Ярость

Как-то трудно мне писать отзыв об этой книге (мысли разбегаются). Читать её тоже было непросто (непросто находиться в голове спятившего подростка). Но и тем не менее, я тут.

Сразу отмечу, что это не мистика ни разу, и даже не ужасы в привычном понимании этого жанра. Но книга жутковатая (само собой, сразу вспоминаются выпуски новостей, в которых вещают о том, что в очередной школе Штатов, очередной ученик открыл стрельбу по одноклассникам). Вообще, сам факт того, что кто угодно (при небольшом лишь желании) может достать огнестрельное оружие в этой стране, (со всеми вытекающими) страшен.

Что касается книги и её героев. Они все (и дети, и взрослые) показались неприятными. А вместе с тем их захотелось пожалеть (потом это прошло).

Возьмём сначала Чарли Деккера (раз уж он музыку заказывает, с него и начну). Забитый подросток, друзей нет, девушки нет, наверняка ещё и в школе ему крепко достаётся от забияк. Дома у парня тоже все не очень хорошо: отец пьяница, который ненавидит сына (и я думаю, частично он и жену свою ненавидит).

Мать Чарли тоже с нелюбовью к мужу относится (как минимум). В общем, обстановка та ещё, до ребёнка никому дела, в общем-то, нет (там лишь когда наказать надо о нем вспоминают). Делаем скидку на безумный подростковый возраст, и получаем озлобленного, потерянного, несчастного человека. Он хочет, чтобы его поняли или хотя бы услышали, а как этого добиться не знает.

Но!

Многие (чего уж) проходили через подобное, и не стали убивать других людей. Деккер же захлебывается своим гневом. На всех и вся.

И вот тут бы нам обвинить во всем произошедшем окружение. Мол, в семье и школе беда (подтолкнули), а окружающие не заметили и не предотвратили трагедию. А сам Чарли лишь жертва. Но, нет...не жертва он, а хладнокровный убийца. И прячется за своим безумием. Мол:

И все, что хотите со мной делайте.

Теперь одноклассники. Казалось бы, их тоже надо пожалеть: взяты в заложники, на их глазах были убиты преподаватели. Но нет... Есть в этих детишках какая-то гнильца (вспомним, как они с Тедом поступили).

Взрослые (полиция, психолог, директор школы) выглядят жалко, а ведут себя глупо.

Так вот и менялось отношение к героям, то я жалею их, то негодую, то проникаюсь неприязнью и туда-сюда. Неоднозначная книга. Яркая. Стивен Кинг отлично умеет показать внутренний (не очень приятный) мир человека.

Ох уж эта книга... Печаль-печаль-печаль...
Кинг — он очень разный. К этому я уже привыкла. Но вот к этой книге у меня абсолютно неоднозначное отношение. Это — книга-обманка, в ней нет того, чего ты ждешь.
Во-первых, это однозначно не триллер. И нечего на это рассчитывать. Это — психологическая драма, густо замешанная на комплексах подростков. И это для меня — плюс.
Во-вторых, это книга об очень странных подростках, поступки которых лишены логики (или это мне так кажется?!) и поведение их очень неадекватно (даже перед лицом опасности). Для меня — минус: не понимаю.
В-третьих, это абсолютно неприятная и грязная книга, которая втягивает в себя и заставляет буквально жить в этой атмосфере. Ощущения жуткие, но ведь впечатляет! Минус все-таки...
В-четвертых...
А все так же! Смешанные чувства: сложно, неприятно, тоскливо... Минус, минус, минус.
Вроде и не первая книга про беспредел в школе, но единственная, в которой чувство горечи, несправедливости и утраты, затмевает чувство неприязни. От этого и оценка невысокая.

В 1970-ые Стивен Кинг ещё не нашёл свою стезю и в основном метался от мистических рассказов к глубоким психа-аналитическим повестям и романам, причём первые пользовались куда большей популярностью. Ещё во время учёбы в колледже он задумал книгу о школьном преступнике, захватившем в заложники целый класс, но в сущности сам ставший жертвой потерянного поколения. Однако за рассказы издательства платили исправно, а вот литературу более высокого плана печатать отказывали – рынок диктовал читательский спрос. В итоге «Смириться с этим» (именно так первоначально называлась «Ярость») осталась лежать на полке недописанной. Лишь спустя много лет, необременённый постоянной нуждой в чеках от издательства (выход «Кэрри» в 1973-ем сделал Кинга не только знаменитым, но и довольно состоятельным) Стивен мог позволить себе вернуться к книге.

Читая «Ярость» будто находишься на сеансе психоанализа – Стивен Кинг в очередной раз показал себя отменным знатоком людских душ. Тема подросткового бунтарства в то время была особенно популярной, и не читал/писал о ней только ленивый, однако роман отличается от них стремлением автора не столько к динамичности и событийности, сколько детальной прорисовке персонажей. Не только главного героя Чарльза Деккера, практически ни один персонаж не остался без внимания. Здесь нет ярких положительных либо отрицательных персонажей, каждый сам решает для себя на чью сторону стать. А герои настолько многоплановые и разнообразные, что книга придётся по душе абсолютно любой аудитории.

В ней много бунтарства. В сущности, «Ярость» не столько об отдельно взятом эпизоде из жизни провинциальной школы, сколько о судьбе целого поколения. Стивен Кинг не боится говорить откровенно о многих вещах, которые обычно обходят стороной или оставляют за многоточием: подростковом насилии, сексе, наркотиках, непонимании между детьми и родителями и т.п. – то есть всём том, чем были так богаты 1960-70-е годы.

Однако книга популярна и сегодня. В этом можно убедиться хотя бы включив телевизор и посмотрев последний выпуск теленовостей. За последнее время не было ни единого года, чтобы какой-нибудь школьник в Америке или Скандинавии, обозлённый на весь мир, не расстрелял своих одноклассников, да и учителя в придачу. В 1970-ые это было редкостью, однако Стивен имел небольшой опыт преподавательской деятельности и воочию столкнулся с проблемами поколения, да и сам в молодости далеко не был «паинькой».

Совпадение это или нет, но с выходом книги случаи стрельбы в школах заметно участились. Кинга даже публично стали винить в массовом помешательстве молодёжи, но сам автор в этом категорически не соглашался. В 1999 году в Коламбусе два школьника расстреляли с десяток своих товарищей, что стало последней каплей. Стивен Кинг изъял все имеющиеся в продаже экземпляры, а печатать книгу в дальнейшем категорически запретил.

Лично я бы не советовал «Ярость» к прочтению детям, поскольку здесь нужна стабильная уже сформировавшаяся психика. Подросток может поддаться многим рассуждениям, пропустив мимо главное – то, что хотел донести до нас автор. Ведь школа, всеобщее сумасшествие и эйфория – лишь фон, на котором развиваются простые человеческие души. У каждого из героев – своя судьба, свой характер, но не зря они все соединены в один класс, не зря взрослые во многом подобны детям, а иногда и сами нуждаются в перевоспитании…

ЗДРАВСТВУЙТЕ!
«Вполне пристойный», по мнению Стивена Кинга, роман – «Продвижение», который издатели по своему усмотрению переименовали в «Ярость», вышел в 1977 году (за 2 года до «Кэрри») под псевдонимом Ричарда Бахмана. Это первый из пяти романов, изданных под этим псевдонимом, или по-другому – «Диди».

«Ярость» запрещена к печати по всему миру. Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть эту информацию. Но сообщается, что в 1997 году ранее выпущенные экземпляры романа были изъяты. Откуда были изъяты – не указывается. Зато говорится, что в РФ с 2006 года книга перестала выходить.

Также есть мнение, что

«Издание романа прекращено с 2007 года во всем мире по личной просьбе Стивена Кинга в связи с участившимися случаями насилия с применением огнестрельного оружия в учебных заведениях.»

Может быть, книга не издаётся, но продаётся.

В России книга «Ярость» не издаётся с 2006 года; в мире по личной просьбе Кинга – с 2007-го.

Перевод с английского И. Котейко и О. Лежниной заметно отличается от перевода Виктора Вебера. Например, в первом случае действие происходит в высшей школе, во втором – средней.

Котейко и Лежнина свой перевод адаптировали к современным условиям, зачастую совершенно неоправданно. Высшее учебное заведение с ванными комнатами? Такое может быть? Администрация – это современное понятие, используемое в школе не так уж давно.

У Вебера – реалии времени написания романа – 1970-х. Заштатный городишко штата Мэн – Плейсервилл. Обычная школа с шумными бачками унитазов в обычных школьных туалетах. Дирекция, а не администрация. Типично для школы Кинговского времени.

Я выбираю перевод Виктора Вебера. Он органично вписывается в своё время.

К концу 6 главы (первые главки коротенькие) меня ещё не захлестнула, но лишь возникло предчувствие, что захлестнёт и очень скоро та самая ярость, давшая название роману. Создаётся впечатление, что автор сводит нас с учеником-психопатом, который ведёт повествование.

Чарлз Декер. Чарли. Опасный зверь с разрушенной психикой. Таким он предстаёт перед читателем. Главный антигерой.

Моё отношение к читаемому и прочитанному менялось дважды. Возможно, от того, что и сам автор сначала начинал роман, потом забрасывал его, а, спустя приличное время, снова за него брался. Псевдоним – Ричард Бахман также сыграл свою роль: Кинг как бы раздвоился. Появился особый, Бахмановский дух.

Чарли едва не убил учителя. Чудо, что тот остался жив. Ни грамма раскаяния о содеянном. Диалог с директором школы об избиении учителя физики и химии, вылившийся в изобретательнейшее по гнусности издевательство над человеком, который имеет право на уважение по должности, если уж не по личным качествам (по мнению ученика), о которых читатель пока судить не может. Но Чарли … После сцены унижения директора школы и морального опускание его ниже плинтуса у меня к главному антигерою не осталось ни капли сочувствия. Парень явно неадекватен.

Становится не важно, ПОЧЕМУ он стал таким. Это ещё предстоит выяснить. Хотя сцену на охоте с оленем и 9-летним Чарли мы видим в самом начале книги. Важно то, что он уже такой и представляет реальную угрозу обществу. На мой взгляд, важнее, что теперь с этим ДЕЛАТЬ.

Способны ли системы образования и правоохранительных органов США адекватно реагировать на появление в школах таких «отмороженных»? Вот в чём первый вопрос. Автор тут же даёт на него ответ: нет, не умеет и не может. Ни компетенций, ни компетентности у руководителей школ, как и других сотрудников, нет. Так и будет директор (простите за выражение) «сопли жевать», а Чарли будет ДЕЙСТВОВАТЬ.

«Он не бросился за мной.
А раз не бросился, значит, я мог продолжать начатое.»

Кстати, в «Кэрри» – тоже школьная тема. И тоже автор рисует образ директора Ювинской школы города Чемберлена того же самого славного штата Мэн.

Мистер Грэйл – образ на удивление положительный. Описан он два года спустя после публикации «Ярости». Он умнее и находчивее мистера Денвера – руководителя Плейсервиллской школы: не допустил бы, по крайней мере, разговора один на один с психопатом Чарли, по чистой случайности едва не убившего разводным ключем учителя. Не оказался бы в двусмысленной и унизительной ситуации.

А, вообще, не понятно, как после инцидента с неудавшимся убийством избитого до полусмерти учителя Чарли, как ни в чём не бывало, ходит в школу. Думаю, Кинг не случайно создаёт эту «увертюру» к последующей трагедии.

В «Кэрри» к образу директора школы Кинг подошел более разумно, поэтому м-р Грэйл и выглядит более реалистично, чем м-р Денвер – директор Плейсервиллской школы. И вызывает симпатию.

Что же касается антигероя – Чарли, то, несмотря на то, что повествование ведётся от его лица, читателю (имхо) не следует поддаваться на его «обаяние»: обращение к читателю за пониманием, сочувствием, словно к другу, товарищу и брату. Он будет объяснять нам, что это не он такой, это время – такое: виноват не он, а те, кто сделал его, бедного и несчастного, таким. А, главное, – он не один такой!

«Вы понимаете, почему я его уважал...» и тому подобные обращения к читателю. Словно ему и поговорить-то больше не с кем, как с незнакомцем.

Зло, как известно, умеет быть обаятельным и очаровательным, принимая разнообразные личины. Хладнокровный убийца, очень метко стреляющий (!), убивающий наповал, как «два пальца об асфальт» (рука не дрогнет), мерзок и отвратителен: чудовище.

Чарли признаёт себя сумасшедшим. Легко. Ещё бы! Как иначе объяснить глубинные мотивы своего поведения? Думаете, я сумасшедший? – Ну, да, я сумасшедший, если вам так угодно.

Лицемерие. Издёвка. Возвышение над всеми. Я – король, вы все – ничтожества! Плевать он хотел на то, что о нём думают. Плевать он хотел на всех.

Чарли ступил на путь порока, с которого ему не свернуть. Он это знает. И поступает не обдуманно, а по наитию: можно всё, если хочется. Особенно ему хочется глумиться над другими (представителями власти, полицейскими, работниками школы и своими одноклассниками), как тролль.

«— Ты свихнулся? — неожиданно спросил Хэрмон Джексон.
— Думаю, что да, — ответил я. — По моему разумению, только сумасшедший может убивать других людей.»

Идея романа проста: в каждом из нас живёт чудовище, и только ждёт своего часа. Главное, чтобы этот час не наступил. Предотвратить. А если не сумели предотвратить, то должны знать, как действовать по ситуации. Вот это важно.

Не менее важна тема доступности оружия. Доступ подростков к оружию и в книгах, и в реальных ситуациях очень уж свободный. Безалаберность и безответственность взрослых – родителей (и не только) способствует осуществлению больных фантазий молодых людей, отравленных фильмами, книгами, … да мало ли чем. Пагубным воспитанием, неблагополучием в семье в том числе.

Это серьёзные проблемы современного общества, а семьи и школы – в первую очередь. И Стивен Кинг поднимает их в романе «Ярость», заставляющем думать. И хорошенько думать.

Когда размывается порог чувствительности к чужому горю, чужой боли, эмпатия глохнет: конец человечности. Убийство учителя – миссис Андервуд не вызывает столько эмоций, сколько убийство персонажа в каком-нибудь фильме, где оно подаётся куда как более эмоционально! Вот ужас-то где!!!

«Большинство из нас видели маленькую девочку, размазанную по асфальту, в местном автокино. В сравнении с этим смерть миссис Андервуд особых эмоций не вызывала.»

Поразительно, что одноклассники «шизанутого» Чарли воспринимали сцены убийства одного учителя за другим, словно на экране этого самого «автокино». Кинг описывает действия не только убийцы, но и ребят – одноклассников Декера. Подчёркиваю, действия, но не чувства, которые должна бы вызвать чрезвычайная ситуация. Их как будто бы и нет вовсе: притупились, заглохли, умерли … Подросткам не страшно. Им любопытно, чем всё закончится. Будут ли ещё трупы? Чарли видит это.

«Занимает меня другой вопрос: неужели они надеялись, что я подстрелю кого-то еще?»

Поведение подростков в классе, в котором забаррикадировался Чарли, в комнате номер 16, поражает не меньше, чем поведение антигероя. А на полу – распростёртый труп учительницы – Джин Андервуд. Ей было 37. Вся жизнь впереди. Была.

Более гнусной, циничной, невероятной картины представить сложно. Кучка безбашенных эгоистов-недоумков, уверенных в своей бессмертности и скором окончании «игры» Чарли … Более того, они поддерживают психопата-террориста, удерживающего целый класс заложников. А красотка Грейс Станнер даже подогревает его:

« — Давай, Чарли! Оттрахай их всех!»

Два трупа. Никого не смущают. Что они вытворяют в классе! Рядом с телом их учительницы.

Тут явный намёк на противостояние учеников, неуверенных в том, что они сумеют социализироваться в обществе, и обществом в лице школы: директора, учителей, психоаналитика и всех иных работников образовательного учреждения. Сам институт – ШКОЛА представляется подросткам врагом, угнетателем, которого боятся и ненавидят, но вынуждены с ним считаться: документ-то нужен для продолжения образования.

Стивен Кинг был учителем. Школа, ученики – интересная тема, в которой он разбирается. За годы своей работы он повидал всякого …

Роман «Ярость» вызревал и доходил до нужной кондиции долго. Псевдоним Ричарда Бахмана тоже в этом сыграл свою роль: автор расслабился и под маской инкогнито дал волю своим эмоциям. Более эмоционального, психологического романа-триллера лично я у него не читала. Даже более поздняя книга – «Кэрри» не вызывает такой сильный шквал эмоций – ярость.

Естественно, что такая авторская безудержность сделала книгу скандальной. А потом, когда подростки стали зачитываться ею и брать себе на вооружение то, что делали персонажи романа, участились теракты в школах с вооруженными нападениями подростков, подобные описанным в книге, и всякие непотребства. Отсюда и запрет произведения.

Но главный антигерой Чарли не одинок. Он не выдвигал никаких требований, взяв на себя роль террориста и захватив в заложники 24 одноклассника. И никакой ясной цели у него не было. Она появилась потом. И он получил то, что хотел. И никаким сумасшедшим Чарли Декер не был, ибо

«Безумие есть неспособность видеть швы, соединяющие бред и явь.»

В итоге один учитель избит до полусмерти, двое – убиты. А одноклассников он вынудил разоблачаться. Они сами себе устроили психологический стриптиз. Жуткое и мерзкое представление. И оказались нисколько не лучше Чарли. Все они – нормальные американские школьники.

Стивен Кинг выносит яростный обвинительный приговор.

«Таков уж западный путь развития. Ты начинаешь зажимать рот руками, чтобы заглушить крики. Кровит у тебя внутри.»

Есть понятие – немотивированная агрессия. А есть другое – аномально направленная агрессия. Роман С. Кинга «Ярость» о ней. Думаю, читатель сам разберётся в траектории этой агрессии. Для этого не обязательно быть психологом. Достаточно посмотреть «спектакль», устроенный Чарли и его одноклассниками.

Браво! Автору.

P.S.

«А очнулся я, держа револьвер стволом к себе, хотя желания стреляться у меня не было.»

Интересное произведение, которое рассказывает нам до какой степени могут быть жестоки дети и как они могут быть неадекватны.
Знаете, это рассказ о том, что порой мы не знаем, на что горазд подросток и что им управляем, когда он делает той или иной поступок. Читая книгу, я себя ловила на мыслях, как же детские травмы влияют на нас и почему тот или иной аспект, нам не дает здрава мыслить. С другой стороны главный герой хотел просто к себе внимание, чтоб его кто-то выслушал.
Мне в принципе нравится как пишет Кинг, несмотря на его грубость

«Ярости» никогда не было в библиотеке книг Кинга, которую собрала моя мама. Не потому, что эту книгу запретил издавать сам Кинг, нет, она спокойно издавалась в в России еще лет десять после запрета. Она просто не успела ее купить (как всегда это бывает, когда откладываешь покупку на более денежные времена), а когда уже я начала пополнять полки Кингом, я несколько раз упустила «Ярость» из рук в букинисте и перестала за ней всерьез охотиться. Поэтому я прочитала этот роман только сейчас, вспомнив про него в рамках собственного марафона по чтению всех книг Кинга в порядке издания.

И, честно говоря, я не очень много потеряла, не читая его раньше. Неплохо, даже хорошо, но все еще далеко не лучшая его книга.

Историю читатель сразу видит глазами Чарли — глубоко травмированного подростка. Ему кажется, что весь мир против него, по крайней мере, мир взрослых. Недавно он напал на своего учителя и теперь ему светит спецшкола, и поэтому у него остался последний день, чтобы выполнить задуманное. Чарли достает из шкафчика пистолет, убивает двух учителей и берет в заложники своих одноклассников. Они проводят в классе несколько часов — пока снаружи взрослые пытаются понять, как освободить заложников, подростки в классе обсуждают темы, которые непросто обсуждать со взрослыми. Чарли сначала вынуждает их говорить, но потом они раскрепощаются, рассказывая об отношениях с родителями, о проблемах в семье, которые не принято обсуждать, о первой любви и о первом сексуальном опыте.

Чем больше времени подростки проводят вместе с Чарли, тем меньше они его боятся. Точнее, тем меньше они боятся за себя. У них практически выстраивается общество, свой собственный «Повелитель мух». Лишь один из учеников дает себе полный отчет в том, что происходит, и пытается обезвредить Чарли — Тед. И Тед видится как еще одно отображение взрослого мира, которому не место в этом классе. Он инороден, хоть и пытается взять на себя ответственность за спасение всех детей, и именно у него уточняют обстановку взрослые, пытающиеся провести переговоры.

Сначала кажется, что у Чарли нет никакой цели. Но чем больше тайн раскрывается в этом классе, тем больше он пытается доказать всем и себе, что это не у него, Чарли, проблемы, травмированы вообще все. Этот мир сложный и непонятный, сами взрослые не знают, что с ним делать.

Но даже если какие-то мысли и откликаются, нужно не забывать, что Чарли не просто ненадежный рассказчик. Он рассказчик с сильными психологическими проблемами и ему нужна помощь. Все его рассуждения, его способность к манипуляциям и доведению разговоров до невыносимого пика — это вывернутая наизнанку призма одинокого ребенка.

Я понимаю, «что хотел сказать автор», и даже понимаю, почему эта книга так приглянулась реальным школьным стрелкам, настолько, что ее пришлось запретить издавать. Это небольшой роман, набитый тревожностью и ожиданием. Он непредсказуем и психологичен, а чужие травмы так и норовят выплеснуться со страниц. Читать его было для меня непросто, потому что Чарли будто бы и не хочет сделать это простым — его мысли сбивчивы, неприятны, болезненны.

И, с одной стороны, я опять хотела побурчать на небольшой объем, а потом задумалась: а готова ли я читать еще страниц сто чужих нарывов и потерянности? Скорее нет. Так что роман хорош таким, каким он есть.

Я не думала писать рецензию на эту книгу, у меня от неё осталось довольно смешанное впечатление. Просто захотелось вступиться за Теда, которого что-то много ругают, и сказать пару ласковых о бееедненьких, несчастненьких его одноклассниках.

Причины, вызвавшие сдвиг в психике Чарли Декера вполне понятны: в семье не всё бывает ладно; нормальная жизнь может быть скучной и фальшивой, а порой и вовсе невыносимой; человеку иногда необходимо вырваться из обыденности, почувствовать себя живым, получить какие-то необыкновенные ощущения; наконец, у каждого из нас есть персональный Тёмный Попутчик, и так легко перейти границу между светом и тенью! Я не спорю, я даже отчасти понимаю Чарли Декера. Пусть. Но вот остальные… Коллективного безумия, постигшего этот класс, я понять уже не могу. И несчастного Теда Джонса, которого все разом вдруг решили за что-то покарать, я им не прощу. Это единственный человек во всей честной компании, который не потерял головы и остался верен себе. Единственный, кто воспринял ситуацию серьёзно – не как игру, кинофильм или необыкновенное приключение – и сразу осознал, что драгоценный Чарли, такой умный и интересный и достойный сочувствия, такой на всех непохожий, против системы идущий нонконформист, вообще-то убил двух человек. Это не смешно, на это нельзя смотреть пустыми равнодушными глазками, как это делает весь класс! Честное слово, Чарли стоило подстрелить кого-то из них, просто для того, чтобы они перестали быть зомби! Это как раз бы добавило соли и перцу в их пресную жизнь.

Очень легко поддаться своей тёмной стороне и перейти границу. Что может быть проще?! Тед – единственный, кто мог и хотел ей противостоять. Я правда не понимаю, о какой ошибке все они говорят. В чём ошибся Тед? Видимо, только в том, что был сильнее, умнее, был во всех отношениях лучше.

Сколько бы ни говорили про то, как несчастны все эти подростки, сколько бы не сравнивали Чарли Декера с героем Сэлинджера, конкретно этим подросткам я не верю, и думаю, что Холден Колфилд мог быть сколь угодно зол на этот мир, но он никого бы не убил, и не был бы равнодушен к смерти другого. Он был на стороне света.

«Раннего» Кинга, признаться, очень люблю. Удивительно, что в свое время эта книга, вышедшая в свет в далеком 1977 году, прошла мимо меня. Судьба произведения известна: несмотря на популярность книги, сам автор лично запретил ее переиздавать после 1997 года в связи с участившимися случаями применения огнестрельного оружия в общеобразовательных учреждениях США. В России, кстати, книгу тоже не переиздают уже довольно давно, может быть, поэтому я ее и не читала.

Не совсем понимаю, почему книгу подвергают остракизму – изначально автор дает понять, что главный герой, шестнадцатилетний старшеклассник Чарли Декер, явно психически болен. Он болезненно привязан к матери, лютую ненависть испытывает к собственному отцу (совершенно незаслуженно, на мой взгляд), привык копить многочисленные собственные обиды. Подражать Чарли могут захотеть лишь такие неадекватные личности, как он. Кто, скажите, находясь в здравом уме, принесет в школу огнестрельное оружие, начнет стрелять в людей, а потом полдня будет удерживать в классе три десятка подростков, настаивая на том, чтобы они раскрыли все свои тайны, в том числе и самые постыдные? И цель этого своеобразного «урока самопознания», проведенного Чарли под дулом пистолета для собственных одноклассников, со многими из которых он в неплохих отношениях, странная – помочь одноклассникам «выпустить пар», выговориться о тех вещах, которые они ни с кем не могут обсудить. Либо потому, что это постыдно, либо потому, что их никто не захочет выслушать. И ведь у Чарли все получилось – подростки довольно спокойно обсуждали свои обиды, делились самым сокровенным и выясняли отношения. И только одному из одноклассников Чарли это действо казалось нелепым, только один пытался противостоять остальным, позиционируя себя взрослым и умудренным опытом. Что удивительного в том, что всем остальным это не понравилось? Так что читателя ожидает неожиданный и страшный финал.

Нетипичное для Кинга произведение, отнюдь не ужасы, а психологический триллер, выворачивающий душу. Тяжелая и неприятная история о подростках, но совсем не для подростков. И все же, хотя книга произвела неизгладимое впечатление, не могу не отметить, что привычного восторга не испытала. Уж очень герой неприятный.

Книга полна той самой ярости и ненависти, неприкрытой и живой. Произведение ведется от первого лица, от лица школьника Чарли - одинокого, не социализированного, страдающего от абьюзера-отца. И постепенно его страх перерождается в ненависть, злость ко всем и всему... Это приводит к ощущению полной безнаказанности, вседозволенности и откровенной агрессии ко взрослым людям. А потом ситуация накаляется по максимуму - Чарльз приходит в школу с оружием. Всегда поражал тот факт свободного оборота оружия в демократической стране, этой беззаконной норме права по отношению к другим.. Самое страшное еще и то, что он находит поддержку своих одноклассников (почти всех), они становятся участниками его "игры" и дают выход и своей ярости. Чарли всегда хотел, чтобы его услышали, хотел перестать быть изгоем.. Он будет рассказывать, даже добьется откровений от одноклассников, а ведь раньше он был для них ничем.. Кингу, как всегда, ярко и реалистично удается вынести все те мерзости и ужасы из человека, все то, чем наполнены люди...

Вспомнила, как семь лет тому назад такой серый, ничем не примечательный студент, зашёл в одно из учебных заведений моей республики и более двадцати человек стали жертвой такого стрелка..