Билли Батгейт

Люблю книги про мафию и Америку 30-х годов. Они все наполнены каким-то своим, особенным духом, своей неповторимой атмосферой, в которую приятно возвращаться с каждой новой книгой. "Билли Батгейт" не исключение. Да, возможно, этот роман не настолько наполнен драматизмом, как "Крестный отец" или "Однажды в Америке", не настолько глубок и велик, но от этого он не становится менее ценным. Очень интересно описаны исторические факты, сама жизнь того времени, его проблемы, внезапные успехи и неожиданные неудачи, никакой стабильности и уверенности в завтрашнем дне. Жизнь жонглировала судьбами людей также как Билли мог ловко жонглировать тремя разными предметами одновременно, и если повезет, ни один из них не упадет на землю. В какой-то степени можно сравнить данный роман с произведениями Бенаквисты, хотя у последнего плюс ко всему еще и отличный юмор. У Доктороу же, интересная, живая история одного паренька из Бронкса. В общем как обычно: мафия бессмертна.

Захватывающая история одной знаменитой банды, рассказанная смышлёным мальчишкой-жонглёром. Его, как и всех остальных ребят улицы, манила, очаровывала бандитская романтика, но лишь одному Билли судьба подкинула случай осуществить мечту, попасть в святая святых мальчишеских грёз.

... Видеть того, о ком ты знал только по газетам, уже само по себе поразительно, но увидеть человека, про которого газеты пишут, что он находится в розыске, - это уже почти чудо.

Гангстерский Нью-Йорк 30-х годов отлично визуализирован, словно смотришь кино, а не читаешь книгу (кстати, на мой взгляд, история как раз из тех, что сами просятся быть экранизированы). Превосходный живой язык с первых страниц погружает читателя в атмосферу того времени - и преступного мира, и жизни/быта в целом. Само повествование, неторопливое тягуче-певучее, уносит в Америку банд, клубов и разборок, обмана и махинаций, девушек и скачек. Книга - блюз криминальной жизни Америки. Яркие, выпуклые герои, такие настоящие и очень разные, с характерной речью и образом мыслей.

... Лулу посчитал ниже своего достоинства пользоваться такими туалетом, так что мне пришлось взять лопату и рыть яму на ровном месте в лесу, над домом, всё глубже вгрызаясь в мягкую почву; руки мои заныли и покрылись мозолями; мне казалось, я знаю все опасности, связанные с преступной жизнью, а вот смерти от устройства отхожего места я, как выяснилось, не учёл.

Хочется отметить, что внешность как всегда обманчива. Ибо за простой, хоть и очень увлекательной, приключенческой "ширмой", стоят гораздо более глубокие, нежели может показаться, общечеловеческие понятия - честь и гордость, ответственность и долг (не в денежном, а в общеморальном смысле), уважение и любовь к родителями, добро и даже милосердие. И бОльшую часть этого багажа, который и есть суть Человека, несёт совсем еще зелёный 16-летний мальчишка...

... Мысль о том, что люди могут пережить любую потерю, пока остаются сами собой, несколько успокоила меня.

Книга о том, что начало и конец — это примерно одно и то же. В целом читается ровно и как-то никак, так что даже и сказать особо нечего. Хотя можно отметить, что весьма неожиданно любовная линия привлекает меньше внимания, чем все, что касается гангстерской работы и преступной жизни вообще (впрочем, не исключаю, что это особенности моего собственного восприятия).

Кроме некоторой неприязни, вызванной тем, что я отвыкла от физиологичности современной литературы, романчик породил у меня два вопроса, один по делу, другой риторический: 1) почему все гангстеры перед смертью поют Bye-bye Blackbird? 2) почему Dutch Schulz оказался в русском переводе Немцом Шульцем?

Теперь надо обязательно посмотреть экранизацию (благо сценарий-то к ней написал Том Стоппард! интересно, там это тоже выражается только в диалогах?). Надеюсь, фильм окажется лучше книги, что подтвердит мою мысль, что гангстерские саги надо смотреть, а не читать. Да и что касается физиологии: постельные сцены в кино уместнее, чем в книге, по-моему. Или по крайней мере там я к ним больше привыкла.

Я, наверное, ужасный консерватор, но если в истории нет героя, за которым я хочу идти денно и нощно по каждой странице или кадру, вам меня не поймать, сколь прекрасно бы не была её структура, диалоги, юмор, атмосфера и что там только может быть ещё. Мне нужен человек.

Билли Батгейт мог бы быть тем самым колдуном Хоулом, про которого говорят шёпотом девушки друг другу на ушко "Не ходи в пустоши, не говори с незнакомцем — говорят, он крадёт чужие сердца". Потому что вот у тебя типичная грязная гангстерская история про страшное время, что уходит в прошлое, прихватив с собой как можно больше жертв. А вот её рассказчик, смышлёный малец на подхвате у полного тяжёлой мрачной ярости вожака банды. Коготок увяз, всей птичке пропасть. Но нет.

Билли умеет смотреть так, как никто другой, Билли рассказывает и между тобой и любой грязью стена чистой прохладной воды его разума. Он делает вид, что отдал себя с потрохами, но это тот самый мальчишка, что умеет жонглировать одновременно двумя мячами, апельсином, яйцом и камнем, да чем угодно, понимаешь ли, включая доверие самых опасных людей.

И знаешь почему он это может? У Билли особая сила, он не лжёт, он разве что немного меняет факты. И видит в них, этих страшных мужчинах, некую фигуру отца. Они чувствуют это, им льстит, они забывают, что даже очень преданные, любящие дети идут против родителей, когда это действительно важно. Для того чтобы исподволь спасти чужую жизнь, например. Или не совершить убийство.

При этом Билли не предаёт. Он просто немного меняет мелодию. Ведь Билли смышлёный малец, мы помним. И он благороден. Ему подвластны иные оттенки, он чувствует бытие инстинктивно.

В "Заводном Апельсине" Берджесса мы краем можем встретить эту поэзию ремарки, в отдельных абзацах, когда насилие вдруг отступает на пронзительную щемящую секунду и герой вбирает это огромное бытие, застывает, чтобы увидеть по-настоящему, что вокруг. И снова ныряет в слепоту.

Сигарев во всех своих пьесах, пожалуй, использует этот приём, разницу между чернушным совершенно бытом и вот этими секундами чистоты.

У Доктороу это красная нить всей истории. Его герой всегда, как канатоходец, держится между, совершенно без страховки, и хочется аплодировать стоя, да только боишься издать хоть звук - вдруг он потеряет баланс.

И некая неправдоподобность концовки после совершенно сбивающей с ног кульминации сперва кажется обманом. Кажется, что он на самом деле упал, что это видение агонии. Потому что столь резкая смена жанра практически на сказку никак не укладывается в голове.

Даже композиция развязки, сначала застывающая в одной долгой сцене чужого предсмертного бреда, потом летящая годами вперёд, в потом вдруг возвращающаяся странным вроде бы уже флешбеком, но всё равно будто флешфорвардом, с – абсолютно не принадлежащим гангстерской истории, но безусловно сказочным элементом! – младенцем в корзине.

Что это было? Можем ли мы верить рассказчику или он ненадёжен? Можем ли мы считать это победой персонажа над автором, который просто не может, чёрт возьми, позволить этому блестящему уму погибнуть в грязной барной комнатке?

А им ещё как следовало. Ведь он сумел не только исчезнуть, но и вернуться, став свидетелем заката старого времени, став кем-то совсем иным.

Отличный роман про гангстера середины 30-х годов, ветерана войн времен "сухого закона". Этот роман американский до чертиков, в нем еще и город Нью-Йорк - главная действующая площадка. Написанный "потоком сознания", он читается так, как читаются, должно быть, "бульварные" книги, с разницей в том, что написан был этот текст этим дядей со смешной фамилией явно легко и с удовольствием.
Я взял себе за правило читать книги с карандашом, и что-то там отмечать, особенно выдающееся на страницах. Но взять в руки карандаш, чтобы что-то пометить в этой книге, у меня просто не было времени. Хотелось ее не упускать из виду, при том, что отнести к ряду особенно остросюжетных эту книгу нельзя. Чтобы получить представление о том, что вытворяет автор этого романа, достаточно привести пару цитат:

Герой, от лица которого ведется повествование, как будто не очень-то участвует в жизни. Ему лишь всегда удается оказывается в нужном месте в нужное время, и, несмотря на его насыщенную, казалось бы, судьбоносными поступками жизнь, он проводит ее скорее в позиции наблюдателя. Эстетика, а не этика. Детская очарованность объясняет все его поведение на протяжении книги, это, конечно, уже никакой не Оливер Твист, его судьба не такая уж горькая, да и нам ничего не известно о его социально-экономических трудностях. Зато его внутренний мир - это мир художника, поглощенного жизнью, способного воспеть любую малозначительную деталь действительности. От человеческой шеи до торговой улице в нью-йоркском районе Бронкс.

Хотите гангстерской романтики? Окунитесь-ка! Да с головой, во все-все неприглядные подробности "бизнеса".
Секс без любви, убийства без причины, деньги без особой надобности - всё это перемежается похвальбой и псевдофилософскими рассуждениями автора.
Чего не отнять - так это атмосферности, её там сполна. Атмосфера Нью-Йорка расцвета эпохи гангстерства, кусочки "одноэтажной Америки" и сногсшибательные блондинки, неряшливые, отвратительные мужчины. Крайне затянутая книга, но в поездке "пожевать" можно.

Книгу прочитала совершенно случайно - попалась в подборке произведений про 1920-е в Америке. Тогда этим я как раз-таки и увлекалась. Произведение среднего размера и читается легко - особенных описаний сцен насилия нет, а вот читать про взрослые отношения было весьма неприятно. Также в книге персонажи ругаются, но это не выходит за пределы  разумного. Сама история Билли Батгейта - довольно-таки занятная и следить за его судьбой мне было интересно. Жалко, правда, что в конце автор так нам и не рассказал, продолжил ли герой заниматься нелегальным бизнесом или нет. Намёк есть, но любопытство неудовлетворено. Советую к прочтению!

Обнаружив книгу в подборке про итальянскую мафию, я ожидала чего-то похожего на Крестного отца. Но, нет, это произведение ближе к "Однажды в Америке". Наверно, потому, что главный герой - мальчишка, очарованный миром гангстеров: богатством, волнующими женщинами, властью и блеском жизни в противовес его обычному миру.

"Пока в ваших ушах не раздается близкий свист пуль от боя, происходящего на ваших глазах, невозможно понять, как стремительна жизнь. Она в такие секунды превращается в сгусток энергии, никакие законы и правила не действуют".

Мне нравится, как автор рисует это время и его атрибуты. Этот мир, где с ресторана можно отправиться под воду с бетоном на ногах. Где взглянув на роскошную женщину, настоящую, владеющую своим естеством как магией, ты потеряешь голову и чувство страха. Где сильный ест слабого, а потом его самого ест тот, кто сильнее. В этом нет романтизма преступности, но есть своего рода объяснение - почему умные люди выбирали такую жизнь, осознавая риски, почему девушки летели на этот свет как мотыльки, почему парнишка называли криминальных авторитетов своими кумирами. В Америке в 20е. В России в 90е.
Книга остаётся в закладках. С радостью перечитаю.

Моя главная ошибка с этой книгой состоит в том, что, регулярно наблюдая в разных подборках, я слишком многого от нее ждала, и слишком была очарована этим ожиданием. Заявленная гангстерская тематика интриговала, манила и сулила чего-то, пусть излишне заштампованного, но яркого. Не срослось как-то. Сложно сказать, что стало главной причиной. Может не особо впечатливший главный герой, от лица которого велось повествование, с не всегда внятной мотивацией, может не тот гангстер, может что-то еще. Явно отрицательного вроде бы тоже ничего назвать не могу, просто книга в целом показалась пресной. Отдельные интересные моменты, к сожалению, не смогли спасти общее впечатление.