Алхимия слова

В книгу известного современного польского прозаика лауреата Государственной премии ПНР Яна Парандовского (1895 - 1978) вошли: "Алхимия слова" (1951) - блестящий трактат о писательском искусстве, о том, как воплощаются творческие замыслы в произведениях, в нем дается анализ писательского искусства на примерах выдающихся писателей различных эпох от Эсхила до Горького; "Петрарка" (1956) - романизированная биография великого итальянского поэта Возрождения; "Король жизни" (1930) - увлекательное жизне...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

96 оценок

5
47%
4
39%
3
11%
2
3%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 106Хотят прочитать 303

Рецензии

N_V_Madigozhina
18 мая 2020
Год великих бедствий.
Жизнеописание Петрарки , написанное польским словесником Яном Парандовским, можно сейчас включить в подборку "актуальных книг", куда вошли уже десятки томов про опасные инфекции. В центре этого произведения - 1348 год. Страшная вспышка чумы в Италии. Все страдают, борются, очень многие погибают... Привезена болячка была, как обычно, с Востока, но приобрела иные масштабы и симптомы в Европе того времени. Сам Петрарка во время этой эпидемии потерял огромное количество друзей и родных, погибла и его возлюбленная Лаура.
Впрочем, по поводу Лауры у Парандовского, кажется, преобладает мнение, что ее не было вовсе - прекрасная дева лишь плод воображения великого поэта. Чистая, непорочная, совсем юной вышла замуж и, невзирая на нежные взгляды Петрарки в церкви, решила, что другому отдана и будет век ему верна. По поводу "века" вышла ошибочка - чума внесла свои коррективы. Потом Лаура появляется в сновидениях поэта уже после чумного мора и сообщает, что с первого взгляда полюбила именно его, но не хотела совершить грех, так как мечтала попасть в Рай. Вероятно, именно туда она и попала и с тех пор посылала разнообразны ми способами весточки своему возлюбленному.
И какая разница в данном случае, была ли девочка, если ей посвящено столько прекрасных сонетов?!
Читать далее
22 понравилось
2
1,5K
wlada
1 октября 2011
Некоторые люди поражают меня своей эрудицией - пусть даже берут не глубиной, но широтой знаний. Парандовский сыплет именами, в книге упомянуто около 500 авторов, и о каждом П. может сказать что-то интересное: этот побрил полголовы, чтобы не выходить из дому; тот - ходил под открытым зонтом в любую погоду. И из миллиона противоречивых мелочей складывается образ Писателя. Он может пить чай, кофе или алкоголь; может путешествовать или быть затворником; писать пером или стилусом, быть достойным семьянином или одиночкой... Кто надеется найти в "Алхимии слова" учебник а-ля "Как писать книги" Стивена Кинга (книга очень полезная, но совершенно в другом стиле), будет разочарован, здесь нет разжевывания и прямых рекомендаций; больше это похоже на акунинское "Писатель и самоубийство" - только без самоубийства.
ps Вступление некого Сергея Залыгина может отбить всю охоту к чтению, пропустите его :)
Читать далее
18 понравилось
2
1K
asy99
26 августа 2011
Спасибо, кэп.
На редкость неудачная книга, но мой взгляд. Если ее переработать, убрать зашоренность и лень какую-то автора, оставить сухую логичную выжимку и 300 страниц превратить в сотню, получилась бы очень даже неплохая книга о разных писателях и их работе.
То ли перевод такой, то ли сам автор беспомощен. Я наткнулась на похвалу в интернете, дескать, единственная полезная книга про писательство и писателей. Ну воодушевилась, села читать. Книга на 50% сборник интересных фактов из жизни писателей, еще на 20% просто сборник каких-то фактов и еще на 30% - бесконечно занудные и посредственные излияния автора, которыми он соединяет эти самые факты. Вот как к примеру начало главы под заголовком "Слово":

Слово – великая тайна. Все религии считали способность речи во всём потенциальном богатстве звуков, форм, правил даром божьим, получаемым человеком вместе с жизнью.

Или вот перед этим.
В "Работе" страницы четыре посвящены кофе и чаю, причем с рассказом как они впервые появились и блаблаблабла. Про Табак автор начинает лечить какую-то ересь про его разные виды, а потом делает глубокомысленный вывод, без чтения которого читатель бы, конечно, просто не смог. Спасибо, кэп:

Табак сделался одним из самых могущественных демонов в жизни писателя. Кто раз ему поддался, уже не сможет и одной фразы написать, если не затянется дымом, если нет под рукой табака и спичек. И, как каждый демон, табак действует таинственно, умеет хорошо властвовать в наших мыслях - никто не станет отрицать, что именно в голубых завитках табачного дыма приходили к нему желанные слова, которых он тщетно дожидался в суровой чистоте легких и воздуха.
Однако сильнейшим наркотиком останутся все же увлекательная тема, кипящая мысль, распаленное воображение - состояния наивысшего творческого подъема, когда кажется, будто выходишь из подземелья на ослепительно яркий свет. Сотканный из одних неожиданностей и в то же время такой знакомый, будто был приготовлен давным-давно специально для нас и только дожидался, чтобы предстать пред нами во всем своем великолепии.

Совершенно мне не понятна структура, ее логика. Какие-то параграфы не очевидно связанные, последовательность будто случайная, и в каждом - растекание мысли по бумаге.
Вот оглавление:
Введение.
Призвание
Жизнь
Мастерская
Вдохновение
Работа
Слово
Тайны ремесла
Материал литературы
В лабораториях литературы
Стиль
От первой до последней мысли
Скрытый союзник
Слава и бессмертие

Все это может быть интересным в виде каких-то отдельных выписок, несущих в себе реально полезную информацию или незнакомых фактах, но в общем и целом польза от этой книги - это примерно как сесть и прочитать какой-нибудь словарь или "почемучку" на триста страниц за раз.

Все это вроде бы интересно, но удержать в себе такую кучу фактов, если книга чуть более чем наполовину состоит из них...
Их хорошо добавить в цитатник (и я это сделаю, а то иначе точно забуду понравившееся), но лучше бы книгу в таком виде и читать, чем сидеть и просеивать это, потому что в процессе не остается в голове вообще ничего - жвачка такая из ЖЗЛ)
о вдохновении:

В качестве не поддающегося определению состояния духа в словаре греков оно [вдохновение] соседствовало со словами мания, безумие, его путали с экстазом, с "энтузиазмом", который в своем первоначальном смысле обозначал состояние человека, "преисполненного богом".
Фридрих Шиллер дал ему красивое определение: "неожиданности души".

о дисциплине и работе:

Разумеется, метания, каждодневная борьба, одурь от часов работы - все это отнюдь не обязательное правило. И не всегда даже очень плодовитый писатель является каторжником пера. Герберт Спенсер никогда не работал больше двух часов в день. Арнольд Беннет назначал себе столь же скромную меру времени и никогда ее не преступал: вставал из-за рабочего стола, даже не дописав начатой фразы. Жорж Санд ежедневно писала до одиннадцати часов вечера, и если в половине одиннадцатого она заканчивала роман, то тут же брала чистый лист бумаги и начинала новый. Писала свои романы, словно штопала чулки. Легко себе представить, как на это смотрел Мюссе, когда его перестала ослеплять любовь, - Мюссе, убегавший прочь при виде пера от страха и ненависти...

*
В общем и целом о писательстве - советую лучше прочесть Моэма " Подводя Итоги ", куда более последовательная, интересная, наводящая на мысли и в целом очень внятная книга.
Читать далее
18 понравилось
0
691