Портрет Дориана Грея

Uncle Jack is sending you to Australia.
Algernon Australia! I’d sooner die.
Cecily Well, he said at dinner on Wednesday night, that you would have to choose between this world, the next world, and Australia.

Algernon I hope tomorrow will be a fine day, Lane.
Lane It never is, sir.
Algernon Lane, you’re a perfect pessimist.
Lane I do my best to give satisfaction, sir.

Algernon What shall we do after dinner? Go to a theatre?
Jack Oh no! I loathe listening.
Algernon Well, let us go to the Club?
Jack Oh, no! I hate talking.
Algernon Well, we might trot round to the Empire at ten?
Jack Oh, no! I can’t bear looking at things. It is so silly.
Algernon Well, what shall we do?
Jack Nothing!

To lose one parent, Mr. Worthing, may be regarded as a misfortune; to lose both looks like carelessness.

When you do become engaged to someone, I, or your father, should his health permit him, will inform you of the fact. An engagement should come on a young girl as a surprise, pleasant or unpleasant, as the case may be. It is hardly a matter that she could be allowed to arrange for herself …

Literary criticism is not your forte, my dear fellow. Don’t try it. You should leave that to people who haven’t been at a University. They do it so well in the daily papers.

You have always told me it was Ernest. I have introduced you to everyone as Ernest. You answer to the name of Ernest. You look as if your name was Ernest. You are the most earnest-looking person I ever saw in my life. It is perfectly absurd your saying that your name isn’t Ernest. It’s on your cards.

Впрочем, я не могу не питать отвращения к своим родственникам. Полагаю, причина кроется в том, что видеть свои недостатки в других — невыносимо.

Он научит человека переживать во всей полноте каждый мгновение жизни, ведь и сама жизнь есть всего лишь мгновенье 

Как я рад, что ты ничего не создал-ни статуй, ни картин, ничего, кроме себя! Твоим искусством стала жизнь.

— Умеренность — вещь поистине фатальная. Понятие «достаточно» подобно скромной трапезе, а понятие «больше, чем достаточно» — все равно что хороший пир.

<...> хуже разговоров о тебе лишь их отсутствие.

В дружбе, окрашенной любовью, всегда есть нечто трагическое.

Пожалуй, некоторые чувства не стоит облекать в слова.

Я не называю имени того, кто мне нравится. Иначе выходит, будто я отдаю частицу его души.

– Всегда!.. Какое ужасное слово! Я содрогаюсь, когда слышу его. Его особенно любят женщины. Они портят всякий роман, стремясь, чтобы он длился вечно. Притом «всегда» – это пустое слово. Между капризом и «вечной любовью» разница только та, что каприз длится несколько дольше.
Они уже входили в мастерскую. Дориан Грей положил руку на плечо лорда Генри.
– Если так, пусть наша дружба будет капризом, – шепнул он, краснея, смущенный собственной смелостью.