Он несколько раз останавливался, просматривая отрывок, в котором заглянул внутрь машины с мягким свечением внутри. Возможно, дело было в плохом освещении, которое он пытался вытянуть, но миниатюрный поршень виднелся не очень отчетливо. То ли темным пятном, то ли размытым, будто двигался слишком быстро, чтобы глаз мог за ним уследить, хотя, насколько помнил Титус, ничего подобного не было.
Наконец он просмотрел ту часть записи, когда подошел к стеклянной стене и всмотрелся в нее.
Титус хотел задержаться на темном лице заключенного в тюрьму призрака.