"— У этой причины, случайно, не карие глаза и приятный смех?
Аарон опять не доносит ложку до рта и с недоумением поднимает на меня взгляд. Глаза бегают по моему лицу, вижу, как он усиленно пытается понять, о ком я говорю. Ему требуется около десяти секунд, и только потом появляется осознанность в глазах. Парень медленно опускает ложку в почти пустую миску.
— Что скажешь, если у этой причины милый смех и светло-голубые, почти прозрачные глаза? – уголки его губ дёргаются вверх.
— Скажу, что это бред.
— Вот и на твоё предположение я отвечу тем же. Но мне приятно.
Он так быстро доедает кашу, запивая её чаем, что я успеваю задать следующий вопрос, только когда он уже встаёт на ноги:
— Что приятно?
— Твоя маленькая, но ревность.
— Я не… – возмущённо начинаю я.
— Шшш! – Он прикладывает палец к губам, и я замолкаю,"