Собрание сочинений в семи томах. Том 4. Джек

Эта книга - целая жизнь. Это история ребёнка, который был вынужден рано повзрослеть. Воспитанный одной только матерью, Джек натерпелся в этой жизни с лихвой. А всё потому, что его мама - женщина хоть и любящая, и весёлая, но очень поверхностная, ветреная и недалёкого ума. Она не способна постичь глубокую мысль, задержать на чём-то внимание дольше минуты. Ида — женщина-развлечение. Она рано родила и всегда умудрялась найти для себя состоятельных спонсоров. Как правило взрослых «папиков», которые бы содержали её, пока молодая мать играет в графиню. Для Джека мамины ухажеры были «милыми дядями», ведь мальчик был ещё очень мал и не понимал, что к чему. Наивно полагая, что его отец умер, он не представлял, что Ида даже не знает, кем он был.

Неприятности мальчика начинаются тогда, когда ему приходится пойти учиться. Можно сказать, что это место стало отправной точкой его несчастий, дорогой, с которой начнётся тяжёлая школа жизни. Джек попадает в гимназию Моронвалей - мрачное и обшарпанное заведение, где от педагогов - одно только название. Грубые, жестокие люди, которые в своих воспитанниках видят только денежные мешки, они унижают детей, избивают и ничему не учат.

— Пожалуй, здесь сыровато... - осмелилась мягко возразить г-жа Моронваль. Мулат осклабился: — Наши «питомцы жарких стран» лучше сохранятся на холоде...

Мулат - это директор гимназии, а «питомцы» - его ученики. И этот диалог, произошедший между супругами, отлично демонстрирует их пренебрежительное отношение к детям, которые имели несчастье попасть под их опеку. К слову, педагогам самим есть чему поучиться: правильному произношению, грамотному построению слов, этикету, а не бухать винишко при воспитанниках, в конце концов, мы же говорим о взрослых ученых умах, которые должны подавать пример! Ну да ладно.

Так уж вышло, что Джеку нигде не было места. Никому он был не нужен. А сам, в силу своего мягкого характера, мальчик был не готов давать людям отпор и отстаивать свои интересы. На своём тяжёлом пути взросления Джек повстречает многих людей. Кто-то будет зол к нему, кто-то добр, одни протянут руку помощи, а другие оттолкнут... Но всё меняется, когда пареньку исполняется 20-ть лет. Он вырос, влюбился и наконец-то готов с гордо поднятой головой идти вперёд, чтобы заработать денег на жизнь и добиться успеха.

В этой книге много всего намешано: легкомысленность, пренебрежение, вера, дружба, любовь и горе. Автор открыто не выражает свою позицию к какому-либо персонажу и устоям, но то, как он высмеивает некоторых героев, потешается над ними, - говорит само за себя. Не хочется общаться с людьми, которые считают своё мнение - единственным правильным и слышат только себя. Когда человек настолько глуп и ограничен, и из-за своей лени не может добиться в жизни высот, но продолжает обвинять в этом других, - смешно. Возятся такие персонажи, как лягушки в своём болоте, и злобно квакают на проходящих мимо людей.

Если подытожить, то «Джек» - история одного покинутого ребёнка. Брошенный матерью он скитался из одного места в другое и нигде не мог прижиться. Больше всего сын хотел быть любимым, нужным своему единственному родному человеку. Ради неё он совершал поступки, терпел лишения, издевательства, тяжкий труд... Ради её улыбки, ласкового слова, поцелуя мальчик, который стал взрослым юношей, был готов прощать и забывать обиды. Джек всю жизнь стремился за Идой, но в её жизни не было для него места. В этом и состоит трагедия этой истории. За всеми сюжетными линиями (а их было немало), радостными и грустными событиями, скрывается одна печальная полоса: ни единожды отказавшись от своего ребёнка, поставив других людей выше него, мать каждый раз выбивала почву у мальчика из под ног. А чем это закончилось... Я до последнего верила в другой финал.

Когда мать причиняет боль своему ребенку, то рана особенно мучительна, ибо жестокость эта противна законам естества, она воспринимается как роковая ошибка судьбы или как божья кара.

С французской литературой у меня как-то не очень, раз на раз не приходится. Срабатывает стереотип о легкомысленности парижан и высшего света, о закрученных интригами сюжетах. Так что новый для меня французский классический автор стал сюрпризом, но ожидания оправдал. Современных феминисток может взбесить портрет юного главного героя на первых страницах романа:

Он походил на мать, но в его наружности было нечто более утонченное, более значительное, то, что отличает освещенное мыслью мужское лицо от смазливого женского личика. Словно бы тот же взгляд, да более глубокий, тот же лоб, но более высокий, тот же рот, только выражавший большую решительность.

Спешу уверить встревожившихся, что автор не сексист: Просто мать Джека чересчур легкомысленна. Есть в романе и сильные во всех смыслах женщины. Во-первых, прямодушная портниха Зинаида (впервые встречаю в иностранной литературе это безусловно иноязычное имя). Она вышла замуж за таможенника, позарившегося на приданое не очень красивой девушки. В конце концов, муж оказался под каблуком твердой и трудолюбивой жены. Во-вторых, разносчица хлеба вдова Вебер. Она оторвала шляпника Белизера от его многочисленной родни, нагло пользовавшейся добротой и покладистостью великана, который стеснялся потратить заработанные деньги на пошив башмаков по мерке и ходил всегда в тесной обуви. Шляпник даже получал упреки от Вебер за чрезмерную робость. Есть в романе наблюдательная аптекарша Реваль, на практике постигшая азы врачевания и помогавшая своему добродушному и рассеянному супругу доктору. Вообще, у Доде мужчины полезных практических профессий все добродушные и покладистые, если особенно не подвержены алкоголю. Автор познакомит нас с парижскими больницами, нутром океанских лайнеров, в смысле, плавающих межконтинентальными рейсами кораблей, бытом рабочих и мастеровых металлургических заводов. Везде он яро обличает тягу простых людей к праздности из-за спиртного. Намаявшийся из-за первого в жизни спаивания Джек в конце концов совсем бросил пагубную привычку. Совсем по-другому, презрительно автор описывает жизнь окололитературной богемы, малоталантливых неудачников, считающих себя гениями. Некоторые из них уходят в другие профессии, но многие выпрашивают деньги у мнимых друзей или сидят на шее самоотверженных жён. Прожигатели жизни несимпатичны Доде. Он не дает им даже шанса на исправление. Одни лодыри умирают или исчезают, но их тут же сменяют другие. Ещё Доде затрагивает интересные темы - бронзовение кумиров и отыгрывание писателями своих обид в художественных произведениях. Десять лет легкомысленную и слабохарактерную мать Джека изводил бездарный поэт, а когда она попыталась уйти от тирана, тот обиделся и расписал её в своей нуднейшей многословной поэме. Через 4 месяца ставшая прототипом женщина вернулась к бездарю и была вынуждена переписывать стихотворную брань в свой адрес и выслушивать сочувственные речи разнесчастному виконту. На литературных вечерах того же поэта неудачливые друзья льстиво ставили его выше Гюго. По поводу бронзовения поэтов и писателей в нашем командном чатике даже произошел спор. Для меня удивительно, чтобы кого-либо в восхвалениях сравнивали с ещё живыми авторами. У нас сперва отпоют, а потом воспоют, а в Европе, видимо, было иначе. Что же о главном герое романа, так Доде забавлялся им как котенком в мешке. Несколько раз он топил Джека в обстоятельствах, но всегда

вытаскивал. В целом, роман получился наполовину реалистичный, наполовину сентиментальный. Доде подметил многое о взрослении одиноких детей, жизни взбалмошных дам, сломе характеров обедневших кичливых дворян, падении на социальное дно. Автор часто насмешлив, но смех этот печален и горек. Однажды переводчик спутал меня разницей григорианского и юлианского календарей (тоже впервые встретила в иностранной литературе упоминание народного почитания в католической стране успения Богородицы 15 августа). Насколько же Франция тогда была религиозной, а богему сожрало мнимое просвещение... Понахватались красивых фраз по верхам, ничего толком не усвоили. Наверное, ироничного и наблюдательного Доде изучают во французских школах. Ничуть не жалею о знакомстве и ставлю его наравне с Золя. Таким темпом можно постепенно понять и принять французскую литературу.

И опять меня поразили теги и описание, которые не особо соответствуют действительности. Роман о детях - да, детская литература - ну нет. По общему настроению книга мне напомнила романы Диккенса и Золя, да, странный микс, но повествование чем-то напоминало стиль Диккенса, а страсть автора к описыванию отвратительных проявлений общества - Золя. Героем истории является милый и аккуратный мальчик Джек, который живёт со своей матерью Идой. И всё было бы ничего, и мать вроде бы любит своего ребёнка, но он ей не даёт строить любовную жизнь и она его помещает в интернат и с этого момента у Джека всё летит кувырком. Его новый отчим терпеть его не может, да и является отчаянным садистом, мать разрывается между любовью к ребёнку и своему новому мужчине, который терпеть этого ребёнка не может. Вот эта сама ситуация, к сожалению, актуальна до сих пор. Жизнь Джека лучше не становится, на жизнь он зарабатывает тяжким трудом, да и мы можем наблюдать как такая жизнь потихоньку его ломает, стирает его индивидуальность. Нет, герой никогда не сдаётся и не теряет надежды на лучшее будущее, но меняется его характер. Я удивлена, что автор далеко не так популярен как Золя, потому что Доде, на мой взгляд, гораздо лучше удалось показать трудности жизни того времени. И, в отличие от Золя, его книга не оставила у меня привкуса омерзения, лишь грусть и сопереживание герою.