Цитаты из книги Анатомия мести

Улики часто теряются, если они кому-то мешают, знаете ли.

У человека можно отнять всё, но только не память. Порой казалось, лучше забыть, как ты был счастлив раньше, это облегчило бы страдания сейчас, но когда начинаешь задумываться об этом, то понимаешь, что, по сути, кроме воспоминаний, у тебя ничего и не осталось. Лишиться ещё и их означало бы стать живым мертвецом.

Но самой оглушительной остаётся мысль, что после того, как нас не станет, мир не изменится. Время продолжит свой ход так, будто нас и не было вовсе. Конечно, найдутся люди, для которых с нашим уходом мир перевернётся, но таких будет немного. Большинство из нас уходят без следа, оставляя лишь боль самым близким людям. Эти мысли по цепочке тянут за собой вереницу других: так если всё это не имеет смысла, может, стоит уже сейчас пересмотреть свою жизнь?

Редкая способность - ценить то, что имеешь, и не жаловаться на сложности

Невозможно поссориться с тем, кто этого не хочет

Логан нажал на «отбой» и без лишних слов вышел за дверь, Тайлер поспешил за ним. Они по лестнице спустились на цокольный этаж, дверь кабинета, прилегающего к секционной, была открыта, а в самой «разделочной», как это помещение называл Джон, стоял криминалист. Цвет его лица сравнялся с цветом стен, а взгляд метался по телу на столе.

Будучи ребёнком, Роан Хьюз смеялся так часто, что некоторые сомневались в его адекватности.

Она отключилась, открыла облако с видео и достала из ящика свой скетчбук и карандаш.

– Как ты? – спросила Кими после того, как они сделали заказ. – Вы ведь не виделись с тех пор, как Нина дала признательные показания.

– Хреново. Я пытался с ней связаться, но всё без толку. Она отказывается говорить со мной. – Логан опустил глаза в стол, разглядывая трещины в старом лаковом покрытии.

– Ладно, не ворчи. Пришли мне копии дела и фотографии того Чарли, я порисую, может, что-то придёт в голову. – Кимберли отключилась.

– Дурак. Я люблю тебя больше жизни и буду любить, даже когда ты станешь дряхлым старикашкой.

Он знал, что заслужил её ненависть, ему бы даже хотелось, чтобы она ненавидела, лишь бы она была здорова, лишь бы смогла восстановиться и пережить утрату. Пусть бы ему пришлось быть её вечной тенью, без возможности прикоснуться к ней, погреться в лучах её доброты и нежности, главное – чтобы она смогла жить дальше. И, возможно, когда-нибудь снова стать счастливой.

К тому же ей и самой было несладко: боль, и без того не утихавшая ни на миг, теперь только усилилась. Зато новое горе чуточку сблизило Викторию с приёмными детьми, а это дарило немного надежды.

Роан кивнул и молча подошёл ближе, нужно было что-то сказать, но он не мог. Слова застряли в горле. Натали перевела взгляд на него, в её глазах застыли слёзы.

Роану нравилась эта семья, но он больше не хотел привязанностей. А к по-настоящему доброму и открытому человеку сложно не прикипеть