Сноб в анатомичке
20.03.2003
Автор: Юлия Качалкина
Источник: Книжное обозрение
Не скажу, чем столь талантлив Тэд Морган и какими достоинствами он покорил душеприказчика С.Моэма С.Кертиса, содействовавшего написанию биографии «благоразумного сноба», но «Захаров» эту биографию перевел и выпустил в свет. Причем в тандеме с известнейшим автобиографическим романом Моэма «Бремя страстей» в авторской редакции. Впервые он вышел в 1915 году, став причиной литературного скандала. Реализм человеческих отношений, где мужчина желает быть рабом презираемой им женщины, унижаться и страдать, следуя заветам хрестоматийного Захер-Мазоха, вдоль и поперек изученного Моэмом, не был понят. Был прочитан в регистре пошлости и вульгарного натурализма. Личного надрыва там тогда никто не видел, и догадаться, что за героиней – андрогинной Милдред – скрывается один из любовников автора, могли немногие посвященные. А между тем Моэм отчаянно хотел любить мужчин. С самой ранней юности, когда его, младшего ребенка в семье английского посла во Франции, отправили в кентерберийскую Королевскую школу – учиться и завидовать красивым, общительным мальчикам. Потом – в Гейдельберг – раскрепоститься и предаться однополой любви с Джоном Бруксом, преподавателем греческого из Гарварда. И наконец, в 1897 году написать первый «роман подворотен» – «Лизу из Ламбета», деля кров и пищу с Энди Пейном, проходившим хирургическую практику в лондонской больнице св. Фомы вместе с будущим драматургом. Да-да, Моэм в далеком 1892 году хотел стать хирургом. Он едва не получил заражение крови, вскрывая разлагающийся труп... Тэд Морган чрезвычайно свободно владеет фактическим материалом: он тасует эпоху и судьбу, иронию детали и хронику повседневности. Когда читаешь, что иной раз Моэму в анатомичке не хватало покойницкой ноги для опытов, невольно улыбаешься. Или, путешествуя дальше по биографическим лабиринтам, узнаешь подробности зачатия первого ребенка с будущей его супругой Гвен Сири в какой-то гостинице... Какая-то гендерная биография получилась. Первая мировая рассматривается Морганом прежде всего как возможность для одних мужчин безнаказанно убивать и любить других мужчин. А статус переводчика при английском военно-медицинском подразделении Красного Креста во Франции, куда Моэм записался добровольцем, вообще становится пропуском для мужеложцев в область их сомнительных удовольствий. Конец XIX и начало XX веков были концом прекрасного своей вседозволенностью викторианства: закрыли знаменитый на всю Англию мужской публичный дом на Кливленд-стрит, осудили на два года каторжных работ Оскара Уайльда, похоронили Альфреда Лорда Теннисона... Морган смотрит на своего героя с высокого холма эпохи: вот где-то рядом с писателем почивает на лаврах Томас Гарди, бьется за место под издательским солнцем «не знающий человеческих характеров» Генри Джеймс. А скаредные литературные агенты, только-только успевшие создать и освоить свою многотрудную профессию, обсчитывают авторов и занижают тиражную ставку. Больше всего Моргану, конечно, хочется сделать из Моэма второго Уайльда по скандальности биографии, но, как ни крути, а Ада Леверсон была все же не его «сфинксом», хотя и подарила Моэму свой именной экземпляр уайльдовской поэмы. Морган написал биографию человека, который был великим талантом и отлично знал, сколько стоит рукопись его вдохновения. Поэтому, наверное, так и должно быть: издатель коммерчески выгодных книг «Захаров» выпускает книгу о Моэме, уверенном в коммерческой выгодности собственного творчества.
--------------------------------------------------------------------------
"Анормальный" на три четверти
Владимир Кирсанов,
2003 год
Уильям Сомерсет Моэм (25.01.1874 - 16.12.1965)
Сомерсет Моэм - кто он: сирота, воспитанный в семье ортодоксального дяди, врач, начинающий писатель, известный драматург, британский шпион в России, где он стал завсегдатаем популярного среди русских геев ресторана "Медведь" в Петербурге... Наконец, гомосексуал, успешно скрывавший свои сексуальные предпочтения в пик викторианской эпохи - дни, когда тысячи геев, дабы избежать судьбы Оскара Уайльда, покидали Европу, основав на острове Крит едва ли не целую колонию.
Однажды Сомерсет Моэм признался своему племяннику: "Я пытался убедить себя, что на три четверти нормален, и только на одну четверть анормален, тогда как на самом деле все наоборот". Человек, который с детства испытывал гомосексуальные переживания и привязанность к мужчинам, до конца своих дней конструировал свою жизнь так, чтобы о его действительных желаниях возникали лишь слухи, - не более. Тем временем каждый литературный секретарь (среди них - исключительно мужчины) был для Моэма всегда больше, чем секретарем. В конце концов, Моэм женился, но... на сестре одного из своих любовников Джеральда Хэкстона, с которым они были связаны всю жизнь. Они спорили, иногда ссорились, но никогда не расставались. За умирающим от рака Джеральдом Моэм ухаживал, словно за родным сыном.
Итогом короткой дружбы Моэма с магом Алистером Кроули, проповедником абсолютной вседозволенности в сексе, стал роман "Чародей" (1908). Но Моэм, поначалу оскорблявший общественные вкусы своими текстами, вскоре выбрал другой путь: стал легко работать на книжный рынок.
Красивые мужчины окружали Моэма до конца его жизни. Даже в семьдесят он все еще был способен к романам и безудержному сексу, когда влюбился в семнадцатилетнего ученика Дэвида Познера, признавшегося, что он "понял творчество Моэма через его тело...".
Моэм, тщательно относившийся к своему здоровью, увлекавшийся всем новым в медицине, в частности, подвергавшийся несколько раз клеточной терапии, пережил многих своих любовников, даже относительно молодых.
Тэд Морган написал биографию, лишенную каких-либо попыток интерпретировать творчество Моэма как литератора и мыслителя. Многие биографы из-за недостатка документального материала предлагают читателю взамен объективного рассказа о быте и повседневных пристрастиях кумиров некое отвлеченное повествование об их внутреннем мире. Морган просто написал честную книгу о талантливом человеке, который не пытался сопротивляться времени, но пытался воздействовать на него. Получилось жизнеописание успешного беллетриста, оптимиста, который на самом деле реализовал свои "три четверти ненормальности" на все сто - и в творчестве и в жизни.