
Страж
Чарлз Маклин
3,9
(813)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Там, где за ручку ходят окультизм и реинкарнация, я брожу где-то поблизости, прячась за кустиками, чтобы не спугнуть. С глазами, честное слово, преданного фанатика и ценителя, каким я считаю себя в отношении всей этой тематики. Предубеждение?
Здесь, как и у медали, две стороны умозаключений. Первая, благополучно говорит о том, что главный герой совершенно выживший из ума молодой мужчина, которому нужна помощь психиатра. Ну а вторая, что никто из нас по сути не знает, в какой реальности живет и как прошлое отражается на наших движениях в настоящем и будущем.
Затронутые струны лопались от прикосновения и обнажали плоть повествования, и каждый раз по-новому, по-больному. Немой крик от непонимания того, что происходит и попытка что-то доказать. Но, кому, спрашивается? В первую очередь, оправдать свои действия, как мы думаем в самом начале. Но, так ли это?
Книга оставила после себя куча вопросов, но, как не странно, не к книге и совершенно не к автору. Все чтение ловила себя на том, что пугаюсь шорохов в квартире и просыпается какой-то маниакальный страх, будто кто-то стоит и наблюдает за мной, пока я читаю. Неимоверное количество вопросов в голове в момент погружения, блужданий по закоулкам памяти и выискивания знаков.
В общем, книга произвела должное и сокрушительное действие на мою нервную систему, не говоря уже о том, что заставила о многом задуматься.
Не отрицай, читатель, и ты избранник. Только вот в чем твое избранничество? Быть может, и ты, подобно Мартину Грегори, герою романа Чарлза Маклина, несешь в себе некую тайну? Вспомни о странных совпадениях, о судьбоносных событиях своей жизни. Подумай о том, чего могло бы и не быть. Или о том, что выводило тебя за рамки обыденного существования: работа – дом, дом – работа. Быть может, где-то рядом, в «параллельной реальности», по-прежнему ждет и томится твоя другая, большая жизнь? Ведь время от времени и ты вновь и вновь сталкиваешься со странным стечением обстоятельств, когда ты мог бы к ней прорваться, когда и твоя жизнь могла бы озариться священным, божественным смыслом, и когда ты почему-то раз за разом терпишь и терпишь крах... Не удивляйся. Все «нормально». Мы все давно уже изгнаны из Рая и живем в эти темные времена, в ожидании Конца Света. И мало кто из нас по-настоящему знает себя. Мы так себя и не узнали.

Чарлз Маклин
3,9
(813)

Отличный вынос мозга получился, однако! Черт! Вот вы представляете, каково это проснуться в день своего рождения в запертой комнате, ожидая сказочный сюрприз от любимого мужа, с которым прожили невероятно счастливые восемь лет совместной жизни, выбраться через окно, не дождавшись прихода пока вам откроют дверь, и получить долгожданный сюрприз в виде… двух любимых собак с перерезанным горлом, заботливо уложенных в коробку, и шутливой открыткой с пожеланиями - от кого бы вы думали? - от любимого мужа, черт побери! Представляете, нет? Вот и я не представляла, пока не взялась за эту книгу. Но это еще не все, чего вы себе никогда не представляли. Оказывается, человек, которого, как вам кажется, вы знаете как облупленного, способен на такие подвиги, что ваши волосы радостно изобразят ирокез и продержатся в таком положении на протяжении всей книги.
Она сумасшедшая, переворачивающая сознание, бьющая веслом по голове и заставляющая метаться, разрываясь между главным психом героем и людьми, пытающимися ему помочь. А может он и не псих вовсе? Может, это какой-то страшный заговор? Ну не может же человек проснуться однажды утром и полностью слететь с катушек? Или может? Кто он: жертва гипноза или сумасшедший?
Вы любите убийства, расследования и забавных шизоидов психологические триллеры? Тогда не проходите мимо. А я пойду верну глаза, вылезшие из орбит, на место.

Чарлз Маклин
3,9
(813)

Спойлерно, но не смертельно.
История номер 1.
Один мужик поехал крышей. На день рождения подарил жене нежно любимых обоими собак, предварительно перерезав им горло и упаковав в белую коробочку. Решил потом полечиться у психиатра, но под гипнозом дело пошло совсем ужасно: оказалось, что ещё в детстве он убил маленькую девочку, а теперь его память конструирует какие-то якобы настоящие прошлые жизни, из-за которых он и совершает поступки ужасные и необъяснимые. Реальность перед ним плывёт, он запутывается, а в конце концов тырит из люстры психиатра хрустальную подвеску и бегает по местности с криками: «Я нормальный!»
История номер 2.
Один мальчик родился в семье хранителей древнего кристалла-артефакта, что защищал мир от всяческих напастей. Но, как водится, бабы его охмурили и объегорили, поэтому злой старикашка и его дочка отняли артефакт, уничтожив всё население города хранителей. Сам мальчик тоже помер, пока пытался вернуть кристалл, но начал долгую цепочку перерождений, каждой своей новой личностью стремясь к выполнению старого квеста. А старикашка с бабой, как водится, каждый раз ему мешали. И вот он всё же наконец отобрал кристалл у старикашки, но тот слишком хитрый и опасный…
Спойлер в чём? Спойлер в том, что это не две разные истории, а, в общем-то, одна и та же. И дело даже не в том, что ни на одну историю нельзя положиться — обе правды подтверждаются в одних мелочах и опровергаются другими, а в том, что обе истории реальны. Вспомним «Планету Ка-ПЭКС» или «В чаще» Рюноскэ. Ни одна история не превалирует над другой, они сосуществуют и узнать правду нам не то чтобы не дано, а просто не нужно. В одной параллельной реальности перед нами психиатр и жуткий чеканашка, который носится с висюлькой из люстры, как с писаной торбой, галлюцинирует от картин, людей, событий и просто так, без повода, а во второй реальности коварный старикан подначивает его на ужасные действия, а сам подкрадывается к нему со шприцем и белой картонной коробкой, из угла которой капает что-то тёмно-красное. И обе эти реальности суть одно.
Начало романа очень мощное, середина со всяческими галлюцинациями — тоже вполне, получился бы прекрасный фильм ужасов. Финал… Ну, так себе. Пусть лучше так, чем однозначное решение. Признаться, после некоторых ярко описанных моментов у меня самой начинались лёгкие глюки. Особенно впечатлил момент с изменяющимися картинами, где уж точно см чёрт ногу сломит, что вообще происходит, но эта ужасная затопляющаяся картина так меня поразила, что я боялась перед сном нажать на hold своего ридера, искренне опасаясь, что вместо привычной закладки там будет озеро, тонущая девочка в жёлтом плаще и камень в форме ползущего человека. В конце концов, даже самый сумасшедший человек абсолютно нормален там, у себя внутри. В чём вообще измеряется нормальность и реальность?

Чарлз Маклин
3,9
(813)

Проснувшись, я почувствовал себя так, словно умер во сне, а сейчас возвращаюсь к жизни вопреки собственной воле.

– О чем ты сейчас думаешь?
– О нас с тобой, – ответил я. – Воображаю, что мы дети. Оставшиеся вдвоем. Одни-одинешеньки. Больше никого не осталось.
– Но ведь мы не были знакомы, когда были детьми?
– Может, не были, а может, и были. Откуда нам знать? Любящие друг друга всегда находят какой-то способ соединиться, и необязательно в этой жизни.
– А с каких пор ты начал... Мы были очень влюблены друг в друга? – Она прижалась ко мне теснее.
– Может быть, были. А может, нас связывало нечто другое. Скажем, родственные узы.
– Это было бы тоже прекрасно. Мне бы хотелось в такое поверить. Так утешительно было бы думать, что на самом деле никого не дано потерять.

Возможно, существуют вещи, к которым лучше вообще не притрагиваться, некие безмолвные и неписаные законы веков, нарушить которые, однако же, нельзя.










Другие издания


