Александрийский квартет. Клеа

Сей мир есть обещание счастья, оно ждет нас, но мы не в силах взять его.

Любовь тоже вянет, как и всякая другая травка.

«Музыку выдумали для того, чтоб лишний раз иметь возможность утвердить человека в его одиночестве».

«Нам всем судьба стать тем, о чем мы грезим, – сказал Бальтазар, обшаривая пальцами щели меж камней в поисках ключика от часов, имя которым – Время. – Мы только-то и может воплощать, наделять материальной формой пригрезившиеся нам картинки».

Неврозы шьются на заказ.

стихотворение К.-П. Кавафиса «Вдали». Цит. перевод с новогреческого С. Ильинской:

Я эту память в слове удержать хочу…
Такую хрупкую… Она почти растаяла
вдали, за дымкой отроческих лет.

Как лепесток жасмина, матовая кожа…
Вечерний сумрак августа – был, вероятно, август…
Глаза я помню смутно, но как будто синие…
Да, синие, сапфирно-синие глаза.

Хлеб черный, чистая вода и синий воздух
И кожа белая, белее не бывает.
Душа свернулась вкруг души другой,
И веки опустили веки.
Дрожат ресницы, плоть обнажена.

Он был в том самом счастливом состоянии духа, которое возникает только в тех случаях, когда шампанское идет в коктейле с хронической усталостью: меланхолическое опьянение, ласковое и поднимающее дух.

Роскошная печаль и роскошь красоты, которые этот человек мог выразить с такою легкостью; пугающий переизбыток власти над словом.

Хорошее искусство указывает пальцем – как человек, который слишком болен, чтобы говорить; как ребенок!

Парацельс утверждает, что наши мысли суть деяния, акты. А из всех известных мне актов акт половой – самый важный, ибо в нем наша духовная изнанка обнажена более всего. И при всем том ощущаешь в нем некую неловкую парафразу поэтической, ноэтической мысли, которая претворяет самое себя в поцелуй, в объятие.

А мы всё сидели на полутемном балконе, пленники памяти, и говорили, говорили: и ничего уже нельзя было изменить, карты легли по-новому, иная диспозиция душ, углы и оппозиции придется рассчитывать заново.

Я понял, что любящий и любимый, наблюдающий и наблюдатель составляют друг для друга фон, как геральдическое поле – для фигуры.

Франция просто не может умереть, покуда в мир рождаются художники.

Я склонен к ностяльгии, но в ней теперь проклюнулось новое свойство – отчужденность.

When you are in love with one of his inhabitants a city can become a world.

...the so-called act of living is really an act of the imagination.

Gemius which cannot be helped should be politely ignored.