Избранные произведения в двух томах. Том 1

С творчеством Фридриха Шиллера я пыталась познакомиться ещё осенью, начав читать "Коварство и любовь". Но в тот момент у меня было не так уж много свободного времени, поэтому знакомство не состоялось. Сейчас же я решила начать с "Разбойников", так как именно эта пьеса является первым произведением автора. Я нечасто читаю литературу 18 века, 19 мне намного ближе, но это произведение всё равно понравилось. Да, она кажется экзальтированной, эмоции и поступки героев выглядят преувеличенными, но от этого не становится менее интересно. Это классика немецкой литературы, и хотя бы для знакомство с литературой данного периода стоит прочитать эту пьесу.

В центре сюжета — история семьи фон Моор, а именно двух братьев и их несчастного отца. Сюжет отчасти напоминает библейскую притчу о блудном сыне, но если там исход благополучный, то в драме Шиллера всё намного более трагично. Франц не просто позавидовал брату, он его возненавидел. И дело не в распутном поведении Карла, в котором он впоследствии раскаялся, а в личности самого Франца. Он настолько одержим властью и богатством, что готов свести в могилу любого, кто встанет на его пути. Он не испытывает сострадания не только к брату, который хочет вернуться в родной дом, но даже к отцу. Насколько же жестоким должен быть человек, желающий ускорить смерть близкого человека! Ничего, кроме отвращения, невозможно испытывать к этому персонажу.

А вот Карл оказался намного ближе моему сердцу. Его поступки ужасны, он виновен в гибели множества людей, и всё же ты понимаешь, что где-то в глубине его души сохранились остатки доброты. Да, он совершал жестокие поступки, но продолжал любить отца и Амалию, в отличие от Франца, который только использовал людей в своих целях. В общем, очень неоднозначный герой, но ты его всё равно понимаешь и желаешь ему лучшей участи.

В моих ближайших планах всё ещё есть "Коварство и любовь". Стиль писателя и сюжет "Разбойников" не воспринимались мной так уж легко, но я рада, что наконец смогла открыть для себя этого автора.

Прочитал ли ты «Дон Карлоса», Ганс Гансен, как ты мне обещал у калитки? Нет, не читай его! Я этого больше с тебя не спрашиваю. Что тебе до короля, который плачет от одиночества? Не надо, чтобы твои ясные глаза туманились, подёргивались сонной одурью от упорного чтения стихов и от меланхолии...

Томас Манн, «Тонио Крёгер»

Ганс Гансен так и не прочитал, а я вот прочёл. Знаете, есть что-то особенное в том, что читаешь книги, которые приходят к тебе из произведений любимого писателя – будто касаешься души близкого человека. Какая же она, эта душа Тонио-Томаса? Печальная, полная неразделённой любви, страждущая от предательств и обманутых ожиданий. По крайней мере, такой её обрисовал Фридрих Шиллер. По крайней мере, такой её увидел я.

«Дон Карлос» существует в стихотворном и прозаическом вариантах. Забавно, но актёры считали сложным именно стихотворный, из-за чего Шиллеру и пришлось переписывать в прозе. Кстати, для тех, кто знает толк в извращениях, есть вот такая поэтическая версия. Я поведу речь о «Дон Карлосе» в стихах, так как всё же он считается основным.

Вдохновил на написание поэмы Шиллера французский писатель Сен-Реаль, который в свою очередь описывал события, якобы происходившие в Испании во время начала Восьмидесятилетней войны при дворе Филиппа II. Почему «якобы»? Потому что с реальными событиями и произведение Сен-Реаля, и произведение Шиллера имеют огромные различия. В следующем абзаце могут быть спойлеры, так как сравнить с текстом пьесы реальные события иначе не получится.

Основной любовный треугольник, освещённый в пьесе (Дон Карлос – его мачеха – его отец), по словам историков, не существовал вовсе. Дон Карлос выглядел, мягко говоря, не очень презентабельно: «принц был маленького роста, болезненный и невзрачный, кривобокий, с неровными плечами, горбатый и одна нога была y него короче другой; говорил он тихим голосом, слегка заикаясь; резкий и своенравный в обхождении с людьми, неприятно прожорливый в еде и питье, он отнюдь не был создан, чтобы привлечь к себе расположение королевы». Во-вторых, Филипп II особо не притеснял своего наследника, и даже наоборот пытался его направить на путь истинный и подготовить к трону, давал ему должности, заставил присягать ему, как наследнику престола, хотя вёл себя Дон Карлос отвратительно, не выказывал ни малейшего уважения к религии и занимающим важные посты синьорам. Доподлинно неизвестно, имел ли Дон Карлос хоть какое-то отношение к нидерландским повстанцам, но вот то, что он действительно просил отправить его вместо герцога Альбы с войском в Нидерланды – верно. Также верно и то, что король посадил Дон Карлоса под стражу. Только заключён он был в своей комнате, имел общество для развлечений и содержался с полным комфортом.

Поэма первоначально задумывалась как история о любви, ревности, интригах, не подразумевая никакого политического подтекста. Но, как часто бывает, хотел автор одно, а получилось совершенно иное. Так, в «Дон Карлоса» прокрался идеологический элемент, проблемы революции, исторический конфликт, превратив «семейную трагедию» в «историческую драму». Хорошо это или плохо, судить не мне, я просто с огромным удовольствием прочитал произведение. А вот критики часто ругали «Дон Карлоса», называя созданием искусства, не отвечающим требованиям формальной ценности. Это раннее его произведение, поэтому я готов даже в чём-то согласиться. Но всё-таки, если бы даже это было худшее произведение Шиллера, оно на голову выше сотен тысяч других. Поэтому уверенно советую – читайте, пусть это и не уровень Шекспира, но очень и очень достойный образец.

Яркая романтическая драма с кипящими страстями, коварными интригами, пафосными монологами. За последние можно ругать Шиллера сколько угодно, но при этом не следует забывать, что написано это в 1781 году юношей, испытавшим сильное влияние движения «Бури и натиска»: отсюда и пылкость речей главного героя Карла Моора, и неистовство в поведении его старика отца («с воплем рвёт на себе волосы» и т.п.), и резкое разделение действующих лиц на положительных и отрицательных, и не используемый нынче в драматургии принцип саморазоблачения злодейского злодея (монологи Франца).

В центре сюжета – вражда братьев, предательство одного из них, этакие немецкие Авель и Каин XVIII столетия. Франц, коварный интриган, просто поражает своим цинизмом, жестокостью и способностью из ревности и обиды переступить через своих близких. Карл, став разбойником, вершит правосудие, как он его понимает, но при этом не опускается до грабежа, отдает свою часть добычи сиротам и нуждающимся: "Мое ремесло - возмездие, мой промысел – месть». Вроде бы благородный разбойник, порицает жестокость, собственные злодеяния гнетут его, а те из соратников, кто хвалится своими преступлениями, бесчинствует и убивает (даже младенцев!), вызывают в Карле праведный гнев. Вот только, чтобы спасти своего «коллегу» от виселицы, он отдает приказ поджечь город, обрекает на смерть множество людей. Не слишком ли дорогая цена? Интересно, что богоборческие речи звучат из уст не только Франца, но и Карла: он упрекает Господа в том, что тот насылает свои кары и на злодеев, и на праведников. А в финале Карла ждет резкое отрезвление: осознание того, что не ему брать на себя миссию Бога – вершителя правосудия.

Во всей этой ситуации очень жалко Амалию, безвинную душу. И еще: весьма любопытной показалась линия, связанная с притязаниями Шпигельберга на власть в разбойничьем лагере, с его коварными планами убить Карла, однако она, к сожалению, практически не получает развития.

Шекспир ни на секунду не был романтиком, однако дал последним столько тем для размышления и разработки, что они должны быть ему благодарны по гроб жизни.
Вот, скажем, убийство из ревности. Причём, ревности совершенно необоснованной и спровоцированной нехорошими людьми. Только у Шекспира герои масштабные: убивать изменницу, так голыми руками, а у того же Шиллера помельче: яду ей, яду!
С романтическими героями тяжело: пушкинское ироничное
Мы знаем: вечная любовь
Живет едва ли три недели
приобретает у них мрачный и буквальный смысл. То есть, пока младая дева любит их душой и телом (хотя бы отдельными его частями), всё хорошо, как только возникает подозрение, что дева смотрит на сторону – так не доставайся же ты никому!
Надо сказать, Шиллер как пунктуальный немец изобразил образцового стопроцентного романтического героя. Этот тип, во-первых, очень нравится самому себе. Потому что он дико крут. Во-вторых, ему не нравятся другие, потому что они мелки, развратны, корыстолюбивы, список можно продолжить. В-третьих, он тороплив и взбалмошен: мужик, что бык, втемяшится в башку какая блажь, колом её оттудова не вышибешь. Ну, и наконец, он никого не слышит, кроме себя. Почему? Смотри пункты один и два. Собственно, все неприятности проистекают именно от этого, а не от коварства окружающих.
Вообще с коварством в пьесе Шиллера всё хорошо, а с любовью как-то не очень. Единственная любовь, которая выглядит достоверно, это любовь барышни к папаше. Оно и понятно: мужики приходят и уходят, а папа остаётся.

Поначалу это похоже на то, как я себе представляю эстонское порно — все неуместно медленно и торжественно. Одна часть персонажей валандается туда-сюда, без особой увлеченности стеная на тему — казнить ли Марию Стюарт или не казнить; другая часть валандается сюда-туда, с чуть большей ажитацией и значительно более пафосно стеная — спасать ли Марию Стюарт или не спасать. Сама Мария Стюарт, вращая глазами, стенает об ужасах полуроскошного существования в Тауэре без фуа-гра и комнатных собачек.

Но чу! Кого-то убили! Или не убили (я не до конца понял), но осадок остался. Все подрываются, начинается движуха, народ на измене, Елизавета в истерике, Мария Стюарт, вращая глазами, дико хохочет, заговорщики проявляют чудеса красноречия, отмазываясь от обвинений в измене, их враги обалдевают от этого красноречия, кое-кто хватается за кинжалы, тыкая ими во всех подряд и в себя в том числе.

В общем-то на этом сюжет пьесы заканчивается (затянутую и неряшливую концовку, в которой автор пытается оправдать английскую королеву, можно не учитывать), так толком и не начавшись (Мария, повращав глазами, восходит на эшафот, Елизавета делает вид, что она здесь ни при чем), и этот недостаток не компенсируют ни роскошные стихи Фридриха Шиллера (а ведь известно, что на немецком даже рецепт штруделя звучит как «дранг нах остен»), ни прекрасно выписанный яростный конфликт двух королев — Шекспир, к слову, никогда не позволял себе забыть о сюжете.

Очень интересная драма. Для меня когда-то этот поэт был очень любимым, и я уже немного отвыкла от его творчества. Но очень люблю, как он пишет и вообще все его темы в книгах – любовь, смерть, дружбу и красоту.

Шиллер один из лучших драматургов, которых я читала. Его книги полны эмоций и каждая его книга помогает лучше понять человеческое сердце и психологию человека. Люди всегда и везде разные, но благодаря книгам мы лучше начинаем понимать друг друга.

Эта драма очень волнующая и интересно написана. Каждый герой интересен и уникален. Каждое событие к месту. Да и события интересны и красиво описаны человеческие чувства.

В книге присутствуют и негативные моменты. Много печальных из них. Также отрицательный герой Франц, который постоянно меня отталкивал и вообще был крайне неприятен.

Драма хороша. И я хочу снова перечитать другие произведения автора. Тем более, что и эту драму читала когда-то, но сейчас она стала для меня чем-то уникальным и приятным сердцу.

Такое ощущение, что в этой пьесе выработан весь запас восклицательных знаков, отпускаемых автору на весь период его творчества. Не буду проверять по письменному источнику, т.е. по оригиналу, но поскольку это была аудиозапись спектакля и актёры старательно интонировали в сторону максимально возможной экзальтации, при этом порой расставляя «крикуны» едва ли не после каждого слова в реплике, а не только в конце её, то было полное ощущение, что некоторые фразы в письменном виде должны были выглядеть примерно так: «Когда я увидела его впервые... (оживившись) я вся вспыхнула!!!, кровь заиграла веселее!!!, и биение каждой жилки!!! говорило мне!!!, каждый мой вздох!!! шептал мне: «Это он!..» И сердце мое!!!, узнав вечно желанного!!!, согласилось: «Это он!» И как же дружно повторил за ним эти слова весь мир!!!, радовавшийся вместе со мной! Тогда... о!!!, тогда в моей душе настало утро!» — занятно, не правда ли?

Дальше...

При этом вряд ли это была актёрская недоработка или небрежность, наверняка именно такой формат был задуман и исполнен по воле режиссёра (постановка Вениамина Цыганкова и Владимира Платонова) актёрами Малого Академического театра СССР в 1955 г. Что ж, видимо такова была энергетика пьесы прославленного немецкого поэта и драматурга Фридриха Шиллера, и таково было изображаемое в спектакле время и нравы. А на дворе стояла последняя четверть галантного XVIII века, у нас это время Екатерины Великой, а в европах — вон оно чё. Взяли в привычку ядом травиться…

Захотелось прочитать классику, драму Шиллера, ведь о Марии Стюарт я много прочла произведений в прозе и хотелось сравнить . Интересный текст, замечательный перевод. Видела перевод в двух вариантах и остановилась на этом, показался более жизненным, более красивым.
В книге показаны последние дни перед драммой -казнью Марии Стюарт. Сама она показана очень цельной натурой, преисполнненой королевского величия, несмотря на все невзгоды , которые ей пришлось перенести. У нее уже все отняли, свободу, корону, дитя, даже последние драгоценности и вещи отнимают . Но королева всегда надеется на освобождения, вспоминает как она была счастлива в юности, пытается поверить тем, что был ей дорог в другие времена и совсем неизвестным ей лицам. Ей дается в пьесе шанс поговорить с Елизаветой, унизится, признать свое поражение, но нет она не может этого сделать и ее слова обращенные к Елизавете конечно не идут ей на пользу.
Елизавета же показана как хитрая , вероломная женщина. Хотя и рассказывает Шиллер, и она всю пьесу мечется между двумя решениями, но побеждает все же разумное по мнению многих решение- устранить претендентку на трон, законнорожденную, в то время как Елизавету всегда преследовало клеймо незаконнорожденной, в чем постарался отец Генрих 8. Конечно она всегда живет в страхе перед тем, что ей это предъявят и предъявят права на трон, корону. Но как же она коварна, ее эпизод с приказом о казни очень интересно прорисован.
Нового я ничего не узнала ничего, конечно многое выдумано, взята только канва, но читать все это в стихах было любопытно. И оказалось, что еще могу воспринимать это с интересом . Раньше трагедии приносили радость от стихов , очень их любила, но вот и еще попытка вспомнить и попробовать помимо Шекспира прикоснуться к творчеству другого не менее известного поэта Шиллера.

«Когда мы, любуясь картиной, забываем о художнике, то для него это лучшая похвала». Эта цитата есть в пьесе, я думала она принадлежит автору, но нет. Это главная героиня, простая девушка, начитавшись авторов- современников, сыплет философскими камнями, «продает скорпионов».

Автор видел именно ее главной героиней, даже первоначально дал название своему произведению «Луиза Миллер». Но если забыть о художнике, то есть об авторе, можно назвать пьесу «Несчастный отец красивой мещанки». Или «Безумная любовь дворянина Фердинанда Вальтера». Или «Крах отцу, если он тиран-интриган». Или «Совесть фаворитки правителя». Или «Чем ниже чин подлеца, тем изворотливей его дела». Или «Царедворец. Или как лучше угождать и вписываться». Или «Аморальность власти и властимущих». Автор вживается в образ каждого, этот каждый иначе не может, вынужден поступать именно так… и жалит, жалит, жалит. Вот сейчас он отчаявшийся влюбленный, он просто на грани, а теперь расчетливый делец, а что ему еще осталось? вот она обиженная и винящаяся добродетель, а теперь ничего не боящийся пожиратель судеб, чье пожирание стало искусством. И ведь знает он все про каждого, каждый у него болит и берет слово. Автор - «продавец скорпионов».

Но в итоге назвал он свою пьесу как назвал. «Коварство и любовь». Если Луиза это сама любовь, то называть только ее именем коварную драму было бы нечестно. Коварство кроется не только в интригах и подлостях, свалившихся на голову влюбленным. Оно в том, что принадлежали они к разным сословиям. И не просто принадлежали, каждый был в свое сословие влюблен, вне его себя не видел. Да и сословия их бы тоже не отпустили.

А может быть, любовь это Луиза, а коварство - ее избранник Фердинанд? Мещанка Луиза, любя и мирясь с миром, вместила в себе интересы всех кого любила. А ведь у нее был повод извести себя ревностью. Любовь дворянина Фердинанда несовместима с жизнью. Это любовь? Это определенно достойно какого-то названия, но насчет любви я не уверена. Хотя, к самому себе. Чем не любовь?

Мужчины вступают в словесные поединки с мужчинами. Женщины с женщинами. При этом, на одну любовь с десяток коварств, пяток эгоизмов и две глупости. Да еще на фоне несправедливости существующего государственного управления. Если бы не острота и мудрость их речей, (как будто в последний раз), можно было бы по-читательски обидеться (силы -то изначально не равны), но картина заставляет собой любоваться и вдохновлять на дальнейшее знакомство с автором.

Почему произведение становится классикой? Видимо, потому что автору удаётся затронуть какие-то базовые проблемы человечества (как сказали бы умные психологи, он работает с архетипами). Меняются костюмы и привычки, меняются способы выражения чувств, но сами чувства не меняются.
В школе у меня была очень посредственная учительница, и хотя я читала запоем, школьную литературу я откровенно не любила. Именно потому, что мне казалось, что всё написанное не имеет отношение к моей жизни. Ну, зачем мне читать про полубезумного Родиона Романовича, если я не собираюсь убивать старушку?
Наверное, я долго бы ещё не взялась за «Дона Карлоса» (возможно, никогда), если бы в ближайшее время мне не предстояло посмотреть его в театре. Причём на немецком языке. Немецкий я, считай, не знаю, так что неплохо было ознакомиться с содержанием.
И, боже мой, какая прелесть! Если закрыть глаза на то, что все периодически падают в обморок (все ж перед нами романтическая драма), пьеса наиактуальнейшая.
Как во всякой по-настоящему крутой пьесе здесь несколько пластов. Первый – политический, масса размышлений о свободе, самоопределении, тирании, долге государя, возможности всевозможных подлостей ради блага отчизны (как его понимают герои) – ну, вы поняли. Второй – философский. Соответственно множество вариантов того, что такое доверие/недоверие, иллюстрация прекрасной фразы «доверяй и тебя предадут, не доверяй и предашь сам», является ли доверие основой супружеских и дружеских отношений и всё в таком роде. Дальше сладкое для любителей психоанализа. Взаимоотношения отца и сына. Сын, который любит свою мать. Вы напряглись? Тогда добавлю, что это названная мать, то есть, жена отца. Запахло трагедией? Тогда до кучи – это бывшая невеста сына. Ничего себе завязочка?
Если прибавить, что пьеса изящно сконструирована и хорошо написана (русский перевод, во всяком случае, вполне хорош), но восторг, чистый восторг. Немцы продолжают меня радовать.