Популярная музыка из Виттулы

Очень маскулинная книга о мальчуковом взрослении, без патоки с грубоватым черным юмором, очень мужская что-ли.
Вначале просто не понимаешь – что это?! Ну а потом уже пошло-поехало.
Шестидесятые прошлого века. Небольшая заброшенная деревушка Паяле на самом севере Швеции. Шестилетние мальчуганы. Никакого родительского надсмотра, по сути никаких запретов – просто опыт выживания и проживания детских лет. И все это замешано на жизни взрослых без купюр. Много физиологии, утрированности в самобытности и поступках, надуманности которой не веришь и даже карикатурности в описании жителей поселка. И почему-то образность языка, когда прям наслаждаешься описанием чего-либо утыкается в очередной физиологический акт -нивелируется удовольствие от чтения.
Да, при чтении возвращаешься в свое собственное детство. Вспоминаешь свои необъяснимые з позиции логики поступки. Оглядываешься на свои увлечения, которые так по увлеченности напоминают увлечённости героев книги и все-таки такая литература на любителя.

Это судьба, а от нее не уйдешь. Взять в промежутке между двумя мрачными книгами шведа Линдквиста и двумя мрачнейшими южноафриканца Кутзее нечто веселое, духоподъемное, уморительно смешное. да вдобавок единодушно рекомендованное ведущими подкаста Медузы, одну из которых безмерно уважаю, а другую просто люблю. Так вот, взять книжку для подростков про то, как пацаны из шведского Урюпинска в начале шестидесятых создали рок-группу, саморучно выточив из деревяшек гитары, и что из этого вышло. А получить сложную, со многими чертами магического реализма, исполненную трепетной нежности, местами невыносимо грустную, местами жуткую историю взросления в мире с романтическим названием Сучье болото, где главные развлечения выпить и подраться, а социальный лифт, как институт отсутствует за невостребованностью.

Хотя по большей части все-таки смешную. "Популярная музыка из Виттулы" как хорошее стенд-ап шоу. Как очень хорошее. Которое умеет так осветить вещи, над какими плакать бы, что ты смеешься. И жалеешь персонажей, и любишь их, вместо того, чтобы возмущаться или ненавидеть. Книга - воспоминания о детстве, проведенном в маленьком двуязычном городке на севере Швеции, это финская граница и здесь много финнов, перебравшихся в экономически благополучную соседнюю страну в поисках лучшей жизни. Тут они на положении, как бы покорректнее, людей второго сорта. Ну, это везде так, где есть титульная нация. Сами жители севера Швеции по отношению к избалованным жизнью южным шведам, с их молочными реками. кисельными берегами и гнусавым выговором, тоже в куда как менее привилегированном положении

А вы думали, раз на территории России страна могла бы уместиться тридцать восемь с половиной раз, это должно гарантировать однородность и единообразие? Да нипочем. Они и в историческом смысле никогда всерьез не были "и разными прочими шведами". Напомнить, кого Европа трепетала с морей задолго до всяких непобедимых армад; из кого русские на княжение звали; назло какому надменному соседу был главный российский город заложён? А в наши дни, встреча хоккеистов на ледовой арене с чьими игроками практически приравнена бывает к игре с канадцами? Книги.переведенные с какого, далеко не самого массового, языка успешно конкурируют у русского читателя с англоязычными? То-то же. Швеция - сила, энергия которой серьезно подпитывается в том числе большой внутренней разнородностью, такой себе ядерный реактор пассионарности в одной отдельно взятой северной стране.

Однако к нашим мальчикам. Один из них сын шведского лесоруба и финки, мужчины семьи традиционно берут в жены домовитых работящих неприхотливых и бесправных соседок. Второй финн, сын проповедника, один из девяти детей в ортодоксально религиозной семье и до пяти лет он не говорит. Нет, психически полноценный и со слухом проблем нет, но дети настолько запуганы властным отцом. что предпочитают не открывать рта вовсе. Их дружба начнется с того, что каждый достанет из носа по козявке и финский мальчик съест свою. А секунду подумав, еще и козявку рассказчика. Что, тупо и противно? Да нет же, идиотически смешно. А потом один станет учить другого разговаривать и они придумают свой язык, который позже окажется эсперанто, выученным Ниёле из радиопередач в доме автора (у проповедника, как вы понимаете. радио в доме не водилось).

Вот это невыносимое, вопреки всему, стремление героев вперед и выше, оно и есть тот внутренний ядерный реактор этой отдельно взятой книги. Оно - то.что позволило мальчику из Сучьего болота написать книгу, переведенную на многие языки и еще много других, которые никто не переводил, но Микаэль Ниёми таки стал популярным в Швеции писателем и пьесы его на театре ставятся, и стихи издают. Невольно вспоминается автобиографическая "Разбитая музыка" Стинга, родившегося немного раньше в почти таком же медвежьем углу и так же всей головой ударенного в детстве об Элвиса. Почти таком, да не таком, все-таки Шотландия не северная Швеция. И семья была музыкальная, и учебу в средних классах талантливый смышленый мальчишка продолжил в гимназии, в то время, как его менее одаренные друзья остались в средней школе. Стартовые условия кое-что определяют. Не все, но многое.

Однако вышло как вышло, все, кто стремился вперед и выше, вознаграждены. Кроме друга автора. который умер молодым. Нет, о причинах смерти Неёле нам не расскажут. Просто жизнь - дорога со многими препятствиями, встреча с каждым из которых может оказаться для тебя фатальной. Что не мешает ей оставаться прекрасной. Книга начинается эпизодом путешествия рассказчика на Тибет и покорения намеченной вершины, после чего уж и спускаться надо. Тем более. что погода портится. а снежная буря в горах для одинокого путника явная смерть. Повинуясь безотчетному порыву, он опускается на колени перед табличкой. на которой местными письменами начертано что-то возвышенное, почтительно касается ее губами и... примерзает. Кто в детстве лизал качелю. тот поймет. Оторваться никакой возможности и уйти вместе с табличкой тоже. Она не просто привинчена, но еще и вмерзла. Завтра после бурана его труп найдут в позе мусульманина, совершающего намаз. От ужаса герой чуть было не обмочился, да удержался, дотянулся до кружки, пристегнутой к рюкзаку, пописал в нее и отлил себе жизнь. Такая это книга. Такая это жизнь.

Вот что вы подумаете, поглядев на обложку? Которая, кстати, напоминает наш мультфильм про Бременских музыкантов, где "такая-сякая сбежала из дворца". Ну и какую роль сыграла пластинка, пластинка битлов, как я поняла из одного отзыва, также, как и самодельная гитара. Ну и времена - шестидесятые. Собственно, и рассказана она от имени мальчишки, сначала пятилетки, потом - школьника, и вот - они уже с другом подростки во власти гормонов.

Исчерпывающая информация, не правда ли? И настолько ли она исчерпывающа, чтоб попытаться вообразить, что ждет вас в этой книге? Ни-за-что. Ни за что нельзя представить, что ожидает в этой - небольшой - книге. И конечно, не вздумайте подумать, что это обычная подростковая история, рассказанная - опять же - подростком.

Я пытаюсь понять, чего же здесь нет. Язык сочный, колоритный, когда случаются описания - картинка аж встает перед глазами, а чего только нет в сюжете - это и байки свадебные, когда случается свадьба, а когда случается, что родственники, давно ушедшие в мир иной, пытаются дотянуться своими кривыми пальцами из могилы - чем не магический реализм? А история про некоего - тогда еще не старичка - сумевшего убежать из сталинского лагеря (вы ж помните, что Финляндия раньше относилась к России, так та история и вытекает из Российской империи) - ох, какой это бурлеск!

А ведь читаешь, как было тогда - Швеция-Финляндия - все вперемешку, и начинаешь понимать, как это похоже во многом на ситуацию в тогдашнем СССР.

Вернемся лучше к нашим братьям-разбойникам, чтоб увидеть ламповые телевизоры, впервые увидеть Элвиса на экране, когда он вовсю гремит по планете, а для Турнедалена это все еще в диковинку, как и пластинка "Битлз", да как и многое другое. Может, потому что Турнедален еще одной ногой в той старине, где староверы, где своими руками корчуют болота и занимаются сплавом, и в то же время соревнуются, кто кого перепьет.

Слишком близко к Полярному кругу, суровый климат сказывается, пьют и варят брагу-самогон безбожно, да и в остальном многое похоже на русскую деревню (а говоря о том, что пьют, все же не возникает ощущения, что все безбожные алкаши, просто отдаются этому с душой).

Ах, а музыка-то, а музыка!.. И она будет, особенно интересна будет трансформация от самопального инструмента и самостоятельного постижения искусства управлять звуками к вполне оформившейся музыкальной школьной группе.

И конечно, смешно, иногда до абсурда, но наша жизнь вам не кажется иногда абсурдной, нет? Ну вот такая здоровая струя абсурда, фантазии, воспоминаний и просто возможности вместе с автором поностальгировать многим, как и мне, надеюсь, покажется интересной и даже самобытной.

Что я прочитала: "Популярная музыка из Виттулы"
Что я хотела получить: Что-то няшно-финское, теплое, милое и уютное, наполненное национальным колоритом.
Что я получила: Да. А что же я собственно получила?

Ну начнем с того, что книга к Финляндии не имеет никакого отношения. Действия происходит в Швеции. Автор тоже швед. Но финны в истории встречаются, уже хорошо.

"Музыка и Скандинавия... Разве может быть что-то лучше?" - подумала я и с энтузиазмом взялась за чтение. Но довольно быстро осознала, что не всегда сие сочетание приносит удовольствие и наслаждение. В этот раз все вышло наоборот.

Странные дети, странные взрослые, странное общество. Да все там странное! Нет, я все понимаю, деревня есть деревня, но можно же и о деревне совсем иначе написать! Взять хотя бы За спичками . Тоже деревня, только все мило и действительно колоритно. А тут какой-то туалетный юмор, бесконечные пьянки, драки, пуки и еще куча мерзких мерзостей. Нет, может, конечно, это тоже в какой-то степени колоритно, но мне этого не понять.

В общем, как-то не сложилось у меня с этой книгой. Непонятно, глупо, а местами, даже противно. Пожалуй, это первая книга скандинавского автора, которая мне не пришлась по нраву.

Одно и то же детство можно описать по разному.
Можно вспомнить как сидел на коленях у деда, делал игрушки из коробок, строил шалаш, как "зайчик" передавал шоколадки из леса, как на переменах гонялись друг за другом...
Можно вспомнить что-то более приземленное. Неприятных учителей, проблемы с уроками, как приходилось убирать квартиру (но не хотелось), как не хватало на еду, а бутылка газировки покупалась родителями с последних денег на большие праздники.
А можно (зачем-то) в подробностях вспомнить все вытащенные козявки, какашки, мочу, рвоту - и по нарастающей во "взрослую" жизнь. Но при этом если описываешь поцелуй, описать тоже максимально физиологично, чтобы описание гармонично смотрелось в цепочке из рвоты и мочи, не обрастало романтическим флером. Ну и куда без ЛГБТ. Без ЛГБТ книги нынче не печатают.
Как вы поняли, "Популярная музыка из Виттулы" - про последнее. И я не понимаю, зачем я это прочитала. Точнее я знаю - чтобы не было долга по игре. Но что мотивировало человека посоветовать мне книгу, отлично попадающую в ограничения, но проходящую совершенно мимо того, что хотя бы может мне понравиться - мне не понять.
Итак, это сборник разрозненных рассказов-глав, которые "собираются" в воспоминания. Рассказы действительно во многом про взросление, дружбу, про саму жизнь, немного про музыку (непростительно мало, учитывая название). Но жопно-рвотный акцент слишком перетягивает внимание на себя. Искать что-то хорошее за рвотными массами, сморщенными членами и алкоголем совершенно не хотелось. Местами эти воспоминания совершенно неожиданно перетекали то ли в мистику, то ли в магический реализм, и я просто переставала понимать, что и где происходит.
Сейчас на книгах обязательно указание возрастного ограничения. На эту книгу я бы добавила маркер: "Внимание! В книге постоянно упоминаются сраки, письки, какашки и еще пару десятков около сортирных эпитетов. Приобретайте с осторожностью".

Да какая там популярная музыка из Виттулы, вот как пишет Ниеми - это самая настоящая музыка и есть, такой слог - заслушаешься. Ярко, смело, незабываемо. И кажется, что сам ты бродишь по этим хуторам, городкам, поселениям, заглядываешь в чужие дворы, в окна, а навстречу тебе выглядывает типичная такая русская деревня с её нравами и норовами. Только шведско-финская.

Я вообще люблю книги про мальчишек, я на них выросла. Про девчонок ничего особенно интересного не попадалось, девочки, видимо, должны были сидеть дома, помогать маме и учить уроки, а детство - оно только для мальчиков, и все приключения тоже для них. "Маленькие женщины" - это вам не "Маленькие дикари". И не "Денискины рассказы". И не "Тореадоры из Васюковки". Так что я, как и многие мои сверстницы, сделала очевидный выбор. И "Популярная музыка" живо напоминает своей стилистикой именно те нежно любимые, до дыр зачитанные книжки. Уже со своими местными особенностями и приключениями, со своим юмором. И прекрасно укладываются в эту концепцию истории о том, как двое мальчишек решили полететь в Китай и долетели аж до Франкфурта, как подначивали кузенов из Америки ловить кладбищенских головастиков, в которых воплотились души умерших, как прятались от сторожа на складе, бренчали на игрушечной гитаре, учили полувыдуманный язык...

И наравне с этими увлекательными сюжетами здесь остро описывается тема взросления со всеми натуралистичными подробностями, а также делаются обильные этнографические зарисовки с подробностями того же самого характера. И где-то в этом районе я окончательно поняла, что отношение к книге у меня ну очень двоякое.
Мне всегда казалось, что излишним натурализмом и всяческими физиологическими подробностями меня не испугать. Скажем, недавний хит "1793" я прочла, не поморщившись и очень высоко оценила. Но что-то подозревать я начала ещё на сцене знакомства главного героя с будущим лучшим другом, где молчаливый мальчик сначала съедает свою козявку, а потом чужую... "Ну, ладно" - думаю - "мало ли как у них там в Швеции принято". А у них оказалось принято замечать в тексте каждое выпускание кишечных газов, каждое срыгивание, подробно описывать процесс поглощения алкоголя со всеми побочными эффектами, со всеми нюансами - от ароматов до жидкостей. На этом фоне уже не так плохо выглядит глава, в которой наш герой выкапывает ловушку на крыс и вспоминает о ней, только когда крысы на жаре превратились в "бульон", а ему ещё нужно выловить в этой массе хвосты, чтобы получить деньги за поимку поштучно...

Поймите меня правильно, я и Лэймона читала. Там "бульоны" похлеще бывают, и не из крыс вовсе. Тут вопрос уместности, и в полной замечательных рассказов о детстве и юношестве книжке такое количество отвратительных описаний меня напрягало. И столько всего было интересного и забавного - и передравшиеся наследники, и хвастовство на свадебной гулянке, и выступления рок-группы, которая не умеет играть, и, бог с ней, даже странная битва с призраком... Но так ли нужно было для атмосферы упоминание о том, что в гимнастическом зале пахло... женским половым органом, названным в тексте "м...й"? И непременно нужно было рассказать, как дед напустил в рюмку пьяных слюней, которых потом отведал его друг, такой же алкаш?

В общем, меня порадовали и стиль автора, и его любовь к родным местам, и бесконечная самоирония, но своему крепкому желудку я радовалась не меньше.

Когда книга ОЧЕНЬ понравилась, все мысли, эмоции и ощущения плавают внутри меня, как в герметичном сосуде, который я боюсь расплескать. Читала, и было то смешно, то грустно. Сопереживание, причасность к происходящему. Сейчас осталось чувство необыкновенной теплоты и счастья, что попалась мне на читательском пути такая книжка.

Я как-будто вправду перенеслась в забытый Богом и людьми уголок, селение Паялу на финско-шведской границе, на заболоченной пустоши, где за последними домами темная тайга. Жили там люди простые, малость неграмотные, далекие культурным новинкам, суеверные и работящие. Все, чем мы богаты - это туча мошкары, вычурная турнедальская брань и коммунисты. Дети духовного дефицита, не умели вести себя за столом и толкать речи, паковать подарки и даже на местном радио боялись заказывать музыку.

Повествование ведется от лица подростка, коренного жителя Паялы, как все они, крепко сбитого, коренастого, с вечными ссадинами на руках. Вот в такой глуши, на похоронах бабушки, дальний родственник дарит мальчишке Пластинку, которая меняет его жизнь, и жизнь его близкого друга. Это записи "Битлз", которые просто взорвали ребятам мозг обещанием перемен и какой-то чужой, страшной, но яркой и привлекательной жизни. И теперь идеей фикс для главного героя и его друзей стало научиться играть на гитаре и организовать группу. Смех сквозь слезы - их первая гитара-самоделка, вырезанная из куска дерева, с которой они прыгали по сараю и подвывали непонятные слова из песен пластинки. Рокенрол мьюсик! Иф ю вона лаф визми!

В книге много специфического, простецкого, но смешного на мой взгляд юмора - то финские мужики после обильного праздника пошли в бане попариться, то в литрбол играют, то свадьба, то именины с сочным финским колоритом. Вообщем, с этой книгой точно не соскучишься! (если не испугают крепкие словечки и описания, как пукают и рыгают финские парни)

Есть и немного то ли мистических видений, то ли юношеских фантазий, ну а как же без них, когда вокруг такие глухие леса! Вот такая необычная, интересная книга, которую я советую на осенне-зимнюю погоду, развеять печаль-тоску и бессолнечную хандру.

Что-то я совсем не прониклась этой книгой, не особо поняла, что в ней многие находят. Нам рассказывают про детство двух мальчишек, живущих на севере Швеции. Там какая-то маленькая деревушка, где кто-то говорит на шведском, кто-то - на финском, а кто-то вообще на каких-то наречиях. Соответственно, книга насыщена местным колоритом - все вечно пьют, парятся в саунах, бегают по лесам. Вроде бы как это должно быть интересно, но мне почему-то не было. Ну как бы отличие от русских деревень не слишком большое)) Не особо люблю национальные стереотипы. Это всё дело идёт фоном, но в основе сюжета, наверное, всё же взросление ребят. Как они подружились, пошли в школу, стали осознавать свою вот эту вот "мужчинственность", что ли. В книге огромное количество юмора - а с юмором у меня, как известно, не очень. А уж с туалетным и пошлым - так и вовсе плохо. Какашки, писюны, сиськи - этого в книге навалом. И когда я читала эту книгу, у меня было ощущение, как будто я нахожусь в толпе детсадовцев, у которых как раз период какашечного юмора, и не знаю, как на это дело реагировать) Потом в книге еще описывается, как ребята узнали, что такое рок-н-ролл, научились кое-как играть на гитаре и забацали свою местную панк-рок группу. Ну так, ничего серьезного, но это, наверное, забавно. Не знаю, что еще сказать об этой книге, она меня совершенно никак не заинтересовала, было лениво каждый раз браться за чтение)

Взросление…
Кто-то сбегал из дома на Северный полюс, к парню или просто на дискотеку, кто-то фанател от рок-звезд, обклеивая постерами стены своей комнаты, подражал любимому кумиру во всем, кто-то пробовал свой первый алкоголь, будучи школьником. И даже, если вы были самым послушным ребенком, наверняка вам знакомо какого отдирать свой язык от железной трубы на детской площадке в тридцатиградусный мороз. Только не говорите, что вы подобного не делали!

Будучи взрослым, оглядываясь назад, вряд ли мы найдем рациональное и логическое объяснение многим нашим поступкам. Мы просто это делали. Мы взрослели, как и герои этого романа.

Детство Матти и его друга Нила прошло за полярным кругом в деревне где-то на границе Швеции и Финляндии. Там говорят на своем собственном языке, который не совсем шведский, но и не совсем финский. Там мужчины немногим отличаются от викингов.

1960-70 годы. Современная эпоха буквально врывается в деревню на краю света, где жизнь балансируют между религиями и мифами предков и новой эпохой.

Повествование эпизодическое. Это что-то вроде зарисовок из детства и юности главных героев.
Матти и Нила познакомились, когда мальчишкам было по 6 лет.
Отец Нила, бывший проповедник, настолько властен и жесток, что никто из его многочисленных детей в семье не разговаривает, и Нила впервые учится говорить на эсперанто, благодаря урокам, которые он подслушивает по радио в доме Матти.
Позже подростки открыли для себя рок-н-ролл. Хиты Элвиса Пресли и "Битлз" оказали огромное влияние на их жизнь и вдохновили их на создание группы.

Ниеми прекрасно описывает тонкости взросления. Особенности школьной иерархии, дружеское соперничество подростков, мальчишечьи войны с пневматическим оружием, тайком выпитые спиртные напитки, первые сексуальные переживания и первые поцелуи.
Сложные сочетания фантазии и реальности, из которых складывается мир, в котором живут все дети в этом возрасте.
Автор не оглядывается назад и не думает: "Мы были тогда такими глупыми". Напротив, он отдает дань уважения зачастую порочным силам, действующим в мире детей, и тому, как непросто перейти от стадии невинности к захватывающему подростковому возрасту.

Ниеми пишет хорошо. Много иронизирует. Некоторые моменты доведены до абсурда, что очень смешно. Но в тексте повсюду рассеян магический реализм, а у меня с ним очень сложные взаимоотношения. Поэтому мои впечатления от романа очень двойственные. Некоторые главы мне очень понравились, а другие – оставили равнодушной или не понравились совсем. Порой мне казалось, что я читаю сборник сказок с анекдотами вперемешку. Хотелось более структурированного текста и желательно без магического реализма.
Но, если для вас это не является проблемой, то роман достоин внимания.