Оскар Уайльд. Избранное

Экзамены, сударь мой, это чистейший вздор, от начала до конца. Если человек — джентльмен, то он знает как раз столько, сколько ему нужно; а если не джентльмен, то сколько бы он ни знал, все будет ему не в прок.

— Меня привело чисто-родственное чувство, уверяю вас: мне от вас кое-что нужно.
— Денег, наверное? ...Молодые люди теперь воображают, что деньги — все.
— Да, они воображают, а когда они становятся старше, они убеждаются в этом. Но мне не надобно денег. Деньги нужны лишь тому, кто платит но своим счетам, а я по своим никогда не плачу. Кредит — вот капитал младших сыновей рода, и на этот капитал можно прекрасно жить.

Сын, бывший секретарем при отце, вышел в отставку вместе со своим принципалом — несколько опрометчиво, как тогда думали, — и несколько месяцев спустя, унаследовав титул, принялся серьезно изучать великое аристократическое искусство ничегонеделанья.

Как люди возятся с постоянством! ... Ведь даже в любви это — просто вопрос физиологии. Верность не имеет ничего общего с нашей волей. Молодые люди хотят быть верными — и не бывают; старики хотят быть неверными — и не могут; вот и все.

Над всяким физическим или умственным превосходством тяготеет какой-то рок, тот самый, который на всем протяжении истории преследует нетвердую поступь царей. Лучше не отличаться от других. Уроды и дураки в этом мире всегда остаются в барышах.

Величайшие в мире события творятся в мозгу. В мозгу, и только в мозгу, совершаются и величайшие в мире согрешения.

- Что же мне душа? - подумал молодой Рыбак. - Я не могу её видеть. Не могу её коснуться. Я не знаю её. Прогоню её и какое тогда настанет счастье!

Разве ты позабыл, что ты не дал мне сердца? Не думаю. Так не тревожься же ни о себе, ни обо мне; будь спокоен - ведь нет горя, от которого бы ты не мог избавиться, и наслаждения, которое бы не было тебе доступно.

за любой изысканной вещью непременно таится что-то трагическое

ничто так не излечивает душу, как чувства. но и ничто не излечивает чувства, как душа