Трагедии. В двух томах. Том 1

Умеренность – сладко звучит
И самое слово, а в жизни
Какое сокровище в нем!
Избыток в разладе с удачей,
И горшие беды на род
С божественным гневом влечет он.

Кому ж прощать, дитя, коли не людям?

Свободы нет меж смертными: один
Богатства раб, а тот — судьбы, иному
Кладёт предел толпа его сограждан,
Тем письмена законов не велят
Так поступать, как хочет их природа.

Благословлять судьбу не предлагаю,
Но если бог что дал тебе – носи...

О старцев род, – бессилен ты, но гнев
Раз охватил тебя, ты безудержен.

...От укуса
Змеиного лекарство знает ум
 Божественный для смертных, и ехидны
И пламени загладятся следы,
Лишь женщина неисцелимо жалит…

Стыда в вас нет, о юные уста.

Уловкам ли учить
Тебя? Ты – женщина.

О, суета! О, жалкий род слепцов!
Нет хитростей, каких бы допытаться
Ты не сумел, упорный человек.

...Для славы мы хотим
Свидетелей - для горя только тайны.

Священная клятва в пыли,
Коварству нет больше предела,
Стыдливость - и та улетела
На небо из славной земли.

Верьте мне, чтоб теперь утолить ее скорбь,
Месть должна быть великой и страшной!

Муки нет тяжелее, чем отчизны лишиться.

О, старики так часто смерти просят,
А стоит ей приблизиться — никто
Уж умирать не хочет. Старость тотчас
Становится отрадною для них.

... а разве есть
На свете что милей семьи, где с мужем
Живет жена согласно?

Грехи с людей смывает только море.

О милый мой, для мук ты был рожден
И жить с людьми не мог, затем что слишком
Была для них душа твоя чиста.