Цитаты из книги Лимеренция

— Желание непостоянно. — Я качаю головой. — Желание растет и ослабевает из-за поверхностности. Стресс, облегающее платье, пара фунтов, скука...

Любовь - это высшая форма власти, которую вы можете передать другому человеку.

Это нечто большее. Это не какая-то смутная, мимолетная эмоция. Ты поглотила меня. Ты проникла в мой мозг и заразила каждый его дюйм. Ты превратила меня в одержимого мужчину. То, что у меня есть для тебя... — Он делает паузу. Ищет подходящее слово. — Это не любовь, это лимеренция.

Люди, может, и пазлы, но их кусочки должны отдаваться добровольно и постепенно. Один за другим.

Любовь – это высшая форма власти, которую ты можешь передать другому человеку. В некоторых руках она может стать смертоносным оружием.

Любопытство сгубило не кошку – оно убило тупую девчонку, которая не могла не лезть куда не просят.

Ещё недавно рядом с ним я боялась за свою жизнь,  а теперь практически развлекаюсь.

— Ты монстр, шепчу я.
Он просто холодно смотрит на меня.
— Ты и так это знала, — тихо произносит Адриан, проводя пальцами по засосу на шее, который сам и оставил. — Но я безумно влюбленный в тебя монстр.

— Ты же понимаешь, что, если бы нас не разняли, я бы не остановился? Возможно, убил бы его. Или просто избил бы до полусмерти. И все это ради тебя. Только ради тебя. За то, что посмел вообразить, что у него есть хоть какой-то шанс с тобой. И не говори, что такая одержимость тебя не интересует.

— Я никогда и не отрицал, что я плохой парень.
Он нежно берет в ладони мое лицо. — Но прямо сейчас я твой плохой парень.
— А если я скажу тебе, что не хочу быть с плохим парнем? — спрашиваю я, а у самой от страха сжимается горло.
Он продолжает улыбаться.
— Тогда я отвечу, что ты лжешь.

— Милая, я никогда и не притворялся святым. И не делал вид, что выше шантажа. Пора бы тебе уже к этому привыкнуть.
— Привыкнуть? Мне?
— Да. — И Адриан заявляет тоном, не терпящим возражений: — Теперь ты — моя.
— Всю жизнь об этом мечтала, — заявляю я в ответ. — Отношения, построенные на шантаже и секретах.

— Я смотрю на тебя так же, как и все. Ну, то есть ты, конечно, привлекатель-
ный. Я ведь живой человек, я не слепая.
— Могли бы стать идеальной парой, — перебивает он.
— До тех пор, пока ты не решишь иначе. Ставки слишком высоки. Для меня — особенно.

Я давным-давно понял, что не испытываю чувств,
которые есть у большинства нормальных людей. Мой мир приглушен, а те чувства, которые иногда возникают, легко подавить. Но рядом с тобой все как будто... становятся ярче.

— Ты мне нравишься, милая. Очень.
Не как друг. То, что между нами, станет больше чем дружбой.

— Ты достала ту убогую маленькую розочку, и твое лицо засветилось таким глупым восторгом. Из-за него. Из-за другого.

— Почему нет?
— Я хочу пойти с Фредди, вот и все.
— Нет, не хочешь.
— Хочу!
— Ты врешь.
— Нет, не вру. Думаю, мы с ним отлично проведем время.
Он недоверчиво хмыкает.
— Да ты мне в душу плюнула. Я тут пытаюсь одолжение тебе сделать, а ты все равно меня отшиваешь. И где, спрашивается, твоя благодарность?
Внутри поднимается волна злости.
— Что же, мне кажется, за это утро мой запас благодарности иссяк.

— Мы ведь друзья, разве нет?
Я прищуриваюсь, глядя на него.
— Вот как? — понижаю голос до шепота. — Сомневаюсь, что друзья пытаются убить друг друга.
— Для протокола: я не пытался тебя убить. Всеголишь рассматривал такую возможность. И раз уж ты
помешана на семантике... сомневаюсь, что друзья роятся в личных вещах друг друга.
Я сглатываю ком в горле. Ладно. 1:0 в твою пользу.

— Ну так что... — Откашливаюсь. — Теперь у тебя есть компромат на меня. У меня есть компромат на тебя. Это...
— Взаимное гарантированное уничтожение, — перебивает он.