Блеск и нищета куртизанок

Он в Люсьене видел юного Жака Коллена, красавца, аристократа, будущего посла.

Чем завершится судьба этого подлинного исчадия ада, лишь любовью приобщенного к человечеству? Ибо это божественное начало с великим трудом отмирает даже в самых развращенных сердцах.

- Я поступлю, как дети, привязавшие железку к хвосту кошки: где бы дело ни разбиралось, всюду зазвенят кандалы Жака Коллена.

- Уголовном следствии, поймав кончик нити, распутываешь клубок, с помощью которого мы углубляемся в самые мрачные лабиринты человеской совести и темных деяний.

- Этот Жак Коллен – титан хитроумия, притворства, наглости… человек большого ума… О-о! это… как бишь его… Кромвель каторги!..

Современная наука полагает, что мозг под влиянием страсти, достигшей высшего предела, наполняется кровью, и этот прилив крови вызывает ужасающую игру воображения, сны наяву!

По мнению некоторых крупных врачей-психиатров, самоубийство у известных натур является завершением душевного заболевания.

- Этот молодой человек подобен апельсину, тронутому гниением; не дайте ему сгнить…

– Сударыня, – улыбаясь, сказал громко генеральный прокурор, – король не вправе оказать влияние даже на самого ничтожного судебного следователя в своем королевстве, как на ход прений в суде присяжных. В этом величие наших новых установлений.

Ивик – древнегреческий поэт, был убит разбойниками. Умирая, он призвал в свидетели своей гибели пролетавших журавлей. Через некоторое время на празднествах в Коринфе, один из его убийц, увидев журавлей, воскликнул: «Вот свидетели Ивика», – чем и выдал себя. -(Примечания).

- А ведь досадно попасть в ад: мне так хотелось бы увидеть ангелов, чтобы узнать, похожи ли они на тебя…

- Полно! Надобно уметь держать себя пристойно даже в могиле.

– Человек, однажды стоявший под расстрелом, готов ко всему, – кротко отвечал Жак Коллен.

Она чрезвычайно ловко умеет прятать концы в воду.

И тут восхищенным взорам присутствующих предстал волосатый торс циклопической мощи. То был Геркулес Фарнезский из Неаполитанского музея, только не таких исполинских размеров.

– Для чего предназначает природа людей такого сложения? – сказал врач.

Следователь столкнулся с героем каторги, оружием которого было самое коварное притворство.

«Если это Жак Коллен, то он великий актер!..» – подумал Камюзо.

– Вы-то, знатные дамы, вечно без денег, даже когда купаетесь в миллионах.

Возвраты молодости у парижанок, у знатных дам, встречаются чаще, чем принято думать, и в этом причина необъяснимых падений добродетельности женщин в ту пору, когда они достигают пристани сороколетия.

Зтот удивительный человек (Жак Коллен) прозревал истину в преступлении, как Кювье прозрел закон строения существ, бесследно исчезнувших.