Сиддхартха. Курортник. Путешествие в Нюрнберг. Из "Размышлений"

Любовь, о Говинда, кажется мне важнее всего на свете. Видеть мир насквозь, объяснять его, презирать его, - может быть, достойно великого мыслителя. Для меня же единственный смысл в том, чтобы уметь любить этот мир, не презирать его, не ненавидеть его и себя, но уметь смотреть на мир, и на себя, и на все существа с любовью, восхищением и почтением.

Я говорю то, в чем убедился на деле: передать можно другому знание, но не мудрость. Последнюю можно найти, проводить в жизнь, ею можно руководиться; но передать ее словами, научить ей другого — нельзя.

Она все знает, эта река, всему можно у нее научиться. Смотри, вот ты уже научился у нее, что это хорошо — идти вниз, спускаться, искать глубины

"Знание можно передать, мудрость же - никогда. Её можно найти, ею можно жить, ее можно сделать своим парусом, ею можно творить чудеса, но облечь ее в слова, научить ей кого-либо невозможно."

Писать — хорошо, думать — лучше. Мудрость — хороша, терпение — лучше.

Знание можно передать, мудрость - нельзя. Её можно найти, можно её нажить, можно от неё жить, можно творить с ней чудеса, но высказать её и научить ей - нельзя.

Знать немного книг, но зато досконально – чтобы, лишь взяв их в руки, вновь оказаться во власти чувств и мыслей, пережитых за бесчисленные часы чтения этих книг, – благороднее и отраднее, чем засорять голову ворохом смутных воспоминаний о тысячах книжных заглавий и писательских имен.

...никогда человек не бывает ни совершенным святым, ни совершенным грешником.