Цитаты из книги Siege and Storm

Я же пришел ради тебя. Ты – мой флаг. Ты – моя нация. Но похоже, это больше не имеет значения.

— Ты справишься. Просто успокойся.
Я недовольно фыркнула. Мне так сильно хотелось его задушить, что аж руки чесались.
— О, и еще: самый простой способ разозлить кого-то, это сказать ему, чтобы успокоился.

— Знаешь, что я в тебе ненавижу? — Нет. — Ты всегда знаешь, что сказать. — И тебе это не нравится? — Я видела, как ты меняешь личности, Николай. Ты всегда примеряешь на себя ту роль, какую хотят увидеть другие. Может, ты действительно не нашёл своё место в мире, а может, просто говоришь так, чтобы бедная, одинокая прониклась к тебе ещё большей симпатией. — Ещё большей? Значит, я тебе нравлюсь? Я закатила глаза. — Да, в те моменты, когда мне не хочется заколоть тебя ножом. — Ну, это уже что-то.

Даже самых достойных мужчин можно выставить дураками.

Штурмхонд подошел к столу, налил себе квасу и устроился в кресле с довольным вздохом. Затем сделал глоток и скривился.  – Отвратительный напиток. Всегда его не переваривал. – Так закажите себе бренди, ваше высочество, – язвительно процедила я. – Уверена, вам принесут все, что вы пожелаете. Его лицо осветилось улыбкой. – Справедливо. Думаю, я мог бы даже принять ванну, полную бренди. Наверное, так и сделаю.

— Значит, ты продашь свою страну Дарклингу за горсть золота? — Нет, за гору золота! Уверяю тебя, мои услуги отнюдь не дешёвые.

Мне нравится заводить могущественных врагов. Это придает мне важности.

Подобное притягивает подобное.

- Николай Ланцов, но, умоляю, не заставляйте меня снова повторять все мои титулы. Это никому не нравится, а единственный важный из них - принц.

Жертва или эгоизм – это уже неважно.

Я – Николай Ланцов, майор двадцать второго полка, солдат королевской армии, великий князь Удовы и младший сын его величества, короля Александра Третьего, правителя трона Двуглавого Орла, пусть долго длится его жизнь и правление!

Мне не хотелось знать, но я все равно спросила: – Что он с вами сделал? Багра издала сухой смешок. – Меньше, чем мог бы. Больше, чем стоило.

- Это отличная возможность сделать что-то полезное. - А что полезного делаете вы, ваше высочество? - Я - принц. Делать что-то полезное не входит в мои обязанности.

- Ты украл ее? - Как и несколько других документов из его каюты. Опять же, если учесть, что каюта фактически моя, это нельзя назвать кражей. - Фактически, - раздражённо начала я, - каюта принадлежит капитану, у которого ты украл судно. - Справедливо, - признал Штурмхонд. - Если твоя карьера в роли заклинательницы Солнца пойдет крахом, подумай о стезе адвоката. Ты любишь придираться.

Когда люди говорят "невозможно', они, чаще всего, имеют ввиду "невероятно".

– Каждый делает то, что в его силах, – пробормотала я. Тогда Давид посмотрел на меня, и на его лице читалось сожаление. Что бы я ни говорила, мы оба знали жестокую правду. Мы стараемся изо всех сил. Делаем все возможное. Но, как правило, от этого ничего не меняется.

Таким, как он, нужно время на размышления и самобичевания. Иначе они становятся капризными.