Ловля форели в Америке

Владелец книжной лавки не походил на восьмое чудо света. Ему было далеко до трехногой коровы на одуванчиковом склоне.

Жизни он учился дважды: в шестнадцать лет у Достоевского и попозже - у новоорлеанских шлюх.

Не найдя себе лучшего занятия, да и вообще не найдя занятия, я сел на камень у обочины дороги и стал ждать Ли Меллона. У меня была книга - что-то про душу. Книга утверждала, что если я еще не умер, если я читаю эту книгу, и в пальцах у меня достаточно жизни, чтобы переворачивать страницы, то все будет хорошо. Я решил, что это фантастический роман.

Инструкция по ремонту кармы: пункты 1-4

1. Набери вдосталь еды
и наешься.

2. Найди тихое место для сна
и выспись.

3. Убавляй интеллектуальный и эмоциональный шум,
пока не доберешься до своей тишины,
и слушай.

4.

Она закрыла дверь, а я бросил взгляд на книги - есть у меня такая дурная привычка.

Однажды, когда я промывал выпотрошенную форель в ручье перед тем, как пойти домой, меня посетило видение. Мне привиделось, что я пошел на бедняцкое кладбище, собрал все банки из-под компота и пивные жестянки, сухую траву и увядшие цветы, таблички, сорняки, жучков и мусор, принес все это домой, зажал крючок в тиски и насадил все это на него, словно муху, затем вышел из дома, закинул мою снасть в небо и смотрел, как она воспарила выше облаков и обернулась вечерней звездой.

Я пил кофе, читал старые книги и ждал, когда же кончится этот год.

На обложке книги напечатали фотографию Муссолини. Его трудно было узнать в нормальном виде, а не вверх ногами на фонарном столбе.

Солнце походило на полтинник, который кто-то облил керосином, поджег, сунул мне в ладонь, сказав: «Подержи-ка, парень, пока я сбегаю за газеткой», — и ушел, чтобы никогда не вернуться.

Какая точность

Суббота, 25 августа 1888 года, 5 часов
20 минут, так называется фотография
двух старых женщин на лужайке
перед белым домом. Одна женщина
сидит в кресле и держит на коленях
собаку. Другая разглядывает цветы.
Возможно, они счастливы, но скоро
наступит суббота 25 августа 1888 года,
5 часов 21 минута, и всё.

Неподалеку от хибары стоял деревянный нужник с распахнутой настежь дверью. Нутро сортира было открытым, как человеческое лицо – так, будто он хотел сказать:
– Старый хрен, который меня построил, срал здесь 9745 раз, пока не умер – и я не хочу, чтобы кто-то еще ко мне приближался. Он был хороший мужик. Он выстроил меня, как надо. Оставьте меня в покое. Я теперь памятник его почившей жопе. Ничего тут нет интересного. Потому дверь и открыта. Если приспичит, срите в кустах, как олени.

Жизни он учился дважды: в шестнадцать лет у Достоевского и попозже — у новоорлеанских шлюх.

Стихи о любви

Как хорошо
проснуться утром совсем
одному
и не говорить никому что
любишь
когда на самом деле не любишь
больше

О, прекрасная оруженосица моего сердца!

Художники заговорили о том, что неплохо бы отправиться на зиму в психушку. Они сказали, что там тепло, телевизоры, чистые простыни, мягкие кровати, соус для гамбургеров с картофельным пюре, раз в неделю танцы с поварихами, сухая одежда, безопасные бритвы и симпатичные сестрички–практикантки.
Да–да, психушку определенно ждет большое будущее. Зиму, проведенную в ней, ни в коем случае нельзя считать потерянным временем.

Вместе со Второй мировой войной и сестрами Эндрюс костюмы "зут" были очень популярны в начале сороковых годов. Наверное, просто ушли, как уходит любая мода.

Пард тогда носил бороду и такую огромную душу, что она с трудом умещалась в теле.

Я отправился в киношку на Маркет-стрит с намерением посмотреть три фильма подряд. Есть у меня такая дурная привычка. Время от времени возникает желание взъерошить свои чувства зрелицем больших плоских людей, которые копошатся в огромном куске света, словно глисты в кишках у торнадо.

Он бросился на землю и притворился мертвым, хотя с таким же успехом он мог быть мертвым и притворяться живым.