Цитаты из книги Благие негодники

А что касается доброго имени церкви…
Честное слово, святоша, хуже, чем вы сами себя, вас очернить невозможно.

Большинство же странных людей в действительности не являются людьми . Томная светловолосая дева, с которой вы вместе ходите на фитнес, на самом деле скрытая эльфийка, жадноватый коренастый товарищ, лелеющий свою бородищу, – латентный гном, а смешливая подруга, не вылезающая из бассейна и СПА, – позабывшая свою природу русалка.

Прихожане были уверены, что это все последствия беспробудного пьянства, но затем пастор начал дымиться. Люди в ужасе бежали с мессы и почти сразу написали сто тыщ доносов куда следует, после чего столь нетривиальным делом заинтересовалась обитель зла, тайного мирового правительства, библиотека всех сокрытых знаний и блабла-бла, – а именно Ватикан.

Мат – это, безусловно, высшее достижение в области выражения экспрессии, но ничего хорошего в нем нет.

Если ты в себя не веришь, значит, я буду тем единственным, кто верит в тебя.

Ну, первые сорок лет в детстве мальчика - самые трудные

От одежды Двадцать Третьего поднимался пар: видимо, он читал про себя молитвы – его тело накалялось и таким образом весьма быстро и действенно сушило рясу прямо на нем.

– «Хочу корабль на пульте управления»!

– Вот, это мне нравится, человек видит цель, не видит препятствий. Скорее всего, ребенок. Детские желания всегда конкретны, – уверил собравшихся я.

– Игорь. Т-т-тридцать девять лет. Из Р-р-россии, – пробурчал мальчик-Можжевельник, который точно знал каждого, кто загадывал желания.

– М-да… Ну, первые сорок лет в детстве мальчика – самые трудные, – пояснил я Иоанне.

«Конец ипотеки»! Потрясающе. Ипотеку создали те, кто решил отобрать у наших конкурентов законную работу. Эти несчастные, которые выплачивают ипотеку, в ад, скорее всего, попадают, как на курорт.

Едва войдя в вампирское убежище, мы тут же осознали масштаб творческого беспорядка, но кое-как разгребли мусор по углам и устроились на полу мастерской. Точнее, мы-то с Рене сели, а Двадцать Третий начал прибираться, оттирать поверхности от грязи, сортировать мусор, в общем, превратился в «жену на час», потому что просто брезговал садиться на пол в таком бардаке.

У нас был странный выбор: пойти в полицию или попросить помощи у памятника. Адекватные люди пошли бы в полицию. Но поскольку адекватных и людей среди нас не было…

Человек – он же, если слишком торопится, все наперекосяк делает. Вот пьет он кофе, а пикси за ним следят. Человек чувствует бодрость, идет делать дела. Пикси присоединяются к нему, начинают его кусать, он от этих укусов чувствует себя совсем бодрым, думает, что это от кофе такой эффект, начинает делать все больше и больше, пикси питаются его энергией, и человек выдыхается. И к концу дня уже как выжатый фрукт.

Я приблизился к нему, достал сигарету и как-то уже на автомате ткнул ею в приподнятую ладонь страдальца.
– Заведи себе уже зажигалку или вон от свечки прикури, – пробурчал темноволосый.
– Зачем? – искренне удивился я. – От свечки прикуривать – это грех, зажигалки я теряю, а прикуривать от тебя просто прикольно.

У существ ответственности чуть больше, отсюда и вековая усталость. Существа живут для других, а люди - для себя. Вот и вся разница между нами.

Люди - эгоистичные зверушки.

Я вздохнул и принялся закатывать рукав рубашки: надо было помочь этому дураку. Это заметил Двадцать Третий.

– Я с тобой на одной кровати после этого спать не буду, – пригрозил демон.

– Ты мог просто купить этот кубок! – возмутился я, оглядываясь: вдруг нас заметили? – Мог, но из добытого в непосильной битве с капитализмом мне пить приятнее! – парировал Двадцать Третий.

Очевидно, что для Армана девушка была «одной из» , а в «одну из» верить, как вы понимаете, сложнее, чем в «единственную». Да и, собственно, зачем?

– По правилам города я, как хранитель, обязана его расколдовать.
– По правилам церкви я обязан противодействовать применению магии, однако в данной ситуации, возможно, ваши методы будут более действенны, чем мои. В любом случае я должен буду удалиться, так как магия – это тяжкий грех.
– По правилам тех, кто живет без правил, – передразнил нас Двадцать Третий, – я обязан купить попкорн и досмотреть эту историю до конца.