Мои книги
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Иссякнуть. Вот подходящее слово. Я — человек, иссякший за долгие годы. Разряженный так давно, что уже не починить. Пустой, без остатка.
Я не великий и не стойкий герой. Я — обычный человек, который часто пугается и нередко оказывается во власти страха. Поэтому я могу вот так безобразно рыдать.
Ты ведь не узнаешь, что я умер. Для тебя я буду просто той первой любовью, с которой оборвалась связь, потому что мы живём в разных мирах. У каждого в сердце есть такая далёкая, забытая любовь. Я оставлю тебе лишь маленький шрам… и уйду. Прости. Но скоро тебе станет легче.
Я уже пятьдесят лет как потерял волю к жизни. Я — человек, похожий на свой выцветший цвет волос, словно сгоревший пепел. То, что стало пеплом, нельзя восстановить. То, что исчезло, не оставив и следа, нельзя вернуть.
Собственное мнение — само это словосочетание прозвучало странно в отношении меня.
Во сне мы могли бы быть рядом без всяких ограничений и тревог. Ведь сны скоротечны и в них не нужно думать о будущем.
Я — существо, оторванное от реальности. Существо, которое трудно назвать человеком.
Но у меня нет будущего. А значит, и нет ожиданий.
Я смотрел на незнакомого себя. И одновременно понимал его.
Я имею право выбрать день своей смерти. Право уничтожить, разрушить и стереть себя. Просто я решил, что это время — сейчас.
Моё отчаяние — моё собственное. Моя горечь тоже — моя.
Я решил умереть, потому что больше не мог воображать никакого будущего. Не то что следующей год, даже завтрашний день казался мне непреодолимой преградой. Я устал. Время — это бесконечное переплетение переменных, и у меня не было сил тащить на себе всю эту неопределённость.
Для меня всё пережитое и правда походило не на реальность, а на какое-то колдовство. Ужасное, проклятое заклинание. Но если есть такое, то должно существовать и другое — сладкое, как грёзы. И когда через сто дней моё дыхание остановится, я отправлюсь в то сладкое место. Там меня будут ждать мои товарищи, мама и папа. И мы сможем быть счастливы там вечно.
"Иногда я думаю, что я в этом мире как потерянная вещь."