Цитаты из книги Eugene Oneguine: A Romance of Russian Life in Verse

Геройству что виною было? – скупость. Да! заразиться здесь не трудно ею Под кровлею одной с моим отцом.

Мечты, мечты! Где ваша сладость?

Бессмысленная чернь Изменчива, мятежна, суеверна, Легко пустой надежде предана, Мгновенному внушению послушна, Для истины глуха и равнодушна, А баснями питается она.

Чем меньше женщину мы любим, Тем легче нравимся мы ей И тем ее вернее губим Средь обольстительных сетей.

Но дружбы нет и той меж нами. Все предрассудки истребя, Мы почитаем всех нулями, А единицами – себя.

Два дня ему казались новы Уединенные поля, Прохлада сумрачной дубровы, Журчанье тихого ручья; На третий роща, холм и поле Его не занимали боле; Потом уж наводили сон; Потом увидел ясно он, Что и в деревне скука та же, Хоть нет ни улиц, ни дворцов, Ни карт, ни балов, ни стихов. Хандра ждала его на страже, И бегала за ним она, Как тень иль верная жена.

«Но я, любя, был глуп и нем.»

Не изменяй течений дел. Привычка - Душа держав.

Кто жил и мыслил, тот не может
В душе не презирать людей;
Кто чувствовал, того тревожит
Призрак невозвратимых дней:
Тому уж нет очарований,
Того змия воспоминаний,
Того раскаянье грызет.

Как с вашим сердцем и умом Быть чувства мелкого рабом?

(глава 8 )

Теперь не то, не то , что прежде было, И молодёжь, ей-ей - не так смела, И красота не так уж весела - Признайся , друг: всё как-то приуныло.

– Но знай, Что ни король, ни папа, ни вельможи Не думают о правде слов моих. Димитрий я иль нет – что им за дело? Но я предлог раздоров и войны. Им это лишь и нужно...

Москва… как много в этом звуке Для сердца русского слилось! Как много в нем отозвалось!

Как он, она была одета Всегда по моде и к лицу; Но, не спросясь ее совета, Девицу повезли к венцу. И, чтоб ее рассеять горе, Разумный муж уехал вскоре В свою деревню, где она, Бог знает кем окружена, Рвалась и плакала сначала, С супругом чуть не развелась; Потом хозяйством занялась, Привыкла и довольна стала. Привычка свыше нам дана: Замена счастию она.

Деньги? — деньги Всегда, во всякий возраст нам пригодны; Но юноша в них ищет слуг проворных И не жалея шлет туда, сюда. Старик же видит в них друзей надежных И бережет их как зеницу ока.

Один Все плачут, Заплачем, брат, и мы. Другой Я силюсь, брат, Да не могу. Первый Я также. Нет ли луку? Потрем глаза. Второй Нет, я слюнёй помажу.

Как мало нас от битвы уцелело. Изменники! злодеи-запорожцы, Проклятые! вы, вы сгубили нас — Не выдержать и трех минут отпора! Я их ужо! десятого повешу, Разбойники!

Уж если ты, бродяга безымянный, Мог ослепить чудесно два народа, Так должен уж по крайней мере ты Достоин быть успеха своего И свой обман отважный обеспечить Упорною, глубокой, вечной тайной.

К тебе я с Дона послан От вольных войск, от храбрых атаманов, От казаков верховых и низовых, Узреть твои царевы ясны очи И кланяться тебе их головами. САМОЗВАНЕЦ Я знал донцов. Не сомневался видеть В своих рядах казачьи бунчуки. Благодарим Донское наше войско.