Цитаты из книги Э. Хемингуэй. Избранное

— Я не могу примириться с мыслью, что жизнь проходит так быстро, а я не живу понастоящему.

— Не огорчайтесь, — сказал я. — Все страны похожина кинофильм.

Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки. Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги свои. Все реки текут в море, но море не переполняется; к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь. Екклезиаст

Все вы — потерянное поколение Гертруда Стайн

Но ничего на свете не дается легко.

Старик поглядел на него воспаленными от солнца, доверчивыми и любящими глазами.

Я не чувствовал, что он мертвец, и сказал, что его книги занимательны и отвлекают меня от мыслей.

Он нелеп и жалко. Он пишет как больной человек.

Она обожала говорить о людях и местах, о еде и всякой всячине.

Что-то приличное написано об этом только по французски, все термины французские - вот почему об этом так трудно писать.

Он и так никогда не терял ни надежды, ни веры в будущее, но теперь они крепли в его сердце, словно с моря подул свежий ветер.

Воно-то й добре мати талан. Та краще бути вправним. Тоді щастя не заскочить тебе зненацька.

От работы можно убежать, но скрыться от нее нельзя.

Когда делаешь первые шаги в литературе, тебя не замечают. Это счастливый удел начинающих.

Вы, допустим, убеждены в том,что у автора значительно больше,чем можно понять при первом чтении; но если это и так, то писатель все же не должен что-то объяснять или составлять путеводитель по трудным местам своей работы.

Газетная работа не повредит молодому писателю и даже может помочь ему, если он вовремя оставит ее.

Меня не огорчало, что книга получается трагическая, так как считал, что жизнь - это вообще трагедия, исход которого предрешен.

Несмотря на любую цензуру, народ в конце концов всегда узнает правду, потому что много народу было на войне.

Да и нельзя же говорить о себе, что ты храбр: во-первых, все решат, что ты врун, а во-вторых, если уж человек в чем-то действительно силен, так он обычно в этом вопросе весьма скромен.

Для серьезного автора единственными соперниками являются те писатели прошлого, которых он признает.