- Такие, как она, никогда, не могут быть великими грешниками. И свою тяжкую работу здесь она выполняет не из-за раскаяния, а из любви к Господу нашему, благословенному Иисусу. И в Царствии Небесном стоять ей за это прямо в потоках Божественного света, пока мы с вами будем жаться в отдалении. Вот что я скажу тебе, приятель: когда моя несчастная девочка умирала здесь, голова её лежала на груди этой замечательной женщины, хотя все остальные боялись к ней даже подходить. Врезать бы тебе хорошенько, - продолжал он, подняв свою трясущуюся старческую руку, - за то, что ты назвал Руфь великой грешницей. Ибо все, кто борется сейчас за свою жизнь, готовясь к смерти, благословляют её.