Цитаты из книги «Изборник»

"Отец и мать мои пошли взаймы плакать. Брат же мой ушел через ноги в глаза смерти смотреть".

и дал ей заповеди о церковном уставе, и о молитве, и о посте, и о милостыне, и о соблюдении тела в чистоте. она же, наклонив голову, стояла, внимая учению, как губка напояемая

эта же блаженная ольга с малых лет искала мудрости, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг — христа

Как-то обедал Дракула среди трупов, посаженных на кол, много их было вокруг стола его, он же ел среди них и в том находил удовольствие. Но слуга его, подававший ему яства, не мог терпеть смрада и заткнул нос и отвернулся. Тот же спроси его: «Что ты делаешь?» А он отвечал: «Государь, не могу вынести этого смрада». Дракула тотчас же велел посадить его на кол, говоря: «Там ты будешь сидеть высоко, и смраду до тебя будет далеко!»

И если будете жить в любви между собой, Бог будет в вас и покорит вам врагов. И будете мирно жить. Если же будете в ненависти жить, в распрях и ссорах, то погибнете сами и погубите землю отцов своих и дедов своих, которые добыли ее трудом своим великим; но живите мирно, слушаясь брат брата.

Руси есть веселие пить: не можем без того быть.

Ибо если князья справедливы в стране, то много согрешений прощается стране той; если же злы и лживы, то еще большее зло насылает Бог на страну ту

Когда покормят, а когда и нет.

Игорь къ Дону вой ведетъ! Уже бо бѣды его пасетъ птиць по дубию; влъци грозу въсрожатъ по яругамъ; орли клектомъ на кости звѣри зовуть; лисици брешутъ на чръленыя щиты· О Руская земле! Уже за шеломянемъ еси!

А мои-то куряне - опытные воины: под трубами повиты, под шлемами взлелеяны, с конца копья вскормлены...

Что умеете хорошего, то не забывайте, а чего не умеете, тому учитесь - как отец мой, дома сидя, знал пять языков, оттого и честь от других стран. Леность ведь всему мать: что кто умеет, то забудет, а чего не умеет, тому не научится. "Поучение Владимира Мономаха"

тёмно ведь было в третий день:
два солнца померкли,
оба багряные столба погасли
и с ними два молодых месяца,
олег и святослав

тогда по русской земле редко пахари покрикивали,
но часто вороны граяли, трупы между собой деля

Так вот, привели ко мне баб бешеных. Я, по обычаю, сам постился и им не давал есть. Молебствовал и маслом мазал и, как знаю, действовал. И бабы о Христе целоумны стали. Христос избавил их, бедных, от бесов. Я их испове­дал и причастил; живут у меня и молятся Богу, любят меня и домой не идут.

По степям скитаясь и по лесу, траву и коренья копали, и мы с ними же, а зимою сосну. Иной раз кобылятины Бог даст, а иной раз кости зверей находили, пораженных волками, и, что от волка осталось, то мы глодали; а иные и самих замерзших волков и лисиц ели.

Потом другой начальник, на меня рассвирепев, приехал с людьми ко двору моему и, идя как на приступ, стрелял из луков и из пищалей. А я в то время, запершись, молился Владыке: «Господи, укроти его и усмири, какими знаешь судьбами!». И он побежал со двора, гоним Святым Духом.

А куряне славные — Витязи исправные: Родились под трубами, Росли под шеломами, Выросли как воины, С конца копья вскормлены. Все пути им ведомы, Все яруги знаемы, Луки их натянуты, Колчаны отворены, Сабли их наточены, Шеломы позолочены.