Священные монстры

Приехал за город к отцу и обнаружил среди свезенных сюда книг (хотел найти, посмотреть кое-что из "Чапаева и пустоты") этот лимоновский тюремный труд. Проверил (по списку прочитанных книг здесь у себя на Лайвлибе) - оказывается не читал (или, скорее всего, забыл зафиксировать здесь, что читал), теперь уже не важно, исправляюсь вот...
Первое, что необходимо сказать - книга написана эмоционально, на подъёме (чувствуется, что автор прям обрадовался "увиденной" (появившейся) вдруг "теме" и, засучив рукава, сходу кинулся в знакомый уже ему писательский поток-омут-труд), и посему "зудящая" энергетика "творца" здесь конечно же присутствует, и, соответственно, есть здесь интересные, но чаще всего спорные всё-таки мысли, также, как и несколько ошибочные, на мой взгляд, умозаключения и выводы.
Это и понятно, писать в тюремных условиях "по памяти" - и не таких дров можно наломать (правда, я думаю, никто же не мешал провести потом, перед печатью редакторскую и некоторую "проверочную" работу (по изложенным, а точнее рассыпанным автором "фактом" биографий известных людей - из чего и состоит, собственно книга).
Но книга на самом деле состоит конечно же не столько из описания "биографий" других людей, сколько из "показывания" автором самого себя в контекстах других персонажей, и авторских оценок знаменитостей прошлого (или в авторской интерпретации "священных монстров").
Сам же Лимонов всегда был уверен в своей гениальности и никогда не скрывал этой своей уверенности, вот и эта его книга завершается фразой о том, что на него "уже падает загар веков"...
Что сказать на этот счёт?
Эдуард Вениаминович в любом случае личность неординарная, и в истории точно остался и останется. Насчёт "веков" - не знаю...
С "веками" слишком много ещё неопределенностей, вон, после Ницше всего-то прошло 124 года как он умер (а ведь сейчас он видится чуть ли не мудрецом из древности, и уж он-то точно на века).

Выражаясь языком Лимонова, - описания «священных монстров» здесь вообще ни при чем, ибо единственный, о ком идет речь –это сам Лимонов. В список Священных монстров ему попасть не суждено, но самому себя хвалить – нормальная практика в политике. Подобная самоуверенность в столь преклонном возрасте не может ни радовать. Все краткие жизнеописания великих людей (не всегда великих и не всегда людей, ибо «священные монстры» у него разные, понапиханные отовсюду, сборная солянка из Петра Первого и Юрия Гагарина, Фрейда и Гитлера, Достоевского и Рудольфа Нуриева) Лимонов умудрился связать с собственной личностью. Даже если он в открытую не признает прямую связь себя любимого с определенным подвигом, то находится какой-то пример обязательного дяди Васи, который знал тетю Машу, которая в свою очередь спала с дядей Петей, который слышал, как определенный гений опарафинился по словам его пьяного дедушки где-то в прибрежном отеле в Шапетовке прошлого века. Всюду громаднейшие вкрапления на тему любимой партии и собственного эго. Если эго заполняет солнце, то пусть это солнце подвинется.

Злобный троллинг естественно касается не всех и не все, ибо в чем-то Лимонов типа видит свет, но этот свет пролит тоже специально, для того, чтобы придать повествованию большую достоверность. В основе троллинга лежит зависть. Кроме этого – пишет Лимонов в основном из мест не столь отдаленных, а наличие свободного времени плюс оторванности от общества дают возможность мыслить самостоятельно. Пользуясь опять же лимоновскими приемами, хочу сказать, что его форма мышления и способы облачения мысли в предложения – лично мне всегда были близки. Еще до того, как Лимонов превратился в клоуна и страдальца за дело правое. Его литературный путь – хороший пример того, как можно успешно описать путь неудачника, тем самым базируя свой успех на собственной несостоятельности. В начале 90-х его Эдичка был именно тем, что помогло отделить несформировавшимся умам свободу мысли от натурального дерьма. Таким образом произведение имело особую ценность. А посему до сих пор нет-нет да и скачаю очередной лимоновский памфлет. Подобное лирическое отступление господин Лимонов мне простит, ибо это я беру пример только с него самого. Со многими оценками "священных монстров» по-лимоновски согласен, но нельзя не заметить, что все оценки очень однобокие, как у того Скруджа, который в совершенстве изучил только одну, интересную ему сторону жизни. Так, например, Лимонов описывает смерть Джона Леннона

Кстати, чем старше пациент, тем сложнее над ним глумиться. Поэтому таких людей, как Моцарт или Ван Гог критика Лимонова не коснулась. Трудно бороться с устоявшимся веками восхищением масс. Легче вызвать возмущение, но сложнее найти материал, а потому – проще согласиться. Возможно, и господин Лимонов достигнет когда-то того состояния, когда ни один из языков не повернется его критиковать. Но виной тому будет ни его гениальность -это однозначно.
Мои 5 звезд – это крайняя форма субъективизма, предвзятая вкусовщина и дань тому позитиву, что эмоционально связывает собственные детские воспоминания с личность Лимонова. Иногда нужно читать и развлекательную литературу. А потому – не воспринимайте «Священные монстры» всерьез. Это добротная юмористическая проза. Здоровья Вам, господин Лимонов. Паршиво выглядите в последнее время. Бессмертные Дунканы Маклауды, которые бухали с Петром Первым и помогали Ленину в славном деле революции, должны больше уделять времени самому себе. Хотя казалось бы, куда уж больше.

Дальше...

P.S. Задолбал уже писать про отжимание от пола. Понятно, что в тюремной камере это основное, но не буду я отжиматься, не буду! Секс предпочтительнее.

На самом деле монстр тут один - сам Дед.

Большинство тех, о ком идет речь (точнее пытается идти), не то что статисты по сравнению с ним, а заготовки для шарнирных кукол, причем даже не собранных воедино.
Они бы и рады выделиться на фоне рассказчика, но блеклая информация, а то и ошибочная, сыграло не в их пользу.

Оставшимся, а это те, кто вызывает симпатию или наоборот, повезло больше.
Особенно последним.
Замечания меткие и язвительные, непривычные и порой обидные для почитателей "священных коров", что оправдывает заданную цель.

Биографом быть сложно. Сложно удержаться от того, что бы не рассказать о себе, а рассказать именно о своем герое. И как правило биографам это и не удается. Сколько есть биографий, где друг, товарищ рассказывает о своем великом знакомо по типу "гыгы, а мы то с ним там, а потом там". Так же биограф порой может и не понять масштаб личности. Ну просто в силу того, что масштаб биографа совсем не тот, и мозгов не так уж много, а бабла срубить охота.

У Лимонова же не просто биография, у него множество биографий. Точнее это не биографии, а портреты. Мнение великого Эдуарда о других великих. Часто он ошибается чисто фактически, но он и оговаривается, что фактология может быть неверна - пишет то он книгу в тюрьме. Вычитки и исправления после тоже не было - не знаю по какой причине. Порой выводы Лимонова кажутся парадоксальными, он нарочито клеймит признанных метров, и порой возводит до небес фигур далеких от мейнстрима. Так Толстой у него захудалый и ненужный, а тот же Жене царь и Бог, хотя последнего в России прочитали 1,5 человека, и еще 15 в мире.

Парадокса тут нет никакого. Потому что он пишет не о Пушкине, Жене и прочих Ван Гогах. Пишет он о себе, и только о себе, чего порой не скрывает. Пассажи типа "Сидя в Лефортово, я как и *****" порой откровенно режут глаз. В ключе самого себя выбраны и политики, такие же отщепенцы в официальной европейской политике, а иные и названные преступниками. Короче такие же, как и сам Лимонов. Собственно и сидел он по сути, за попытку революции в Казахстане, насколько я знаю. Оценка писателей выбирается так же с позиции Лимонова. Положительно оцениваются фигуры часто забытые и малоизвестные, например Константин Леонтьев у него выходит гораздо более великим, чем Достоевский и Толстой. А я вот, к примеру, у Лимонова только второй раз про него услышал. Первый был от Прилепина. А Пушкин или Толстой оказываются никому не нужными, в отличие от его собственного "Дневника неудачника", который мол огого, а не то что эти мудовые страдания у них. С Жене, Леонтьевым и прочими Лимонова объединяет слабая известность, им никогда не встать вровень с "признанными величинами". Хотя, часть его упреков к тому же Пушкину или Толстому очень по делу и к месту.

Книжка вполне трендовая. Лимонов нарочито мастерит из себя писателя великого, большого. Он говорит о всех своих персонажах, как о равных себе, а многих, как фигурах себя недостойных. Он кроет этот миф всюду, как может. И в блоге, и в интервью на условную тысячу слов будет одно упоминание того, что он великой современник наш. А великий писатель, в том числе, должен составить свою канонизацию. Он должен выделить новых "великих" и развенчать прошлых метров. Он упрекает Достоевского, который короновал Пушкина. Но он и сам хочет стать именно как Достоевский, короновать своих пушкиных, а вместе с ними и самого себя.

Так же я отметил для себя, что Лимонов не особо ценит чистое искусство, отрешенное от конкретно-исторической проблематики. А уж любые чисто литературные вещи он разбивает в пух и прах. Все эти модернизмы и постмодернизмы. Не могу четко сказать, он просто все это отрицает, или же он не врубается немного, в то, что это такое. Например "Мастеру и Маргарите" по его мнению не хватает монументальной величественности, мол балаганчик вышел, что роман испортило, но сделал близким народу. Хотя игровая структура романа очевидна. Опять же не знаю, это идеологическое понимание и неприятие, или просто непонимание. Так же и Набоков у него "профессорский" писатель, с его заумными цитатами. Нет у меня ответа на этот вопрос. Да и самого Лимонова, великого писателя современности я почти и не читал, а надо бы.

Лимонов, кстати, для меня графоман. Заочно. Ну когда человек написал такую тонну книг, это заставляет думать, что он то не сильно над ними думал. А как это называется, мы все знаем. Он кстати, очень хвалит и увековечивает Бальзака, который тоже накатал романов больше, чем Элиот стихотворений.

Из всех лимоновских сборников биографий, которые мне довелось читать, этот, без преувеличения, самый сочный и многогранный. Все остальные, в сравнении с ним, - крошки со стола и бесконечные самоповторы. В них злобный Лимонов превратился в брюзжащего старика и повелителя википедии.

Почему же так произошло? Как мне кажется, всё дело в посыле. Если в последующих книгах у Лимонова будет лишь банальное перечисление гениев, злодеев и икон, то в этой работе мы столкнёмся с упорным до одержимости поиском параллелей в судьбах автора и его героев.

Эдуард абсолютно не скрывает, что считает себя ровней гениям прошлого, признаваясь, что уже чувствует на себе "загар веков". И чтобы убедить нас в этом, демонстрирует десятки элементов, сближающих его с персонажами cборника (Гитлером, Жене, Милошевичем, etc.).

Он эпатирует, разбивает величие исполинов прошлого, выдвигает и поддерживает смелые или даже маргинальные теории, иными словами, прикладывает заметные усилия для того, чтобы прорубить себе место в пантеоне "священных монстров".

Этот сборник сочный и злой. Взбодренный тюрьмой Эдуард яростно выписывает образы культовых личностей и ярко преподносит их нам, детально разбирая их влияние на культуру, идеи, историю и себя лично. Это насыщено и обличающе. Символично и дерзко. Не чета тому, что выйдет из под его руки позже.

Это напоминает историю с его некрологами, где первые получились действительно сильными и интересными, а остальные пошли по верхам и показались мне максимально унылыми. Лимонову уже некого было хоронить, поскольку в его жизни остались лишь заочные персонажи.

Так что, если вы хотите почитать у Лимонова именно биографии, то я бы советовал начать с данной книги.

Пусть вас не вводит в заблуждение пестрота типажей и имён, которыми испещрены эти записки. Книга для Лимонова и про Лимонова. Позволю себе пару смелых интерпретаций и выводов относительно причины возникновения данного опуса. Дед яростно нуждается в компании, но попридержите радость, не в нашей с вами.

Эдуард Вениаминович тщательно выстраивает манямирок, в котором он глубоко вплетен в мировой культурный контекст. Страница за страницей Лимонов втискивает себя (иногда остроумно, чаще нет) в быт и судьбы великих, таким образом может создаться иллюзия, что в калашном ряду: Пушкин, Достоевский, Маяковский, Ленин вполне уместна жидкобородая лимоновская физиономия. Примет ли эта братия нашего Эдичку в свою гениальную компанию -- непростой и отложенный вопрос.

На протяжении всей книги у меня из головы не выходил образ Лимонова в коротких штанишках, семенящим шагом, еле поспевающий за толпой взрослых мальчишек-хулиганов. Шмыгая носом он обращается к нам обывателям, заигравшимся в своей глупой песочнице: Эй! Это я, Эдичка! И я иду со взрослыми мальчишками за гаражи! Там мы будем курить опиум и заниматься гомосексуализмом! А вас не возьмем!

Эдуард Вениаминович Савенко прожил определенно богатую на события жизнь, и в оригинальности мышления ему точно не откажешь. Это первая книга автора, с которой я познакомился, и не сказать, что она будет последней, но всю библиографию нашего Эдички я не вынесу: конечно, до Ильича ему далеко, но в писатель также безудержен в своем творчестве.
Итак, Священные монстры, написана (придумана) в Лефортово, впоследствии благополучно издана. Автору не пришлось писать книгу калом (как де Саду), прятать рукопись в стенах: масштаб не тот, да и диссидентов у нас любят по-своему, бьют для острастки, но отпускают. Честно говоря, концепт книги мне до сих пор малопонятен. Я так подозреваю, что это топ людей которые повлияли на ход истории, в личной, лимоновской интерпретации: в тесной компании ютятся Толстой, Пушкин, Гитлер, Фоменко (новая история, то бишь), Мэнсон, Жан Марэ, Пресли, маркиз де Сад, граф Лотреамон, Петр I, Ленин, Мао, ну и так далее, вне рамок времени и событий.
Подозреваю, что это список условно можно разделить на три категории:
1) Повлиявшие на ход истории ;
2) Эдичке нравятся;
3)Эдичке не нравятся.
В целом, книга любопытна. Я спокойно отнесся к тому, что Лимонов любовался собой и показывал некоторую манию величия, ему простительно – в конце концов, тяжело не сойти с ума в Лефортово такой деятельной натуре, как Лимонову, сластолюбцу и непоседе, и, пожалуй, только мысли о своей исторической значимости и является тем стержнем, не дающему человеку сломаться. И действительно, о чем мог написать Лимонов в статье о Мэрилин Монро как не о любви к себе женщин?
Есть довольно интересные мысли, которые, будь сказаны по-другому, все равно бы не меняли сути дела: жестко критикуемый Лимоновым Толстой сам впоследствии не жаловал свою “Войну и мир”.
В книге много спорных деталей, даже дискуссионных, но тем не менее есть магистральные темы, имеющие значимость для Лимонова лично важное значение, повлиявшие на его творчество, как например, маркиз де Сад, и его оригинальная интерпретация творчества француза как борьбы с системой. Видно, как автор ценит и уважает Ленина, никакой чернухи и уничижения вождя мировой революции; помянул любимыми им Гумилева и Хлебникова; по Пресли, The Beatles и ряду исторических персонажей прошелся катком.
Что в сухом остатке?
В моем личном топе книга далеко не последняя. В ней непозволительно много Лимонова, пожалуй чересчур, но в тоже время в ней есть идея, какая-то мысль, попытка рефлексии своего творчества, своей жизни и прошедшей эпохи. Он недолюбливает The Beatles и Пресли, но ностальгирует по 60-м. Ненавидит, и осуждает слепую ненависть. Но иногда книга заставляет задуматься, дает определенную пищу для размышлений.

В целом интересно. Местами даже познавательно.
Автор довольно точно отмечает вклад видных политических и общественных деятелей. А вот отечественных писателей классиков он явно недооценивает. Если с оценкой Достоевского и Булгакова можно согласиться, то с оценкой Пушкина, Толстого и Маяковского едва ли. Автор явно рисуется перед читателем. С его точки зрения внимания заслуживают авторы эпотажные или психически неуравновешенные. В заслугу некоторым знаменитостям он ставит эмигрантский опыт, гомосексуализм и склонность к педофилии.
Сам автор явно причисляет себя к священным монстрам. Учитывая разношерстность и разнокалиберность собранных под обложкой этой книги знаменитостей, вероятно он прав.