Поиск предназначения, или Двадцать седьмая теорема этики

Интонация веселая, с шутками прибаутками, поначалу про жизнь, но чтобы автор не писал в конце концов получается мрачный боевик. Поначалу - жизнь обычного человека, уже немолодого, мне лично есть на что отозваться. Временами автор обсуждает те или иные общие жизненные вопросы. Читать в принципе интересно, легко, увлекательно. Стругацкие в этом смысле умели заинтересовать читателя. Первая половина книги меня полностью устроила - никакой фантастики, немного мистического и непонятного. Вторая половина скатилась в политическую чернуху и неясные разборки, страшилку и даже боевик. Так и осталась неясной теорема этики: зачем всё это было? Была ли теорема, была ли этика... Конечно, у Стругацких принцип - ничего не объяснять, тем не менее - заявка вроде была - а по итогу осталась невыполненной. В целом - откровением не назовешь, но если хочется почитать чего-нибудь легкого - то можно. Слог у автора соответствующий...

Сегодня хочу рассказать Вам о великолепной книге С. Витицкого, он же Б.Стругацкий, он же один из моих любимых авторов.

А кто из вас знал, почему именно такой псевдоним избрал себе автор?)
Изначально я думала, что там какая-то история, заложен какой-то смысл или отсылка, но нет, раз брат публиковался под псевдонимом С.Бережков исходя из того, что проживал на Бережковской набережной, то и БН решил особо не тратить свой неисчерпаемый талант на поиск псевдонима, жил на улице Победы, а как известно Победа =Виктория, а он мужчина, значит Виктор, а лучше Витя. ИТОГО = Витицкий.☺

"Поиск предназначения ", это безусловно очень талантливые, глубокое и великолепное произведение с множеством размышлений, философии, отсылок. Автор работал над книгой длительное время, более трех лет у него ушло на написание, редактуру и т.д. и благодаря этой кропотливой и сложной работе, мы с вами можем познакомиться с "социальной фантастикой ".
"Наше воображение больше нашего мира, все, что придумано, - существует" говорит нам автор со страниц своей книги и раскрывает перед нами правду, свою правду, о том, что любовь, восхищение, уважение, личная преданность, фанатичное преклонение - чушь, эфемерида, фантомы. Всем правит страх.

Смелые высказывания автора, затрагивающие политику и сам политический режим, абсолютно применимы и в настоящее время.
Особенно мне понравилось данное определение честности в политике, но из контекста выдергивать не буду, нужно обязательно читать произведение полностью.

Книга буквально пропитана тоской. А тоска эта, к середине книги, начинает потихоньку проникать в читателя. Грызя его изнутри, как бродячая шавка. Весь роман, это поиск ответов на вечные вопросы. Откуда Я пришел и куда Я иду? Частица ли Я мирового потока или случайное скопление атомов или тот самый центр Вселенной? А ответов-то и нет.
Но, по моему скромному мнению, основной вопрос: Нужно ли человеку знать свое предназначение? Дает ли это знание успокоение? И вот мой ответ - нет. Я предпочту жадно кидаться из стороны в сторону, пробуя тысячу раз, так чтобы на тысячу первый раз мне повезло, чем жить, зная, что все за тебя решено.
Кратко про книгу:

• читать легко, пропускать через себя трудно;
• фантастика вплетена очень умело. В происходящее верится вполне;
• баскеры;
• много вопросов без ответов;
• эффектная, хоть и не сразу понятная смерть главного героя в конце.

Это несомненно стругацкий текст. Социальная фантастика -- их любимый жанр. Плюс интеллигентский романтизм.
Почему-то сравнивают с "Понедельником". Не знаю почему. Не искристо написано и не игристо. Длинно, по большей части нудно. И вообще я воспринимаю только тех давних Стругацких. Они умели писать коротко и ёмко. Все их тогдашние произведения вдвое-втрое короче нынешнего, и смысла в них больше.

Вот это определённо в точку сказано. Когда Стругацких двое, они -- Братья. Когда по одному, тогда... ну не знаю... сироты...
Плюс немереное количество политики. 70-е годы уже не интересны ни новому поколению, ни, как мне кажется, и старому. Обком, гэбэ, товарищ Андропов... всё это плесенью покрылось, вызывает тошноту, если не понос.
"Будет всё у нас как в Польше." Этот стишок, кстати, не в 70-е годы родился, а никак не раньше 1981. Анахронизм однако.
«Известия», «Общая» и — обязательно! — «Путь правды», миллион других реалий типа Партии Любителей Пива сегодня вспомнит разве что старпёр вроде меня. Мало кто Антитьюринга свяжет с Анти-Дюрингом, ибо и в советские времена редкая птица долетала до середины какого-нибудь "труда классика".
Ну да, была "Общая газета" в 1991. Кто её помнит? И Партия любителей пива хотела конкурировать с самим Владимиром Вольфовичем на поле популизма. Куда там! Никто сегодня не скажет, какой такой Любитель был её лидером.

Но главная проблема всё же не в этом, а в том, что это дико длинно. Реально длинно. Или, если хотите, длинно нереально.

Да, Братья всегда были провидцами. И в этот раз угадали. Я действительно всё время думал, за каким фигом это всё читаю?

И почему большинство писателей так уверены, что читателю обязательно следует отыскивать жемчужные зёрна в кучах и кучах их словесной руды?

Ну и наконец очень жаль, что Брат Витицкий так и не придумал, чем достойно закончить историю. Поговорил-поговорил о морали и достоинстве, а потом всех тупо взял да и поубивал.
Ну и кому теперь, спрашивается, нужны все эти многочисленные клоны, на две крутки недокрученные, на две винтки недовинченные? Научная работа десятилетий вышла пшиком, будто ничего и не было.
Или не вышла? Бог знает. Об этом автор предпочёл умолчать...

Одним словом, не понравилась мне книга.
"Ожившая метафора" взрывания мозга потенциально хороша. Но метафора, скажем, того же Сорокина (о е#ании мозгов) подошла бы к политическому и идеологическому контексту куда точнее.
Уж лучше бы Брат Стругацкий перенёс действие в какое-нибудь далёкое созвездие Тау-Кита. Не так было бы отвратительно неактуально. Кто-то сказал (может, Платон?): обезьяна похожа на человека и тем отвратительна. Это тот самый случай.
Кстати, погуглите фразу про обезьяну, увидите много знакомых лиц -- от Эйнштейна до Сергея Зверева :)))

Могу рекомендовать книгу разве что полным фанатам Братьев Стругацких. Лично я отдал бы 32768 таких поделок за один Понедельник.

Вообще, я привыкла к тому, что Стругацкие (в данном случае Стругацкий) любят порассуждать философски на общечеловеческие темы: о счастье для всех даром; о большинстве, что в массе своей преимущественно думает лишь о том, как бы пожрать побольше да послаще; о том меньшинстве, которое грезит о счастье всеобщем, или, хотя бы, о справедливости. И как-то до этого у них получалось пусть тяжело, пусть непросто читалось - от тоски-печали, от непростых тем - но интересно; думать хотелось, рассуждать вместе с героями. Но с этой книгой вышло совсем не так.

Слишком много суесловия. Слишком сбивчивое повествование, скачущее с мысли на мысль, с года на год. Этот сумбур, при условии какой-то, до поры до времени, тайны, да плюс смутные рассуждения о предназначении, об избранности судьбой - все это так вываливается на читателя, что складывается ощущение, что на продымленной сигаретами кухне слушаешь пьяные откровения товарища. Причем говорит товарищ такое, чего ты, во-первых, от него не ожидал, а во-вторых, что звучит как бред в перемешку с какой-то паранойей. И сам ты как будто уже сильно трезв, отчего и без того не слишком связные мысли товарища ещё больше запутываются, теряют практически последний смысл, гаснут в окружающем дыму.
Проблеск сознания и мысли наступает в "Записках прагматика". Обрывки и догадки предыдущих частей выстраиваются более менее в стройный сюжет, что-то становится понятно, о чем-то теперь получается догадываться.
Но снова смешиваются в кучу кони и люди в последней части. В и без того запутанный клубок вплетается политика, клонирование, генетические эксперименты. Ужас, трагедия, страх, смерть - и поиск предназначения вдруг превращается в боевик на фоне фильма ужаса.

На этот раз это было не перечитывание одного из любимых, хотя и непростых романов, а прослушивание аудиокниги. И потому вначале пара строк именно об чтении и о чтеце. Александр Резалин — так зовут обладателя великолепного мужского баритонального тембра голоса. К этой характеристике остаётся только добавить несколько прилагательных типа "хорошо модулированный", "колоритный", "темперированный", "артикулированный", "бархатистый", "интонированный" и любые другие в превосходной степени, и звуковая картинка голоса чтеца будет более или менее закончена. Уверен, что если бы те, кто пока что не очень въехал в эту непростую книгу, ознакомились с ней не прочтением, а прослушав её именно в этом исполнении, то их мнение изменилось бы радикальным образом!

Поиск себя. Поиск своего предназначения. Уже одно это, выведенное в название романа, способно возбудить не то что простое любопытство, но, как мне кажется, нетерпеливое желание схватить эту книгу и углубиться в неё с головой. Потому что разве не поиском своего предназначения занимаемся мы начиная с младых лет и заканчивая... заканчивая... заканчивая?.. Постойте-постойте, а разве у большинства людей поиск своего предназначения когда-нибудь заканчивается? Разве много их, тех, кто убеждённо и удовлетворённо могут горделиво воскликнуть — я точно знаю, что я себя нашёл? Не зна-а-а-а-а-ю, не уверен... Конечно, на свете есть множество тех, кто сыто отрыгивая, попивая пивко, булькая пивным животом и кося соловым глазом скажет — а чо, у меня всё путём, куй куёт, бабцо липнет, бабло хрустит, хавчик не переводится, и тачка последней модели — с проблесковым маячком! — тоже под седалищем имеется. И, с другой стороны, всегда найдётся тот, кто занимается своим любимым делом, к примеру открывает М-полости и исследует тайны тёмной материи или скрытой массы, и счастлив этим... Правда этих гораздо меньше. Что ж, не буду спорить ни с теми, ни с другими, право каждого считать себя стоящим в центре Мира. С небольшим уточнением — в центре СВОЕГО мира. Индивидуального и личного.

Герой романа Бориса Стругацкого ещё в юношеском возрасте обнаружил вдруг, что обладает довольно странным Даром — его хранит Судьба. Причём хранит в буквальном смысле — он сумел насчитать две дюжины случаев, когда должен был неминуемо умереть, погибнуть, пропасть и склеить ласты, т.е. буквально из материи одушевлённой и активной стать материей мёртвой и неодушевлённой. Но не погиб, не умер, не пропал и не поменял тапочки. Остался жить. И вот, поняв, что его хранит Судьба, он задумывается над тем, а для чего его, собственно говоря, хранит его странный Рок и причудливый Фатум. Куда и к чему привели его поиски ответа на этот непростой вопрос — всё это уже в книге.

А вы знаете, для чего именно предназначены?

Начиналась книга весьма интересно. Правда, ничто не говорило о том, что книга будет в жанре научной фантастики. Роман повествовал о жизни двух друзей, Виконта и Стаса. Первый намек на фантастику появился только где-то ближе ко второй трети романа.Роман постепенно приобретал все более и более захватывающие черты. Но, внезапно, начиная с четвертой части, книга стала слегка абсурдной и довольно скучной.
Потенциал романа не был использован полностью. Кстати, хотя элементы научный фантастики, безусловно, присутствовали, но напиши эту книгу любой другой автор, ее отнесли бы скорее к жанру современной литературы.

Этот роман — жирная точка в творчестве Б. Стругацкого.

Во-первых, не стоит начинать свое знакомство с автором с этой книги. Потому что чтобы полностью понять все гениальные отсылки, нужно быть знакомыми с: собственной биографией АБС, их прошлыми произведениями и историей времени, в котором происходят события книги и, соответственно, в котором писалась книга. В предисловии Борис Натанович просит не искать читателя отсылки к реальным людям, пусть и признает реальность описанных им образов. Но мы то с вами знаем.

Во-вторых, финал книги служит криком помощи и отчаяния автора от того времени, которое ему пришлось застать и всех изменений, которые ему пришлось пережить. Стругацкие всегда ругались, когда их произведения называли научной фантастикой, ссылаясь на то, что они пишут социальную фантастику. Однако, именно Поиск предназначения подводит все годы поисков.

В-третьих, если вы глубоко знакомы с творчеством Стругацких, то для вас эта книга станет подведением технической стороны литературного труда. Здесь используются все приемы, стили и наработки, которые братья оттачивали весь свой долгий литературный путь.

По истине — это жирная громкая точка.