Грозовой Перевал

Пусть самый последний человек ударит меня по щеке - я не только подставлю другую, а еще попрошу прощения, что вывела его из себя.

Я думал о тебе немного больше, чем ты обо мне.

Завтра мне будет казаться, что это было во сне! - вскричала она. - Я не смогу поверить, что я тебя видела, и касалась тебя, и говорила с тобой еще раз.

Здесь оно и здесь! - ответила Кэтрин, ударив себя одной рукой по лбу, другою в грудь. - Или где она еще живет, душа... Душой и сердцем я чувствую, что не права!

Громотевичная Гора - вот как зовется обиталище господина Хитклиффа, говоря же проще - Грозовой Перевал.

Все реликвии мертвых драгоценны, ежели ценились при жизни.

Не проси, чтобы она стала камнем
на который ты обопрешься
лучше смастери ей крылья
и направь ее в небо
и она научит летать вас обоих.

- А вы не валяйтесь до десяти в постели. Утро на убыль идет задолго до десяти. Ежели к десяти утра полдня не прожил, рискуешь и другую половину упустить.

Злодеев наказывает Бог; а нам надобно учиться прощать.

Радость так велика, что я боюсь, вдруг это окажется неправдоподобно.

Я подарила ему сердце, а он взял его, и задавил до смерти, и швырнул мне обратно.

Все реликвии мёртвых драгоценны, ежели ценились при жизни.

Я так верю в любовь Линтона, что, кажется мне, я могла бы убить его, и он, умирая, не пожелал бы мне зла

Рай мизантропа.

Пусть Бог наказывает злых людей, мы же должны учиться прощать.
Эмили Бронте, "Грозовой перевал"

Не воображаете ли вы, что он так же много думает о вас, как вы о нем?

Иные, возможно, заподозрят в нем некоторую долю чванства, не вяжущегося с хорошим воспитанием; но созвучная струна во мне самом подсказывает мне, что здесь скрывается нечто совсем другое: я знаю чутьем, что сдержанность мистера Хитклифа проистекает из его несклонности обнажать свои чувства или высказывать ответное доброжелательство. Он и любить и ненавидеть будет скрытно и почтет за дерзость, если его самого полюбят и возненавидят.

Я вдыхала ванильный запах пекущейся сдобы и любовалась сверкающей кухонной утварью и полированными часами на стене, убранными остролистом, да серебряными кружками, расставленными на подносе, чтобы к ужину наполнить их подогретым с пряностями элем

- Почему ты не можешь быть всегда хорошей девочкой, Кэт?
...

• Почему ты не можешь быть всегда хорошим, папа?

Я слишком счастлив; и все таки я счастлив недостаточно. Моя душа в своём блаженстве убивает тело, но не находит удовлетворение для себя самой.