Финт хвостом

— Держись, приятель. Что-то обязательно переменится и тогда все перевернется.

— Я все думаю, — продолжал он, — что мы обречены на поражение. У хаоса больше сил, чем у порядка, — так устроена вселенная. Против нас играют краплеными картами.

Она вырастет, изуродованная куклами Барби.

Не знаю, как к этим арабам относиться, считать их врагами или нет, но нельзя обвинять народ, который так заботится о кошках. Я слышал, что египтяне молились кошкам как богам… делали мумии из своих кошек. Поэтому мне наплевать, что их потомки нас ненавидят, я думаю только о том, что эти люди заботятся о кошках, — я считаю, если человек ненавидит кошек, он не любит самого себя…

Мусорные баки на улице так долго были без присмотра, что их украли.

Он эмоционально не повзрослеет, просто не может, а сила, даваемая детством, в нем умерла.

Кошка — символ свободы, поскольку ни один другой зверь не противится так любым ограничениям, как представители семейства кошачьих.

Когда Ненси не было дома и мы не изображали счастливую семью, было гораздо проще расслабиться.

Ненси и я продолжали жить каждый в своем пространстве. У нее были свои друзья, у меня свои.

Принесли их заказ, и он съел немного креветок. На вкус они были похожи на застывший канцелярский клей.

Эта слишком яркая зелень поражала, казалась какой-то кислотной, едкой.

... как здорово, если рядом любимая женщина и можно отдохнуть вместе с ней.

Мне всегда было трудно уходить от кошек. Когда же они сверхдружелюбны, это почти невозможно.

... она — пограничная личность с неустойчивой психикой и болезненной склонностью к нарциссизму...

Никто не может владеть кошкой.

— Ее еще можно прочесть, правда, едва-едва, если знаешь, как толковать символы. Насколько я понимаю, она гласит что-то вроде «чем можно владеть от кошки, кроме ее кожи».

Я дурею от техники.

— Ма, там написано «Отдушина Мэриголд». Что такое «отдушина»?
— Выход для чего-то, чтобы убежать.

Я завидовал Говарду за то, что он любил то, что делал, потому что у него была свобода делать то, что он хотел ...

Природа творит странные вещи, не так ли?