и ведущие доводят себя едва ли не до оргазма, демонстрируя достоинства чистящего средства для духовки или фритюрницы.

Не забывайте, что с тех пор как вошло в моду купание при свечах, у пожарников прибавилось работы.

Возможно, списки важных дел - это наше будущее. Но чем бы они ни были, черт возьми, жизнь прожить - это не просто ставить галочки против пунктов, одного за другим.

Кто-нибудь из вас верит, что, достигнув восемнадцатилетия, дети слезают с родительской шеи? Оптимистов прошу простить мой смех, циничный и горький. Было время, и я думала так же.

Один совет я всегда давала и буду давать: читайте книги. Книги недороги (подержанные), занимательные, назидательны, транспортабельны, и им не нужны батарейки.

Клубок шерсти, который перед ним крутили, он созерцал с унынием актеров из фильма Ингмара Бергмана, а потом уходил. Это был самый безрадостный котенок, какого я знала. Теперь ему десять лет. Одного взгляда на его морду достаточно, чтобы усомниться в смысле жизни животных и людей. Зачем мы здесь?

Лодыри всех стран, объединяйтесь! (Если лень не заест.) Нам нечего терять, кроме своих отлеженных боков.

Сарказм не убивает, но раны оставляет глубокие.

Как называть взрослых детей? Особого термина не придумали, хотя, признаюсь, на ум приходит "спиногрызы".

Writers are prone to going barmy, but fate decided to strike me down in quite a different way. It put me on my back by messing about with three discs and allowing one to slip out. I don't blame the disc – for forty-eight years it had been in the same place, at the bottom of my spine, doing its job uncomplainingly. Who can blame it for slipping out for a look around?

Are there parents out there who think that once their children reach the age of eighteen they are off your hands? Excuse me while I laugh, a cynical, dry, mirthless kind of laugh. I, too, thought as you did. Eighteen was the magical number in my mind as I endeavoured to pack my groceries at Sainsbury's, while one or more of my children had a spectacular tantrum under the trolley.

There isn't a word for grown-up children, though I must admit ‘groanies’ comes instantly to mind.