Цитаты из книги Мемуары

«Самые любимые, бесценные образцы со временем уходят в туман».

«В тот день я (Моруа) испытал восхищение, видя всеобщую веру в будущее. Мы должны были получить компенсацию за ущерб, причиненный войной; строились грандиозные планы… Увы! Бедствия оказались серьезнее, чем считали готовившие… восстановление молодые люди, возмужавшие от военных невзгод».

«И, хотя Франция на диво быстро поднималась из развалин, будущее вызывало серьезные опасения. Неужели невзгоды ничему нас не научили».

Полковник Брэмбл: «Жизнь – сплошная череда всяких мерзостей».

«Великое утешение, даруемое историей, - это осознание того, что на человечество в разные эпохи обрушивались одни и те же несчастья и что рано или поздно худо-бедно все улаживалось».

«Уединение – прекрасная вещь, если ты в ладу с самим собой и у тебя есть четко определенная задача».

«Обсуждайте и договаривайтесь. В таком далеком, загадочном, таящем в себе всякие угрозы деле самый худший компромисс лучше, чем самая хорошая война».

«Церемонии – основа цивилизации».

«Прекрасно и полезно, чтобы в эпоху сплошных потрясений существовали учреждения, обеспечивающие преемственность».

«Пока жива земля, каждой весной на смену тем колосьям, что были сжаты неумолимой косой, приходят новые. Вокруг меня по-прежнему немало друзей, и многие из них достаточно молоды, чтобы я мог не страшиться одинокой старости».

«Не стоит жалеть о вашем долгом отсутствии; все в одни голос говорят, если бы вы остались во Франции во время оккупации, вас бы уже давно не было в живых».

«Нажитого состояния у нас больше не было. Зато мои книги, снова поступили в продажу, опять заняли свое место во всех книжных магазинах».

«Если все остальные перестали бороться за лучшее, почему бы и мне не поступить так же?».

«Конец учебного года рассматривается как начало нового пути, новой жизни для студентов».

«Вокруг меня (Моруа) снова собиралась классическая библиотека; ведь куда бы я ни приехал, я везде окружаю себя книгами».

«Американскую комедию» можно и нужно написать. Как я (Моруа) себе представляю, молодой писатель лет тридцать, который возьмется за нее сегодня и будет, как Бальзак, писать по четыре романа в год на протяжении двадцати лет, как и он (Бальзак), умрет за этим занятием, но оставит после себя бесценную картину своего времени и станет величайшим американским романистом все времен. Мне (Моруа) кажется, этому стоит посвятить жизнь».

«Вчерашние политические противники косятся друг на друга, колеблются, потом улыбаются и взволновано протягивают друг другу руки».