Цитаты из книги Роза и Башня

ИЗ ПЬЕСЫ "ПОСЛЕДНЯЯ РЕВНОСТЬ ЭМЕР"

I Женская красота - словно белая птица, Хрупкая птица морская, которой грустится На незнакомой меже среди черных борозд: Шторм, бушевавший всю ночь, ее утром занес К этой меже, от океана далекой, Вот и стоит она там, и грустит одиноко Меж незасеянных жирных и черных борозд.

Сколько столетий в работе Душа провела, В сложном расчете, В муках угла и числа, Шаря вслепую, Роясь подобно кроту,- Чтобы такую Вывести в свет красоту!

Странная и бесполезная это вещица - Хрупкая раковина, что бледно искрится За полосою прибоя, в ложбине сырой; Волны разбушевались пред самой зарей, На побережье ветер накинулся воя… Вот и лежит она - хрупкое чудо морское - Валом внезапным выброшенная перед зарей.

Кто, терпеливый, Душу пытал на излом, Судеб извивы Смертным свивая узлом, Ранясь, рискуя, Маясь в крови и в поту, - Чтобы такую Миру явить красоту?

Я слышал, нервные дамы злятся, Что, мол, поэты — странный народ: Непонятно, с чего они веселятся, Когда всем понятно, в какой мы год Живем и чем в атмосфере пахнет; От бомбардировок смех не спасет; Дождутся они — налетит, бабахнет И все на кирпичики разнесет. Каждый играет свою трагедию: Вот Гамлет с книгой, с посохом Лир, Это — Офелия, а это Корделия, И пусть к развязке движется мир И звездный занавес готов опуститься - Но если их роль важна и видна, Они не станут хныкать и суетиться, Но доиграют достойно финал. Гамлет и Лир — веселые люди, Потому что смех сильнее, чем страх; Они знают, что хуже уже не будет, Пусть гаснет свет, и гроза впотьмах Полыхает, и буря с безумным воем Налетает, чтоб сокрушить помост,- Переиродить Ирода не дано им, Ибо это — трагедия в полный рост. Приплыли морем, пришли пешком, На верблюдах приехали и на ослах Древние цивилизации, огнем и мечом Истребленные, обращенные в прах, Из статуй, что Каллимах воздвиг, До нас не дошло ни одной, а грек Смотрел на мраморные складки туник И чувствовал ветер морской и бег. Его светильника бронзовый ствол И года не простояв, был разбит. Все гибнет — творенье и мастерство, Но мастер весел, пока творит.

БЕЛЫЕ ПТИЦЫ

Зачем мы не белые птицы над пенной зыбью морской! Еще метеор не погас, а уже мы томимся тоской; И пламень звезды голубой, озарившей пустой небоскат, Любовь моя, вещей печалью в глазах твоих вечных распят.

Усталость исходит от этих изнеженных лилий и роз; Огонь метеора мгновенный не стоит, любовь моя, слез; И пламень звезды голубой растворится в потемках как дым: Давай в белых птиц превратимся и в темный простор улетим.

Я знаю: есть остров за морем, волшебный затерянный брег, Где Время забудет о нас и Печаль не отыщет вовек; Забудем, моя дорогая про звезды, слезящие взор, И белыми птицами канем в качающий волны простор.

I Душа. Вступи в потемки лестницы крутой, Сосредоточься на кружном подъеме, Отринь все мысли суетные, кроме Стремленья к звездной вышине слепой, К той черной пропасти над головой, Откуда свет раздробленный струится Сквозь древние щербатые бойницы. Как разграничить душу с темнотой? Поэт. Меч рода Сато – на моих коленях; Сверкает зеркалом его клинок, Не затупился он и не поблек, Хранимый, как святыня, в поколеньях. Цветами вышитый старинный шелк, Обернутый вкруг деревянных ножен, Потерся, выцвел – но доныне должен Он красоте служить – и помнит долг. Душа. К чему под старость символом любви И символом войны тревожить память? Воображеньем яви не поправить, Блужданья тщетных помыслов прерви; Знай, только эта ночь без пробужденья, Где все земное канет без следа, Могла б тебя избавить навсегда От преступлений смерти и рожденья. Поэт. Меч, выкованный пять веков назад Рукой Монташиги, и шелк узорный, Обрывок платья барыни придворной, Пурпуровый, как сердце и закат,- Я объявляю символами дня, Наперекор эмблеме башни черной, И жизни требую себе повторной, Как требует поживы солдатня. Душа. В бессрочной тьме, в блаженной той ночи, Такая полнота объемлет разум, Что глохнет, слепнет и немеет разом Сознанье, не умея отличить "Где" от "когда", начало от конца – И в эмпиреи, так сказать, взлетает! Лишь мертвые блаженство обретают; Но мысль об этом тяжелей свинца.