Европейская поэзия XVII века

Поль Скаррон /Франция/

*
Юпитер был со сна угрюм
И громко крикнул: «Что за шум?»
В ответ на крик его громовый
Никто не проронил ни слова.
В сердцах кричал богов отец:
«Что происходит, наконец?»
«Все как всегда», — рекла Киприна.
«Молчите, милая б..дина!»
(Доселе говорили «б..дь»,
Чтоб слово зря не удлинять;
Кипридою звалась Киприна.
Но склонен наш язык старинный
Усовершенствовать слова,
И эта склонность в нас жива.)
Но скобку вовремя закроем.
Итак, с громоподобным воем
Венеру, лучшую из дам,
Назвал Юпитер… Экий срам!
Зарделся, как от оплеухи,
Лилейный лик прекрасной шлюхи;
Когда он белым стал опять,
От злости начал бог рычать,
И в словесах нецеремонных
Грозил побить богов и жен их,
И клялся, злобный, как тиран,
Длань возложивши на Коран
(Согласно древнему обряду);
Чтоб усмирить его, Паллада —
Палладу он всегда ценил —
Сказала: «Сир, удар сей был
Произведен машиной некой,
Послушной воле человека,
И это он разбил буфет».
Юпин завыл: «Хорош ответ!»
А Мом промямлил, рожи строя:
«Простая кегля пред тобою!»
В ответ Юпитер: «Царь шутов!
Ты видишь, драться я готов —
Не время в шутках изощряться!
В свой час положено смеяться!
А ныне я узнать хочу,
Кому из смертных по плечу
Тревожить трапезу Зевеса.
Ужели небо — не завеса
От наглых выходок людей?»

/перевод А.Парина/

Леонардо Квирини
ПОКОЙНОЙ НОЧИ

Покойной ночи, ангел мой.
Ты спишь давно, и пышные подушки
На лоне сна лелеют твой покой,
А я, несчастный, плачу, я в ловушке
И рвусь к тебе плененною душой.
Покойной ночи, ангел мой.

Покойной ночи, ангел мой.
Твой верный друг томится, сна не зная,
И если бог любви очам порой
Дает просохнуть, то судьбина злая
Верна себе — и остается злой.
Покойной ночи, ангел мой.

Покойной ночи, ангел мой.
Ты сон вкушаешь — отдых благотворный,
Лекарство от усталости дневной,
А я не устаю, судьбе покорный,
Вздыхать все время о тебе одной.
Покойной ночи, ангел мой.

Покойной ночи, ангел мой.
И да откроет сон свои владенья
Перед Амуром, как перед тобой,
И светлыми пребудут сновиденья —
Без ужасов, без нечисти ночной.
Покойной ночи, ангел мой.

/перевод Е.Солоновича/

Джован Леоне Семпронио
ВОДЯНЫЕ ЧАСЫ,
У ЛАТИНЯН НАЗЫВАВШИЕСЯ КЛЕПСИДРОЙ

В две склянки небольшой величины,
В плену стекла не ведая свободы,
И воды Стикса, и забвенья воды
Искусным Временем заточены.

И, канув навсегда, из глубины
Бессильны всплыть былые дни и годы.
В тех склянках слезы — плата за невзгоды,
Которым в мире мы обречены.

От жаждущего сердца радость пряча,
По капельке, невидимой почти,
Ее дарует редкая удача.

И трудно передышку обрести
Меж днями слез, между часами плача,
Сочащимися в склянках, взаперти.

/перевод Е.Солоновича/

Джован Леоне Семпронио
QUID EST HOMO?/ ЧТО ЕСТЬ ЧЕЛОВЕК?

Что человек? Картина, холст — лоскут,
Который обветшает и истлеет,
Нестойкая палитра потемнеет,
Искусные прикрасы опадут.

Что человек? Он расписной сосуд:
Изображенье на стекле тускнеет,
А урони стекло — никто не склеит,
Толкнут — и что ж: руками разведут.

Я тополиный пух, морская пена,
Стрела — пронесся вихрем и исчез,
Туман, который тает постепенно.

Я дым, летящий в глубину небес,
Трава, что скоро превратится в сено,
Убор осенний жалобных древес.

/перевод Е.Солоновича/

Пьер Франческо Паоли
ОБУЧЕНИЕ АЗБУКЕ

Ко мне учиться грамоте приходит
Та, чьи глаза читают без труда,
Что в безутешном сердце происходит,
Хотя не могут заглянуть туда.

За мною каждый звук она выводит,
Вздохну — не отвечает никогда
И откликом безмолвным грусть наводит,
Моя отрада и моя беда.

Порой, оставя грамоты начала,
«Люблю», — шепчу, она — в ответ:
«Люблю». О, если бы и сердце отвечало!

Я недоволен — мол, ответ нечеткий —
И локон на ее щеке треплю,
Учитель строгий и любовник кроткий.

/перевод Е.Солоновича/

Хуана Инес де Ла Круус
СОНЕТ, В КОТОРОМ СОДЕРЖАТСЯ
РАССУЖДЕНИЯ О ПРИХОТЯХ ЛЮБВИ

Его люблю я, но не любит он,
Безмерна скорбь моя, мне жизнь постыла,
А тот, кого презреньем я дарила,
Увы, в меня без памяти влюблен.

Сносить любимого надменный тон,
Быть может, сил бы у меня хватило,
Но день и ночь в моих ушах уныло
Звучит немилого докучный стон.

Его влюбленность я ценю так мало:
Ведь я другого о любви молю,
Но для него любимой я не стала…

Двух безответных чувств я муки длю:
Я от любви немилого устала,
От нелюбви любимого скорблю.

/перевод И.Чежеговой/

Франсиско де Трильо-и-Фигероа
*
Надежда, ты подвох и суета,
виновница горячки и печали,
тобою подслащенная вначале,
кончается оскоминой мечта.

Меня подобьем легкого листа
ты словно ветер, уносила в дали
к другой, обратной стороне медали,
будь проклята святая простота!

Оставь меня! Любовь и рок злосчастный
не раз срезали твой бутон прекрасный —
что пользы от засохшего цветка?

Не дав плода, ты вянешь до расцвета,
а если даришь плод — то пища эта
для горькой жизни чересчур сладка.

/перевод П.Грушко/