Псевдо

Я снова выкарабкался, и не в последний раз. Между жизнью и смертью идёт борьба литературных приёмов.

- Ищите другого адвоката, Ажар. Я от вас отказываюсь. То вы мне говорите, что подложили бомбу в аптеке, то вы тридцать два раза грабили стариков, то ваше настоящее имя Гамиль Раджа, то проводите аборты от неизвестного Отца, то вы сутенёр, то вы из параллельной полиции, то вы ещё и Бен Барка, то вы работаете на ЦРУ и КГБ, - словом, пошли вы со своим котиком. Атомную бомбу, часом, не вы бросали?

• Я, - твёрдо сказал я, потому что в чём, в чём, а в этом я не сомневался.

Теперь в депрессиях есть доза лития. Потому что есть счастливчики, которые впадают в депрессию и знают об этом.

Я боялся ехать в Париж из-за пешеходных переходов. Натура водителя такова, что на зебрах больше всего шансов быть задавленным. Место узкое, чётко отмеченное, парень за рулём может точно прицелиться.
Плюс зелёный свет, ещё один шулер, усыпляет бдительность: переходи! А ты и попался. Я всегда перехожу на красный

Всего в литературе не существует. Всегда есть только отдельные фрагменты. Идея сказать всё в одной книге - идея дилетанта. Нехватка опыта.

я шептал «люблю», а шепот — может быть, самая громкая вещь в мире

Я прирожденный лингвист. Даже молчание я слышу и понимаю. Это особенно страшный зык, и понять его легче всего. Забытые и заброшенные живые языки, на которых никто не говорит, - эти просто вопиют, чтобы их поняли.

Лошади в Бога не верят и не мешают его с конским дерьмом.

- По мне, лучше пусть не будет ни Пиночета, ни шедевров. Лучше без Солженицына, чем в грязи и крови. Лучше без Раскольникова, чем с Достоевским. Себестоимость "Войны и мира" слишком велика.