Цитаты из книги Sense and Sensibility

Всякие догадки высказывать вслух непозволительно!

"Вашему искусству вести споря могу противопоставить равное ему упрямство."

Не время и не случай создают близостьмежду людьми, но лишь общность наклонностей.

— Пожалуй, — с улыбкой ответила Элинор, — мы с тобой пришли к полному согласию. Разница между твоим «скромным достатком» и моим «богатством» вряд ли так уж велика;

Решено, она тут же порвет с ним всякое знакомство! И она очень рада, что никогда не была с ним знакома. Как жаль, что Комбе-Магна в таком близком соседстве от Кливленда! А впрочем, что за важность, раз ездить туда с визитами все равно слишком далеко! Он так ей ненавистен, что она даже имени его больше никогда не упомянет и уж всем расскажет, кого только ни увидит, какой он бессердечный шалопай!

– Джон нынче неистощим на выдумки! – заметила она, когда находчивый малютка вытащил у мисс Стил носовой платок и выбросил его в окно. А когда несколько минут спустя второй ее сынок принялся изо всей мочи щипать пальцы той же барышни, она сказала только: – Как Уильям всегда мило играет! – А какая прелесть моя Аннамария, – добавила она, нежно лаская трехлетнюю девочку, которая вот уже целых две минуты как перестала бегать и кричать. – Такая всегда послушная и тихая. Настоящая мышка!

... они добились прощения самым простым средством, к которому прибегли - просто его попросили.

Порой человек руководствуется тем, что он говорит о себе, и очень часто - тем, что говорят о нем другие, не давая себе времени на колебания и суждения

Я всегда полагала , что уважение и любовь неразделимы.

Не выношу вульгарности, которую почему-то принимают за остроумие.

Если считать бесцеремонные намеки миссис Дженнингс доказательством нарушением приличия, все мы только и делаем, что нарушаем их каждый миг нашей жизни.

Для меня одобрять - значит любить.

Марианна всегда не терпела наглости, вульгарности, невоспитанности и даже иных вкусов, кроме своих собственных.

Его способности выигрывают от близкого знакомства так же,как манеры и весь его облик.

— Да. Но любила я не только его. Мне был дорог душевный покой других, и я радовалась, что могу скрыть от них, как мне тяжело. Теперь я способна думать и говорить об этом без

назову холм крутым, а не гордым, склон — неровным и бугристым, а не почти неприступным, скажу, что дальний конец долины теряется из вида, хотя ему надлежит лишь тонуть в неясной голубой дымке.

Я не могла бы найти счастья с человеком, чей вкус не во всём совпадал с моим. Он должен разделять все мои чувства. Те же книги, та же музыка должны равно пленять нас обоих.

Да, мои чувства редко разделяются, их редко понимают.

— И мне нечего! — с силой возразила Марианна. — Следовательно, мы в одном положении. Нам обеим нечего сказать: тебе, потому что ты молчишь, и мне, потому что я ничего не скрываю!

Теперь Элинор постигла разницу между ожиданием тягостного события, каким бы неизбежным ни считал рассудок его совершение, и самим совершением.