Живые и мертвые (комплект из 3 книг)

Книга, трилогия, прочитанная мною в подростковом возрасте впервые. Повторно прочитал её совсем недавно. Считаю её лучшим из известных мне произведений о ВОВ. С одной стороны, она достаточно правдиво и откровенно говорит о трудностях и ужасах войны. С другой стороны, говорит о них взвешенно и сдержанно, оставляя многие подробности и трэш обычно за кадром, что помогает её читать, не испытывая шока и сильного стресса.

Три части книги описывают три этапа той войны - начало - 1941 год от первых её недель до контрнаступления советских войск под Москвой. Вторая книга описывает перелом войны во время Сталинградской битвы. Последняя часть посвящена белорусской наступательной операции летом 1944 года.

Главный герой книги - офицер Синцов. В начале войны он по своей профессии - редактор армейской газеты, пытается вернуться в свою часть в западной Белоруссии из Москвы в июне 1941 года. И предсказуемо попадает в самое военное пекло, когда гитлеровские войска в результате блицкрига за первые 6 дней войны полностью заняли западную Белоруссию вплоть до Минска, окружив там крупную группировку советских войск. Он тоже потом с боями пробивается долго из окружения. В итоге он оставляет свою прежнюю военную профессию, перейдя в пехоту и далее оставаясь в этом положении всю войну.

Одно из главных отличий каждой из трёх книг - автор показывает, как постепенно год от года растёт умение советской армии воевать, более мощно и эффективно, что в конечном счете также помогает её победе над врагом.

Сейчас многие писатели спекулируют на теме о войне, давая жизнь пустым произведениям, получая за это гонорары, и ещё говорят во всех интервью, что вот, мол, какие мы патриоты и историки. Но я разговаривала с людьми, которые пережили войну. Не все из них воевали. Но и в тылу было сложно. Они, эти люди, мне говорили, что о войне надо судить по советским писателям, именно в их романах истина, только их произведения научат таким понятиям, как Родина, Любовь, Патриот, Семья...
И вот прочитан самый известный роман о войне. Целая эпопея. Некоторые судьбы описаны скупо, всего несколько строчек. Некоторые - размашисто, на все четыре книги. И только я одна знаю, как часто от этих строчек у меня мороз пробегал по коже, как часто я откладывала чтение этой книги, потому что было жутко и страшно. Я пыталась представить, что всё описанное происходило на моей земле, и... не хотела этого представлять. В книге столько правды, вымученной, пережитой, выплаканной, но не похороненной вместе с погибшими, что, на мой взгляд, рядом с этой эпопеей любое произведение о войне современника и ставить нельзя. Книга пропитана патриотизмом, не показным, на люди, а настоящим, до слёз, до смерти. Низкий поклон вам, живые и мёртвые, журналисты и рядовые, писатели и командиры, за мою жизнь и жизнь моих детей.

Это только первая часть трилогии. Две остальные были написаны значительно позже. Мне кажется, что именно эта часть трилогии и является основной, где без прикрас описывается самый тяжелый начальный период войны. Симонов рассказывает о своём ощущении от войны и воюющих людей. Не паника и неразбериха первых дней, не Сталин с Мехлисом, не Бастрюков со Львовым в конце концов сделали победу, а "работяги войны" - от генерала (боевого, отнюдь не свадебного), через комбата и его маленькую докторшу, до девочек из банно-прачечного отряда. Судьбы героев комментировать сложно, но полагаю, что война такие ситуации создавала, что в другое время трудно даже вообразить. Поэтому и круг основных героев ограничен, хотя в книге действует около двухсот персонажей. И все они - живые люди, не декорации, а несут в себе определенный смысл, создавая логическую канву романа.Сейчас, с большого расстояния можно выискивать и находить в книге недостатки, особенно если прислушиваться к голосам тех, кто ненавидит все советское и стремится опорочить наше прошлое. Согласен, что в последующих частях трилогии ощущается идеологическая подоплека, характерная для периодов правления Хрущева и Брежнева, но от этого ценность книги в целом не теряется. Просто читатель должен учитывать обстановку того периода, в который писалась книга.

После прочтения этой книги и еще "Солдатами не рождаются", я теперь честно могу признаться что Константин (Кирилл) Симонов стал одним из моих любимых писателей пишущих о войне интересно и без прикрас. До этого я считала одним из лучших писателей этого жанра американца Ирвинга Шоу и его книгу "Молодые львы". Ну и конечно "А зори здесь тихие" Бориса Васильева. До сего дня я не была поклонником литературы на военную тематику. А тут, думаю, дайка я прочитаю столь нашумевший в советское время роман "Живые и мертвые" Симонова, получившей столько наград и даже экранизированный. Попалась мне книга московского издательства Эксмо, обложку которой вы видите на этой странице, а там - три книги в одной. И весит она пару килограммов. Признаюсь, что читать я люблю в транспорте, по дороге на работу и обратно домой. Целую неделю я протаскала эту книгу, читала, восхищалась авторским стилем и сюжетом книги, но устала ее таскать и ... купила Kindle, хотя это противоречит моим убеждениям и пристрастиям: я люблю в полном смысле наслаждаться печатным словом: чтобы странички приятно шуршали при переворачивании, чтобы все было видно на широком листе, а если еще и иллюстрации и хорошо оформленный текст с витиеватыми заглавными буквами, то это - полный восторг и большое удовольствие для меня! И вот к чему я пришла: читала эту книгу в транспорте на Kindle, а дома - шуршала страничками печатного издания.

Константин Симонов - замечательный русско-армянский писатель, потомок древнего княжеского рода Оболенских. Не мотря на то, что он был совсем не пролетарского происхождения, но молодость у него была более чем пролетарская, так как семья лишилась всех своих привилегий.
Читая эту книгу, я никак не могла понять, как такие откровенные размышления могли попасть в печать в то время, когда и невинных сажали. А потом посмотрела, когда были изданы книги и почти успокоилась: первая книга "Живые и мертвые" появилась на свет в 1959 году, во времена оттепели, а следующие две соответственно были изданы в 1962 и 1971 годах. И все равно не перестаю удивляться смелости писателя: несмотря на соответствующий приказ всю войну он вел дневниники, если бы не вел - то просто не смог бы запомнить или придумать все события и жизненные перипетии, происходящие со страной и героями романа.

Книга начинается с абсурдности случившегося: один из главных героев политрук Синцов (прототипом этого героя был сам Симонов) поезал в отпуск с женой в Крым и сообщение о начале войны застало их на вокзале в Симферополе. Весь ужас сложившийся ситуации усугублялся еще и тем фактом что они оставили годовалую дочку с бабушкой в Гродно, который был захвачен фашистами в первые дни войны. Писатель великолепно, таким простым и доходчивым языком передает неразбериху, растерянность и оцепенение охватившее абсолютно все слои населения, даже военных, в первые месяцы войны. Никто ничего не мог понять и все задавались вопросом как это вообще могло произойти.

Вот несколько эпизодов произошедших в первые дни войны:

Вернувшись на перекладных из Симферополя в Москву, Синцов находит возможность попасть в эшелон идущий на запад, преследуя этим две цели: найти свою воинскую часть и разыскавдочь и тещу в Гродно, вывезти их в Москву. В Гродно, уже окупированный немцами, Синцов не попал, но пристроился работать в редакции. И вот машина с только что отпечатанными газетами отправляется в Бобруйск, чтобы по дороге оставлять газеты еще пахнущие типографской краской во всех военных частях которые им могут встретиться по дороге к месту назначения. Машина едет в сторону Бобруйска не зная о том что там уже немцы. Их машина чудом уцелела так как буквально в 700 метрах от дороги по которой они ехали, уже были фашистские танки.

Или вот еще страшный эпизод. Машина с Синцовым, газетами и двумя попутчиками подъезжает к лесной развилке, а там стоит всего лишь один солдат с гранатами и направляет всех одиночек в только что сформированную часть. Он, оказывается вот так стоит уже двое суток, один, посреди леса, без воды и еды, но не в праве не оставить свой пост, так как не получил соответствующего приказа.

И вот еще один случай. Летчик, сталинский сокол генерал-лейтенант Козырев (прообразом послужил погибший муж Валентины Серовой, герой Советского Союза Анатолий Серов), отличившийся, как и Анатолий Серов, в Испании и быстро продвинувшийся из лейтенантов в генерал-лейтенанты, пытался спасти тяжелые бомбардировщики от атак немецких мессершмитов и был сбит. Когда к нему подбежали наши военные, он не узнал своих, приняв их за фрицев и застрелился. Еще одним прототипом генерал-лейтенанта Козырева был генерал-майор, так же как и Анатолий Серов, герой Испании, но погибший в первый же день войны, 22 июня, при таких же обстоятельствах как и Козырев. Но вот одна маленькая деталь: 21 июня 1941 года, за день до начала войны, на этого генерал-майора было заведено дело и его должны были арестовать. Да вот незадача случилась, не успели так как война как раз началась... А жена его Нина отсидела в лагерях 5 лет как жена врага народа. Бред какой-то.

И таких сюжетов в книге не счесть.

В романе очень много интересных и шокирующих фактов о том, что творилось в первые дни и месяцы войны. Герои становились предателями, а враги народа просились на фронт чтобы с оружием в руках защищать свою родину от фашистской навалы. В книге много диалогов и если можно так выразиться домашних ситуаций.

Хоть я и выросла в советское время, но до конца не представляла себе той всемогущей роли которую играли комиссары в жизни людей. Это, можно сказать, был и священник отпускающий твои грехи, или же обличитель и судья, а то и просто отец родной. Комиссары знали о тебе абсолютно все. Я вообще теперь не понимаю, как в такой жуткой атмосфере доносительства существовали такие хорошие и настоящие люди, как, например, Серпилин, Синцов, Артемьев, докторша Овсянникова. Какие силы помогали им быть и оставаться настоящими людьми в такое время когда ты мог усомниться не только в других, но и в себе.

В романе много положительных персонажей, но есть и определенное количество отъявленных негодяев. Интересно, что почти все женские образы в книге очень положительные. Это и жена Синцова Маша, пошедшая добровольно в школу радисток, чтобы затем быть заброшенной в местности окуппированные фашистами. Я все не могла понять как муж Маши, узнав о том что ее скоро должны забросить в тыл врага, не отговорил ее от этого.

Заслуживает большого внимания история с потерей партбилета. Ты можешь быть трижды героем, но если парбилет по какой-то нелепой случайности утерен, то ты автоматически переходишь в разряд предателей и личностей подозрительных. Человек вышел из окружения, вытащил на своей спине товарища, добрался с трудом до Москвы и перестал быть человеком. Нет, советская власть никогда не ценила свой народ. Об этом будет хорошо написано во второй книге "Солдатами не рождаются".

Писать об этой книге можно долго, каждый раз вспоминая все новые коллизии приключившиеся с главными и промежуточными персонажами. На этом я пожалуй и остановлюсь. Только добавлю, что первая часть трилогии оказалась самой значительной. Это - блестящий роман-очерк, написанный прекрасным языком, очень метко и остро показывающий переломные моменты произошедшие в первые дни войны: как в сознании людей так и в историческом плане.

Ничего из этой книги нельзя убрать и ничего не нужно добавить. Жаль только что я открыла для себя этого писателя только недавно. Буду и дальше знакомиться с его творчеством.

Прежде стоит сказать, что это книга о Второй Мировой войне. Написана она от первого лица, что называется. Первая часть книги (всего их три) соответствует дневнику, который вел автор, участвуя в войне.
Написана книга языком простым и не отягощённым какими-то лишними подробностями или номенклатурным языком. А потому, читается книга легко.
За легкость и простоту языка. Но хотел бы высказать немного минусов книги. Это советская книга, вышедшая в Советское время о Советской войне. И этим, наверное, многое объяснимо.
В книге мне не хватило совсем немного, что бы окунуться в атмосферу, как это происходит читая Солженицына. Но это не плохо, это лишь мое мнение. Ведь иначе, книгу бы читать не было так просто.

Так получилось, что я начинала читать Симонова одновременно с Литтеллом и его «Благоволительницами». И это было что-то удивительное, от сочетания несочетаемого эффект получился неожиданным. Две кардинально противоположные личности, два бесконечно разных характера, две стороны одной медали… Ауэ и герои Симонова отражались друг в друге как кривом зеркале, преувеличенно искажая противоположные черты друг друга до абсурда, доводя их до максимы… Мягкотелость, некая аморфность, гомосексуальная мягкость одного, и резкость, принципиальность, честность других. Синцов, Серпилин, Малинин, Таня Овсянникова – все они словно высечены из камня. Помните знаменитую скульптуру «Булыжник – оружие пролетариата» Шадрова? Так вот герои Симонова вполне могут служить иллюстрацией к тому железному и непоколебимому характеру, мужеству, что хотел изобразить скульптор в 1927 году. У Литтелла главный герой переживая войну, не видит ее за ворохом бумаг, директив и отчетов. Война в «Благоволительницах» это геноцид евреев, это поездки инспекции по концлагерям, где Макс, чистенький, аккуратный и невозмутимый должен проанализировать хватает ли продовольствия для достаточного пропитания заключенных, потенциальной и буквальной рабочей силы Великой Германии. Война у него – бомбежки Берлина, пожар, после налетов англичан, закрытый бассейн, дрожь фрау от слов «Сталинград». У Симонова же война – это кровь и пот, это вырванные руки и ноги, это пуля, попавшая в горло, это страх, смерть, это страшное и фатальное. От такого контраста книги воспринимались особенно остро, и «Живые и мертвые» казались более живыми и реальными, чем ушедший глубоко в себя, одиночка Максимилиан Ауэ…

Дальше...

Эмоции в романе К. Симонова – скупые, острые, болезненные – воспринимаются как непозволительная роскошь. Обостренное чувство долга, самоуничтожение, презрение к человеческой слабости тех, кто избегает фронта. Кажется, что принципы по которым живут главные герои, единственно верные. Наверное, это действительно так, особенно в годы войны. И, наверное, если бы не люди с такими принципами, мы бы не выиграли войны. Просто я не люблю категоричности. И я думаю, что, например, Таня, после … личной трагедии в третьей книге, должна была остаться в Ташкенте… Не знаю. Почему-то не хочу критиковать, не хочу углубляться в характер глубоко, потому что знаю, что я посмотрю на все по-другому. Я выросла в другое время, и ценности у меня другие, и если вглядываться так пристально и пытаться давать оценки, я могу высказаться не верно. Герои «Живых и мертвых» цельные, сильные, законченные образы, продуманные до мелочей. И я не хочу разрушать этот образ в своей голове.

Самый главный акцент (для меня опять-же) это вопрос – как допустили такое? В каждой из трех книг, каждый герой, не может успокоиться и ищет ответ – как же так, почему великий и мудрый вождь не знал, почему пришлось отступать, почему пришлось жертвовать столькими? Почему? Никто не произнес слов укора, но вопросы сами по себе молчаливый укор. Пусть даже задавались они самим себе…. Наверное, тогда во время войны, так и было – миллионы людей до самого конца войны, не могли успокоиться и продолжали задаваться этими вопросами…

А еще, я никогда раньше, даже странно, но действительно никогда, не читала о тыле в годы войны. Во всяком случае о таком тыле, как описал Симонов. Напряжение тех дней я могла видеть только в фактах, только в фотографиях. Я читала документы, знакома со статистикой. Особенно по Омску. Я слышала от одногруппника, как на его бабушке немке пахали в годы войны… но все это лишь, разрозненные, сухие, безликие осколки истории. А Симонов вдохнул в них жизнь. И пусть взгляд на эту сторону войны у него такой вот шадрово-советский, но прочесть о такой войне мне было очень интересно. А вообще, было не просто читать… часто откладывала. Читала небольшими порциями… Мне всегда труднее всего даются книги о войне. Не могу читать равнодушно, не могу абстрагироваться. И кажется, что не только смотришь, не только наблюдаешь, но и взваливаешь на свои плечи часть той моральной тяжести, какой-то ответственности, что ждут от тебя. Читая о таких людях, думаешь о собственной жизни, и уже другие контрасты в голове…

Я никогда раньше не читала Симонова. Его книги были для меня наравне с нашими советскими фильмами о войне, которые я никогда не выдерживаю до конца. Может быть теперь выдержу? Не знаю. Знаю, что в который раз увидела новые кадры войны, новые лица, новые кусочки пазла сложились воедино. Будет ли когда-нибудь цельная картина? Я думаю, никогда.

Ярчайший реализм и бесподобная поэтика книги напоминают о подлинных ценностях человека и очищают душу от всего наносного.

Во-первых, роман закрыл огромный пробел в понимании ВОВ и роли всех её участников.

Я иначе теперь отношусь к ветеранам труда. Им посвящена большая часть второго тома, где описаны голод, холод, талоны, непосильные планы производтсва, длинные рабочие смены, когда проще переночевать в цеху, чем идти в квартиру, где в каждом углу ютится отдельная, эвакуированная из центральной России, семья.

Иначе отношусь к медикам, узнав их обязанности и иерархию на фронте, в армии, в тылу,  на поле и в госпитале.
Преклоняюсь перед их самообладанием после столько виденных, изуродованных войной, тел. Со всем этим книга знакомит через третьего главного персонажа романа, Таню Овсянникову. Маленького росточка докторшу, упрямую, упертую, воинственную.

Через неё же мы узнаем про женщин на войне, партизан и подполье.

Во-вторых, книга прекрасна своим масштабом. Очень много ярких, живых характеров. Невозможно не восхищаться тем, как они описаны. Невозможно не полюбить героев.
Я так привыкла следить за жизнью некоторых, что до слез расстраивалась, когда то одного, то другого, сжирала война.

Также объемно описаны обязанности героев и планы подготовки операций. Из смешного - я перестала считать артподготовку за что-то связанное с музеем.

В-третьих, язык. Красочный, спокойный, без надрыва и истерики. Вот пишу выше, что в книге есть мертвые, замученные, голодные, вшивые, изувеченные. Но описано все очень деликатно. Ты читаешь и впитываешь факты, а не эмоции. В голове упорядочивается - да, так было, - но в ужасе, от омерзения книгу отбросить не хочется.

А хотелось отбросить, оттянуть, перелистнуть, надвигающиеся моменты чего-то страшного, наползающего на героя. Сейчас модно упоминать саспенс. Так вот, Симонов, мастер закрытого саспенса. Раз 5, по тому, кáк начинал писать автор, понимала, что скоро с героем что-то случится и боялась читать дальше.

Кроме саспенса, Симонов отлично сплетает истории героев, их судьбы сходятся и разбегаются на протяжении всей трилогии. Играет ими, их встречами, неудачами и везением. Играет читателем. И влюбляет в роман ещё больше.