Цитаты из книги Тиамат

Может, нет разницы, как проходит твоя жизнь в вечной гонке за адреналином или в приличной, социально одобряемой обыденности — рано или поздно в равной степени приедается все. И даже если тебе удается освободиться от оков условностей, немедленно возникают новые, еще более прочные.

Человек — это самое больное существо на земле, вечно недовольное всем, что подкидывает ему судьба. Он постоянно жаждет остроты, мечтает стать богом и, не в силах смиряться с душевной опустошенностью, делает все, чтобы продлить иллюзию осмысленности своего существования.

Умудряться непостижимым образом портить чужое настроение одним своим присутствием — это, безусловно, талант, но я бы предпочел держаться подальше от оного.

Темная, сумеречная зона человеческих заблуждений будет существовать вечно, сколько бы эонов ни сменилось. Люди не хотят брать на себя ответственность за свои поступки. Верят в судьбы, в высшие силы, приписывают неудачи проискам злых духов, а в собственном дурном характере винят расположение планет и натальные карты. Если и существует какая-либо иррациональная сила, то ею можно с уверенностью назвать человеческую глупость.

Тяжелее всего смотреть на три вещи, как идиот упражняется в остроумии, как горят чужие деньги и как кто-то усердно плошает у тебя на глазах, а ты не можешь этому помешать.

Такие состоятельные, потасканные жизнью мужики всегда предпочитают юных девочек, вчерашних студенток, чтобы демонстративно выводить их в свет, показывая всем вокруг, упиваясь восторгом самолюбования. Красивая молодая жена — точно такой же предмет гордости, как особняк или презентабельный автомобиль.

Не заходить далеко в своих догадках — это очень удобно. Можно оставаться в крепости самоубеждений, делая вид, что все происходящее тебя не касается. Вот только незнание, как известно, не освобождает от ответственности.

Это было бы слишком милостиво - позволить ей умереть. Она не имеет права бросать меня в одиночестве. Мы прошли долгий путь саморазрушения и личностного распада, обрекли себя на стремительное падение ко дну и отвращение друг кдругу. А значит, не можем сойти с этой дороги порознь - во всяком случае, сейчас. Все, чего я хочу, - утопить Алису в обжигающей, как ненависть, похоти. Забрать с собой в преисподнюю. Не думать о том, что будет потом, когда в нас обоих не останется ничего, кроме пустоты.

Она не божество, а последняя дрянь на земле. Сумасшедшая сука без капли здравомыслия. Я мечтаю о том, чтобы она корчилась в муках, чтобы ей стало так же невыносимо паршиво, как мне. И именно поэтому не хочу никого, кроме неё.

Бабалон, Шехина, Тиамат, Дурга, Каларатри - у неё множество имён. Все они подлинные, но ни одно из них не отражает полноту сути. Или же её пустоту.

Ты можешь рисовать пентаграммы, молиться Сварогу, скручиваться в узел на коврике для йоги, питаться энергией солнца, но убеждения о величии любви, очевидно, способны с равной силой пронять и объединить всех. Нет, наверное, ни одной религии, которая бы не разделяла - пусть на словах - идею мира во всем мире.

Когда накал безумия становится чрезмерным, оно тоже оборачивается тошнотворной рутиной. Приедается всё - даже нескончаемая погоня за адреналином, попытки забыть об убогости собственного существования. В конце концов не остаётся ничего, только усталость и раздражение.

Мы заключили негласную сделку: я тебя развлекаю, ты делаешь вид, что не ненавидишь меня. Услуга за услугу, очень удобно, все в выигрыше. И, кажется, я наконец-то начал понимать, для чего ты ищешь этого, почему не можешь остановиться. Все, что у нас есть, - мгновение. Мы всегда живем здесь и сейчас, балансируем на краю пропасти. Только пока двигаешься, не срываешься вниз, в стылую скуку постоянства, которая слишком похожа на смерть.

В голосе её звенит знакомая неуверенность. Которую я слышал десятки, сотни раз, когда перезванивал по клиентским заявкам. Когда предлагал дополнительные акционные товары. Постулат продажника гласит: даже если человек отнекивается, подсознательно он уже согласен на покупку. В противном случае давно бросил бы непримиримое «нет» и положил трубку. А значит, нужно лишь дожать.

А вернувшись, понял, чего именно не хватало. дело не столько в Алисе, сколько в ее умении взоудоражить лениво текущий ручей жизни. Заставить его кипеть, бурлить, нестись бешеным потоком, сметающим всё на своём пути. В том числе и меня.