Herzog

- Жизнь каждого гражданина становится бизнесом. Поэтому, это едва ли не худшее толкование смысла жизни за всю историю.

Человеческая жизнь не бизнес.

- Дорогая мама! Относительно того, что я давно не приходил на твою могилу...

- Внутри меня сидит кто-то. Я в его руках. Когда я говорю о нем, я чувствую, как он дубинкой наводит порядок в моей голове.
Он погубит меня.

Он действовал на авось: потолкаешься среди случайных обстоятельств -- и вдруг выйдешь к самому главному.

Не всякий на пороге краха может позволить себе поездку в Европу с целью развеяться.

(...) С чужими желаниями надо считаться. Живем не в рабское время.

Бедолага папа умел расположить к себе и птицу, и крокодила.

Ему представлялась замечательная дилемма: он открыт наружу -- он замкнут в себе.

Он остро вглядывался во все, но ощущал себя наполовину слепым.

Постоянно часть его сознания была открыта внешнему миру.

Кое-кто считал, что он помешался, и он сам одно время не был уверен, что наверху у него все в порядке.

Возобнавляя копание в себе, он признал, что

Был плохим мужем -- причем дважды. (...)
Сыну и дочери он был любящим, но плохим отцом.
Собственным родителям -- неблагородным сыном.
Отчизне -- безучастным гражданином.
Братьев и сестру он тоже любил, но -- издалека.
С друзьями индивидувлист.
В любви ленив. В радости скучен.
Перед силой уступчив. С собственной душой уклончив.
(...)
При всем том мы сохраняем наше обаяние.

Надо сознавать, например, что выполнение языка и его обесценивания суть дегуманизация общества, прямиком к фашизму культуре.

Может, к лучшему, что я не отлупил её. Не дай Бог, еще вернул бы её любовь.

Он доводит любовь до абсурда, чтобы окончательно дискредитировать ее.

разврат? Забытое словцо долибидозной эры.

Соно не ждала от меня особых жертв. Ей было не нужно, чтобы я работал на нее, обставлял квартиру, ставил на ноги детей, вовремя приходил к обеду или открыл ей счет в ювелирных магазинах: ей всего-то и нужно было, чтобы время от времени я приходил. Но есть уроды, которые отворачиваются от подарков судьбы, предпочитая грезить о них.

Жалости, может, заслуживала глупейшая умственность Герцога, его несуразная манера осмысливать свои неприятности в высоких категориях

Свет за одну секунду пробегает четверть миллиона миль, чтобы мы могли не вслепую поправить прическу или прочесть в газете, что окорок подешевел со вчерашнего дня.