Цитаты из книги На острие скальпеля

Ты можешь прятать боль подальше, подавлять её, откладывать, позволить ей осесть артритом в суставах или холестерином в артериях сердца, но придет момент, и приступ всё равно тебя настигнет. И тогда боль нахлынет, затопит и захватит тебя всю, как бы долго ты её ни сдерживала.

Благотворительность подобна повязке, без которой не обойтись при ранениях, хотя было бы лучше не получать ранений вовсе.

Бывают дни, когда лучше звать друг друга по имени.

К тому же мы были достаточно молодые и богатые, чтобы целыми днями любоваться друг другом. Но, похоже, красота — не единственное, что нужно для брака

… женские имена имеют странное свойство стираться из истории, словно их записывают самыми нестойкими чернилами.

Есть огромная разница между убийством человека и невозможностью его спасти, - продолжил Поцци. - Ты не убивала синьору Наполи, просто не смогла её спасти.

Стоять у врат жизни и смерти - это призвание, а не просто профессия. Если примешь призвание, будешь жить там, где радость встречается с горем, а экстаз - с муками. Будешь балансировать между страданием и избавлением. Будешь даровать жизнь и ломать её.

Исцелить человеческое тело не получится, пока не признаешь его предназначение: быть вместилищем души.

Господь пришел в мир через тело женщины. Пришло время оказать утробе должное уважение.

В искусстве, как и в реальности, жизнь творится в укромности, в царстве женщины. Иисус родился в хлеву. Сомневаюсь, что Иосиф, хоть и святой, был хорошим акушером. Я часто задавалась вопросом, а кто же помогал в родах Богоматери.

смелость и толстая кожа необходимы женщине, выбирающей путь, отличный от того, который предлагает общество и который заключает ее в очень узкие рамки.

Сколько бы чужих ошибок ты ни исправила, всей несправедливости не уничтожишь.

– Ты, Элеонора, начала разгадывать тайны анатомии, но упустила множество тайн жизни. Ты по-прежнему думаешь, что, взяв в руки скальпель, обрела власть над святая святых. Да, ты можешь извлечь ребенка из утробы матери хирургическим путем, но ничего не знаешь о любви, которая его там зародила.