Нет величия без добродетели.

Даже когда просто глядишь на этот мир - все равно уже что-то выдумываешь!

Дорога и моря, деревья, воздух заговорили на всеобщем языке единства. Дерево не упускало из виду дороги, та не забывала о воздухе, помнившем, в свою очередь, о нуждах моря, у которого оказалось так много общего с солнцем.

Нужно, чтобы все заканчивалось честь по чести. Только тогда оно и уходит. А иначе останешься один на один со словами, которые так и не сказал, хотя и надо было, и сожаления ложатся на сердце камнем.

Теперь же он стал таким маленьким, что целиком умещается в моей памяти.

... переползает к ближайшему дереву со скоростью 250 метров в час, и то если его что-нибудь там привлекает, - это в 440 раз медленнее гепарда, которого вечно что-нибудь да привлекает.

... где с обезьянами было все в порядке, а вот чайных плантаций не было, хоть ты тресни. Похожая беда подстерегает начинающих писателей сплошь и рядом.

И вот я полетел в Бомбей ... да и потом, роман про Португалию 1939 года не обязан иметь прямое отношение к Португалии 1939 года.

Что это за болезнь, если она может убить в человеке Бога?

И тут сверкнула ещё одна молния - гораздо ближе. Наверное, целила в нас: мы только-только перевалили гребень волны и покатились под откос, как она ударила позади - в самую вершину. Мир взорвался горячей водой и паром. Две, от силы три секунды в небе плясал ослепительно белый осколок стекла - разбитого окна в космос, бесплотный, но исполненный колоссальной мощи.

Настоящий страх, тот, который потрясает до самого основания, укореняется в памяти, как гангрена: он стремится поразить все, даже слова, которыми вы пытаетесь его выразить. Вам приходится изрядно потрудиться, чтобы объяснить его понятными словами. Но если вам это не удастся, если страх превратится в безмолвный мрак, которого вы избегаете или стараетесь забыть, то он будет терзать вас и дальше, поскольку вы так и не сокрушили врага, уже раз одержавшего над вами победу.

Если вы начнете рассуждать черезчур разумно,то,глядишь,вместе с водой выплеснете из ванны Вселенную.

Свой молитвенный коврик я очень любил. А это, по-моему, – верный признак того, что коврик был и вправду хорош: ведь он напоминал, что вся земля – творение Божье и все, что ни есть на ней, – священно.

Вот она столичная спесь во всей красе: в ваших мегаполисах, значит, могут водиться все твари Эдема, а моей скромной деревушке вы отказываете в обыкновенном бенгальском тигре!

Мне повезло: в юности у меня было несколько достойных учителей, мужчин и женщин, - они проникли в мой разум и чиркнули спичкой.

Я понял, чего вы хотите. Вам нужен такой рассказ, который вас не удивит. Который только подтвердит то, что вы и так уже знаете. Который не заставит вас смотреть выше, дальше или по-иному, чем вы привыкли.

Потерять мать – это… все равно что потерять солнце над головой. Все равно что… впрочем, простите, лучше не продолжать.

Мир же не просто такой, как есть. Он таков, как мы его понимаем, да? А когда что-то понимаешь, то привносишь в него что-то свое, да?

Берегись Человека. Он тебе не друг.