Царский двугривенный. Овраги. Васька

Авторский сборник. Однотомник писателя, лауреата Государственной премии СССР, включает три повести, составляющие своеобразную трилогию, в которой нашли отражение переломные годы в жизни нашей страны: нэп, коллективизация, индустриализация. На фоне этих преобразований автор с большим психологическим мастерством воссоздает атмосферу тех дней, быт и характер людей.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

7 оценок

5
29%
4
57%
3
14%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 7Хотят прочитать 8

Рецензии

LadaVa19 декабря 2012 г.
Впервые поняла, что такое "трагикомедия":
Улыбка не сходит с лица, пока читаешь. А когда закончишь... в памяти остаются трагические обстоятельства. Мороз по коже.
Поняла, что такое "пронзительно":
Автор не дает боли перейти в слезы. Трагедии - в ужас. Описание обыденной жизни натягивает нервы, как струны... Сильнее. Еще сильнее. Кажется, вот-вот лопнут. Но не больше ли пережили герои, чем читатели?
Поняла, что такое "тяжело":
Тяжело было строить московское метро - без плана строительства, без инженеров, без досок для опалубков, без цемента. Только с "вам дали прекрасный человекоматериал!" и с "проявите партийную смекалку!". Тяжело было тайком выносить из подземки трупы товарищей, чтобы не портить светлую репутацию Метростроя, и бросать их на соседних улицах. Недаром книга начинается с упоминания повесившегося комсорга 41-го участка. Мы часто залихватски ругаем "глупых" наших предков. Господи, спасибо им за эту глупость - что не слишком много думали, не впали в уныние, не повесились, строили жизнь как могли, воевали, рожали, чтоб мы тут, все такие из себя умные... Вот это все было тяжело. А то, на что я обычно жалуюсь - это всё легко. Так-то.
Поняла, что такое "борьба за справедливость":
О! Тут без изменений. Безапелляционные девицы из благополучных семей по-прежнему жаждут разоблачать тех, кто (какое совпадение!) стоит у них на пути. Тертые мужики по-прежнему жалеют, но молчат, не рискуя заступаться. Хорошие мальчики по-прежнему верят ночным кукушкам, которые, как известно, дневных перекукуют.
Специально ничего не пишу о главных героях. Знакомство с ними - открытие и удовольствие, которое не следует портить даже намеками.
Немного о финале:
Из трех главных действующих лиц мы узнаем только о старости Таты. И ничего о Ваське-Чугуевой и Мите... Укрылись от государственных глаз или сгинули?
Ах, как верить-то хочется!...

Читать далее
Царский двугривенный. Овраги. Васька
Сергей Антонов
4,1
(7)
78 понравилось
1,6K
SantelliBungeys27 февраля 2020 г.
Вот это так крем-бруле!
"Повесть, в которой нашли отражение переломные годы в жизни нашей страны: нэп, коллективизация, индустриализация."
Я, последнее время, люблю вот так присмотреться к аннотациям, ну какая же сухость и колченогость в словах. И все ведь правильно, и нэп, такой внезапно разцветший, щедрый на фоне совсем недавнего голода, страха, неразберихи и террора, какое слово страшное, рыкающее, и коллективизация с напарницей индустриализацией...
Эти самые ириски по копейке у входа в кинематограф, которые облизывали для блеска - это же Анатолий Рыбаков - Кортик . Вот встреча с давно знакомым и родным. Тут мелочей для воссоздания атмосферы тех дней, быта и характера людей на каждой странице и в каждой строке. Полосатые блузы и кожанные кепки, рабфак и пайторг с церабкопом. Ну и голуби, в них самое начало, знакомство с Тараканом, Коськой, Славиком, Митькой. Куда же без голубей, чтобы гонять, поить, выкупать у Самсона.
Жизнь дворовая, со своей иерархией. И пусть у Славика четыре комнаты на троих, и рояль, и приходящая француженка, а у хитрющего Митьки Франция дальше Парижа, все равно быть бедолаге Огурцом и распоследним человеком.
"Я по-прежнему такой же нежный," - вставит к месту, а скорее и совсем нет Коська, прилизав чубчик на лоб и разделив ириски на четыре кучки. Все про него понятно, только Славику никак не сшустрить и не вывернуться в случае чего. Наивен братец, ненаблюдателен, неопытен. Желторотик.
А книга получается совсем даже и не простая. От некоторых диалогов и ситуаций очень серьезными вещами сквозит. И "Сара Бернар", по поводу которой у застуканного на месте спекуляции Славика и мыслей не возникло, и секретарь комячейки - Митькин отец, с его "скоро всех передушим", и беспризорник Клешня под каменной лестницей в подъезде. Та ещё история, страшнее от того, что в полубреду и со смехом рассказанная. И про пенсне, и про сестрёнку, имя которой уже и не вспомнить. Беспризорность то ликвидировали, а Клешне доложить и забыли...
О половом подборе и здоровом поколении тоже любопытно послушать, про свободу выбора и все прочие не мещанские вещи. Про Сакко и Ванцетти, которые не слухом и не духом, но воодушевили Славика на мечты об Америке и признание в желании стибрить 69 копеек. О яичнице в три часа ночи и несуществующих поездках на линию. О всех этих взрослых делах, от которых за пару часов худеют и оправдываются перед азартными обвинителями как нашкодившие школяры. И Козырь, крутящий сальто под оправдательное:"Удобно живется на свете от чужого ума."
В первый раз пересеклась с Сергеем Петровичем Антоновым , а оказалось историю про Ваську, беглую из лагеря, пристроившуюся на строительство метрополитена, отлично помню. Да и Дело было в Пенькове всем знакомо.
Отобранный навсегда барабан и полная безнадежность, которая навалится на Славика в самом конце, хороша уже тем, что всего парой фраз все развеется, а Вячеслав Иванович, — если и вспоминает репетиции на пустыре, то не иначе как с улыбкой умудренного жизнью человека.
Читать далее
Царский двугривенный. Овраги. Васька
Сергей Антонов
4,1
(7)
63 понравилось
1,6K
nad120410 января 2013 г.
Хороша книга, ох, хороша! Но не красивым литературным языком, а интересной темой, которую не так уж и много освещали. А если и делали это, то в духе "Ура! Ура! Ура!".
Миллионы людей спускаются ежедневно в Московское метро. Это повседневная обыденность, привычное дело и никто не задумывается, а как все начиналось? Сколько погибло при строительстве, сколько покалечено, сколько сгноили потом в лагерях...
Нет-нет! Об этом вы в этой книге тоже не прочитаете прямо, но между строк — легко. У меня постоянно было ощущение, что я одновременно две книги читаю: одну комичную — где-то грустную, где-то забавную, местами просто смешную, а вторую — страшную, которую писать горько и больно, но прорывается отчаянный вопль через легкие строчки. Вручную строили. Вдумайтесь: это ведь не грядку вскопать (и то семь потов сойдет!), метро строили!!! А в Москве почва глинистая, а под землей — вода. Каторжный труд! Вырыть, укрепить кое-как и клянчить цемент, которого просто нет! А все укрепления того и гляди подмоет, а это значит, что все надо начинать заново, а то и "...оживет плывун и котлован превратится в братскую могилу..."! А вам "высокое" начальство советует проявить смекалку и поет песни о том, каким "человеческим материалом" вас обеспечили на строительстве! А "человеческий материал" — это та самая Васька-Маргарита и тысячи ей подобных, которые живут в нечеловеческих условиях, работают на износ и с риском для жизни, получают копейки, но носят гордое звание "Метростроевца"! Охохонюшки...
А линию сдали в срок. А ведь строили даже без чертежей и точных планов. Надеясь на русский "Авось"...
Читать далее
Царский двугривенный. Овраги. Васька
Сергей Антонов
4,1
(7)
47 понравилось
1,2K

Все рецензии

Цитаты

LadaVa13 декабря 2012 г.
Разноцветными леденцами слиплась в углу туркменская делегация.
6 понравилось
379
Maximilian_Grove_Kaufman12 января 2017 г.
И вы, ребята, должны брать пример с Вячеслава Русакова, везде и всюду проявлять бдительность, разоблачать курящих по чуланам, всегда уметь связывать прошлое с настоящим и излагать прошлое так, чтобы оно было на пользу будущему.
3 понравилось
213
Maximilian_Grove_Kaufman11 января 2017 г.
Чем глубже познается мир, тем трудней выбрать наилучшее решение житейского обстоятельства. Отягченный наукой опыт предлагает множество заманчивых, взаимоисключающих возможностей. Славик не имел опыта и проучился в школе только три года. Из положения, в котором он очутился, для него существовал единственный выход: украсть деньги у мамы.
2 понравилось
144