Цитаты из книги Гранитная гавань

– Пап, – сказала она в машине по пути домой, – а есть ещё люди, у которых, как у тебя, нет собаки? – Конечно. У многих людей нет собак. – Я ни одного такого человека не знаю. – У тебя уже есть Белла. Собака в моём доме тебе не нужна. – Но ведь ты же не мне её заведёшь, а себе. Чтобы у тебя было к кому возвращаться домой. – Для этого у меня есть ты. – Это не одно и то же. Тебе нужен компаньон на всю жизнь. – Ты и есть мой компаньон на всю жизнь. – Нет, конечно. Я повзрослею и уеду. Я не всегда буду рядом. Он изобразил ужас. – Не всегда? – Я серьёзно, пап. – Ну, собаки тоже не вечные. – Заведёшь новую. По статистике те, у кого есть собаки, дольше живут и лучше себя чувствуют. Можешь сам посмотреть. Тебе нужна собака, пап. Я за тебя волнуюсь. Раньше она никогда так с ним не говорила. Не беспокоилась за него. – Не волнуйся, солнышко. Со мной всё в порядке. – Нет, не в порядке, пап. Ты стареешь. И теряешь связь с реальностью.

Годами Роджер чувствовал самодовольное удовлетворение оттого, что его жизнь не измеряется развитием детей. Тяжёлой работой, которую он наблюдал со стороны. Неустанными и по большей части неблагодарными усилиями. Маленькими победами, успехами в спорте, шахматными турнирами, свиданиями, выпускными, средними баллами, постепенной, а затем всё более напряжённой подготовкой к колледжу. Растущей тревогой, подавлявшей и родителей, и детей. Разочарованиями, серьёзными, часто сокрушительными. Диагнозами, терапиями, риталином и золофтом, травкой и автокатастрофами, чем-то ещё ужаснее. Думая обо всём этом, Роджер вздрагивал от облегчения.

Много лет он пытался разобраться и справиться со своей неспособностью проявлять спокойную, уверенную родительскую власть. Сразу после развода, видя дочь только раз в две недели, он боялся потерять её. Он слишком старался угодить ей. Он не ожидал, что окажется плохим отцом, что Софи будет разрываться между двумя токсичными родителями, дёргающими её туда-сюда, как тряпичную куклу. Так стоило ли её винить в том, что она занялась самолечением и теперь делала татуировки на лбу и курила траву в машине?

– Я знала, что Джошуа не вернётся. Знала ещё до того, как он ушёл. Просто ему не говорила. Боялась показаться истеричкой или сумасшедшей. Понимаешь, мы вместе ходили в Карибское море до того, как родился Итан, и Джошуа знал, что делает. Люди постоянно пересекают океан в одиночку, и с ними всё в порядке. У меня не было причин бояться. Он был настоящим профессионалом. И я не сказала ему: «Я чувствую, что ты погибнешь, пожалуйста, останься дома». – Это была просто тревога. – Нет, не просто. Это я и пытаюсь тебе объяснить. Я видела, как разбилась его лодка. Это было очень чётко. Я видела, как она, разбитая, раздавленная, быстро уходила под воду. Видела. Как наяву. – Как... – Как будто я наблюдала это своими глазами. Не как во сне. Видела, слышала, чувствовала.