Сквозь рокот прибоя Кия стала звать чаек. Океан ревел басом, ему вторили чаячьи сопрано. С криками реяли птицы над болотом и над песчаным берегом, и Киа крошила им пирог и булочку. Чайки опускались всё ниже, выставив лапы, крутя головами. Несколько птиц подобрались совсем близко, щекоча крыльями её босые ноги, и Киа смеялась, пока на глазах не выступили слёзы, и наконец из горла – оттуда, где застрял комок, – вырвались хриплые, надсадные рыдания. Когда чайки склевали последние крошки, её пронзила невыносимая боль и страх: вдруг теперь и они разлетятся, бросят её здесь одну? Но чайки не спешили улетать, принялись чистить широкие серые крылья. Киа сидела на корточках, смотрела на птиц и мечтала: взять бы их в охапку, отнести на веранду, уложить с собой в постель! Она представила, как греется под одеялом среди пуховых комочков.