Господин Ветер

Сделано, значит сделано. Суфий никогда ни о чем не жалеет. Он вообще отвергает отбор и выбор. И если мы так поступили, значит, было некое предопределение, и мы поступили правильно, даже если нам придется спать где-нибудь в канаве возле трассы.

Я никогда не являлась поклонницей академического чтения. Если посмотреть мой список прочитанного, можно понять, что чтение для меня — скорее способ получения удовольствия и разжигания интереса, чем получения каких-то полезных знаний. Но при этом я придирчиво отношусь к атмосфере, нужно, чтобы книга была кстати и показалась любопытной, и по обоим из этих пунктов Господин Ветер просто катастрофически просел, оказавшись бесполезной жвачкой для мозга.

Я ждала от романа какого-то чуда. Ветер путешествий, долгие странствия, автостоп — темы, которые мне скорее близки, чем нет. Я люблю, будучи одиноким домоседом, посублимировать с такими книгами, так сказать, ощутить экстрим путешествий, не вылезая из теплой кроватки. Но реальность, предложенную Григорьевым, я отчаянно не хотела понимать и принимать.

Слишком большое отторжение вызвала философия героя, являющегося, к тому же, явным прототипом автора. Жизненность книги здесь — огромный минус, потому как позволяет автору бесстыдно скатываться в графоманию, забывая о читательском интересе. Причем его стиль путешествий оказался мне больше, чем просто чужд. Если мой автостоп когда-нибудь станет таким, с сексом в кустах и оправданием наркоманов, скиньте меня под колеса ближайшего грузовика, сожгите и развейте прах над трассой М-10.

Да и стилистически, я бы сказала, роман оказался скорее чужд. Повествование рваное, сюжета как такового нет, и без того переполненная глюками реальность перемежается с академическими вставками и какими-то особо бессмысленными приходами. А в целом получилось, что ни особого уюта, ни великой идеи лично я не почувствовала. Хорошо, что все кончилось.

У Дмитрия Григорьева есть стихотворение «Когда разобьётся в стеклянную крошку / пустое будущее, простое прошлое, / когда останется лишь настоящее, / где живут только люди-ящики, / и этим стеклянным людям / места уже не будет».

Бывают люди из разного материала. Это не значит, что один хороший, а другой плохой; элементы таблицы Менделеева не подчиняются дихотомии «зло/добро». Просто разные материалы. Из одного сделаны самолеты, поднимающиеся в воздух; предметы из другого тяжело сдвинуть с места, им и ураган нипочем.

Герои романа Дмитрия Григорьева всегда в дороге. Легкие, летящие. «Мой дом — это дорога». Движение — все, цель — ничто. Суфий ни о чем не должен жалеть, за него все решает судьба. Отсекай привязанности и скользи. Но в жизни такое получается не всегда. Книга и об этом тоже.

Роман написан в конце прошлого века. В одном из переизданий книги к названию был добавлен подзаголовок «Роман о хиппи». Чтобы лучше продавалась. Автор возражает издателю: это о дороге и людях на ней, роман о Вольных Путешественниках и Людях Радуги. Ведь хиппи жили когда-то, это другое.

Главный герой передвигается автостопом по бескрайним просторам бывшей империи, пересекая и то, что отделено тонкой стенкой от так называемой реальности. Сны и реальность переплетены, но что такое есть сон: ведь большая часть человечества спит, тратя на это все и без того скупо отпущенное жизненное время.

Здесь есть и спокойная описательная проза, и проза ритмизированная, и полезные отступления в стиле энциклопедий. Книга написана в жанре дорожного романа, за небольшое время побываешь в разных городах, встретишь множество людей, все это укладывается в мозаику, мозаику жизни, но уложенную искусным мастером; стекляшка к стекляшке, камешек к камешку. Автор ничего не выдумывал, скорее всего, припоминал, но это и не пересказ произошедшего. И, вообще, что такое воспоминания (и, заодно, каков процент автора в главном герое).

Книга, абсолютно не вписывающаяся в мои интересы, тем не менее захватила. Кристофер (Митя) скитается по России и сопредельным странам. Встречается с различными людьми: драйверами, бандитами, сектантами... Реальность и грезы Криса так переплетены, что он сам не в состоянии отделить одно от другого. В романе все настолько органично, что мне, не переносящей пересказов чужих снов и сленга, было приятно читать про сны и "телеги" - вымышленные и реальные истории. Написано так поэтично и легко, что хочется отправиться вместе с героями в их бесконечное путешествие.