Заживо в темноте

— Ну… как вы понимаете, мы рассматриваем происшедшее со всех сторон. Видеозапись действительно вселяет тревогу. Тем не менее, возможно, она не отражает все факты…
«Да фейковое это видео! Такая же подделка, как и вы двое».
— Какие факты? – напряженно спросила Зои.
Тейтум задумался, не пора ли вмешаться. Перед ним стоял нелегкий выбор: с одной стороны, если Зои откусит этому напыщенному копу голову, из отделения полиции их вышвырнут и делом заниматься не дадут. С другой стороны, будет весело.
— Оскар Медина, отец Николь, сейчас отбывает срок за хранение и продажу наркотиков. Известно, что он связан с мексиканской мафией. Наш информант сообщил недавно, что одна местная банда пытается перенаправить канал поставок на себя. Так что очень возможно, что перед нами угроза в адрес Оскара Медины.
— Хотите сказать, какие-то местные бандиты похоронили Николь заживо и сняли это на видео, чтобы пригрозить ее отцу? – Зои прищурилась. – А дальше что? Выкопали ее обратно?
— Нужно изучить все возможности. И, разумеется, нам очень хотелось бы услышать точку зрения ФБР.

— Присаживайтесь, пожалуйста.
За годы работы в ФБР Тейтум научился ясно понимать, когда ему не рады. Дженсен явно не горел желанием их здесь видеть. Чувствовалось, что он приготовил пространную речь, смысл которой можно вкратце передать как «валитека отсюда».
— Очень, очень приятно видеть, что ФБР так серьезно отнеслось к этому делу! – начал Дженсен. – Откровенно говоря, мы сообщили вам об этом видео, поскольку хотели поставить вас в известность на случай, если при определенных обстоятельствах эта история будет иметь продолжение.
«Кто-то позвонил в ФБР, не предупредив меня», – мысленно перевел Тейтум.

— А тебе нравилось в… – Она сообразила, что не помнит названия городка, где родился Тейтум.
— В Уикенберге? Пожалуй. Город очень маленький, все друг друга знают. У меня была одна и та же компания – трое лучших друзей – с детского сада и до выпускного класса. И темп жизни там совсем не такой, как в большом городе. После школы мы часами играли в футбол или просто болтали, пока родители или Марвин не загоняли меня домой.
— Марвин жил поблизости? – спросила Зои.
Тейтум улыбнулся.
— После смерти бабули поселился в соседнем доме. Они с папой обожали общаться через окна. Дома стояли чуть поодаль друг от друга, так что приходилось кричать. Соседи просто с ума сходили. «Эй, Марвин, зайдешь к нам посмотреть игру?» «Конечно, Толли, а что у вас на ужин?» «Марвин, ужин мы съели час назад!» «И меня не позвали?!» – Тейтум фыркнул. – И так, пока мама не захлопнет окно.

— Звонил Тейтум. Не возражаешь, если, пока мы будем в Техасе, к тебе будет иногда заглядывать его дед? Он уже стар, и Тейтум говорит, что ему очень одиноко.
Андреа смерила ее проницательным взглядом. В отличие от Зои, она не унаследовала от матери длинного носа с горбинкой, но получила от отца те же пристальные зеленые глаза. Зои прямо встретила ее взгляд. Несколько секунд прошли в молчании; Зои не знала, поверила ли сестра ее невинному объяснению.
— Конечно, – ответила наконец Андреа. – Он милый, правда?
— Правда. И почти никого здесь не знает.
Это была уже откровенная ложь. За те полтора месяца, что Тейтум с дедом прожили в Дейле, Марвин успел завести себе компанию – в основном из людей намного моложе себя – и дважды устраивал в квартире внука шумные вечеринки, после которых соседи вызывали полицию, а квартиру приходилось долго приводить в порядок.

— Значит, ты считаешь, нам стоит этим заняться?
— Даже если это розыгрыш, непохоже, чтобы Николь участвовала в нем добровольно, – ответила Зои. – По меньшей мере перед нами похищение.
— Хорошо. Я хочу, чтобы вы оба отправились туда, – приказала Манкузо. – Как можно скорее – на случай, если Николь еще жива. Хотелось бы помочь полиции Сан-Анджело всем, что в наших силах.
Тейтум нахмурился.
— Шеф, сомневаюсь, что для этого нужно лететь в Техас. Уверен, несколько телефонных разговоров…
— Я предпочитаю, чтобы наши люди были на месте, – невозмутимо ответила Манкузо. – Если история получит продолжение, мы должны быть к этому готовы.
— Шеф! – На лице Зои отразилось удивление и тревога. – Моя сестра…
— С твоей сестрой, Бентли, всё в порядке. – По голосу Манкузо было понятно, что спорить с ней бессмысленно. – А теперь покупайте билеты – по возможности на сегодняшний вечер. Я хочу, чтобы вы занялись делом Николь Медина. Вы оба.
Несколько секунд Зои и Манкузо меряли друг друга взглядами, а Тейтум боролся с желанием куда-нибудь провалиться. До него дошло, что начальница беспокоится не только о безопасности Николь Медина. Она не хочет, чтобы Зои вмешивалась в расследование дела Гловера. Все в отделе знали, что Бентли и агент, брошенный на это дело, постоянно спорят о профиле Гловера – и агент уже жаловался, что Зои не дает ему работать.
А еще, разумеется, хочет самого Тейтума убрать подальше от Ларсона и от внутреннего расследования.